0
10766
Газета Дипкурьер Печатная версия

23.05.2005

Вячеслав Трубников: С Индией и Китаем у нас одинаковое восприятие современного мира

Тэги: трубников, индия, россия, отношения

Вчера с визитом в Москву прибыл президент Индии Абдул Калам. В отличие от премьер-министра президент считается фигурой неполитической. Он глава государства, который служит символом всей нации. О нынешнем состоянии отношений между Индией и Россией и их перспективах рассказывает в эксклюзивном интервью «НГ» посол России в Дели Вячеслав Трубников.

трубников, индия, россия, отношения Вячеслав Трубников: «Минфин должен заниматься проблемой индийского долга каждый день, а не от случая к случаю».
Фото Фреда Гринберга (НГ-фото).

– Вы работали в Индии в советское время. Можете сравнить день вчерашний и сегодняшний. Как перемены, пережитые нашей страной, отразились на деятельности посольства? Легче стало работать или труднее?

– Работать стало сложнее. Главная причина – Россия плохо информирована о сегодняшней Индии, а Индия плохо информирована о сегодняшней России. Я как посол стараюсь довести до сведения Москвы, до тех, кто принимает политические решения, что сегодняшняя Индия – это не Индия, которая нуждалась в нашей экономической помощи. Она сейчас сама в состоянии помогать кому угодно. Индия стала инвестором в нашу экономику, вкладывая больше миллиарда долларов в проект «Сахалин-1» и больше миллиарда – в проект «Сахалин-3».

Индия может реально помочь нам, в то же время она нуждается в российских энергоносителях. Именно на этом участке мы должны сосредоточить внимание. Нужно обязательно привлекать наш частный бизнес. Но без агрессивной рекламы достижений Индии у нас ничего не получится. В советское время у нас были отношения государства с государством. Теперь их должны заменить отношения между нашим и индийским бизнесом.

– И все же возникает ощущение, что значение России во внешней политике Индии снизилось.

– Существует определенная тенденция недооценивать роль России как ведущей страны на международной арене. Но эта тенденция не превалирует. Есть еще достаточно мощная, влиятельная прослойка политических, военных руководителей, деятелей науки и культуры, которые представляют себе роль России как станового хребта бывшего СССР. И когда я встречался с губернаторами ряда штатов Индии, они говорили мне, что сегодняшняя Россия – это очень серьезная, потенциально сильная держава.

– Сообщалось, что Индия собирается приобрести часть активов ЮКОСа. Есть ли тут сдвиги?

– Да, такие намерения есть, они официально заявлены. Китай тоже проявил интерес. На мой взгляд, мы должны здесь действовать достаточно ответственно и осторожно. Ведь пока еще не завершились юридические процессы в отношении ЮКОСа. Есть опасность, что существуют «подводные камни», за которые придется отвечать не ЮКОСу, а государству.

– Очевидно, вам как послу порой приходится заниматься проблемами, которых прежде просто не было. Например, в России задерживают индийцев, которые пытаются нелегально перебраться в Западную Европу. В связи с этим обостряется визовый вопрос. Как он решается?

– Эта проблема действительно достаточно актуальна. Она обсуждалась во время заседания межправительственной комиссии, которую с нашей стороны возглавляет вице-премьер Александр Жуков, а с индийской – глава МИДа Натвар Сингх. Эта проблема возникает каждый раз, когда я встречаюсь здесь с представителями делового мира. Ведь бизнес, как электричество, идет по пути наименьшего сопротивления. Если бизнесмену нужно ждать визу 6–8 недель, он пойдет туда, где это делается за неделю. Как тут быть? Дело не такое простое. Нелегальная миграция существует. Это проблема не МИДа, а наших коллег из Федеральной миграционной службы.

Нам нужно действовать не по принципу «держать и не пущать», а по принципу – пускать того, кто нам нужен сегодня, кто может инвестировать в нашу экономику. И конечно, странной выглядит картина, когда индийскому бизнесмену с толстым паспортом, где проставлена шенгенская виза, где отмечено, что он неоднократно бывал в Лондоне, начинают чинить препоны на нашей границе. Это вызывает здесь, мягко говоря, недоумение.

– Как же собираются выправлять положение?

– Существует проект соглашения об облегченном визовом режиме. Такой режим действует у нас с Францией, Италией и Германией. Мы передали проект соглашения индийцам. Они практически без каких-либо серьезных замечаний согласились с ним. Одновременно мы говорим о том, что это соглашение должно быть в одном пакете с соглашением о реадмиссии. То есть в том случае, если обнаружены индийские нелегальные иммигранты, то не российская, а индийская сторона должна за них нести ответственность. Индийцы в принципе с этим согласны. Просто нужно ускорить переговоры, желательно решить вопрос в течение этого года. Иначе мы будем терять потенциальных индийских инвесторов.

– Что еще сдерживает рост торговли между нами?

– Наличие индийского долга в рупиях, который висит тяжелым грузом на плечах обеих сторон. От этого нужно избавиться для того, чтобы перейти к нормальной торговле за конвертируемую валюту. Долговые рупии связывают и нас, и Индию.

– Это похоже на парадокс: Индия погашает долг, а оказывается, что это невыгодно.

– Мы временами не можем купить здесь то, что нам бы хотелось, потому что есть очень ограниченный список, который входит в долговой ресурс. Индийцы предлагают нам перечень товаров по ценам, не всегда интересным для нас. Мы бы хотели его расширить. Но индийская сторона пока что за эти пределы не выходит.

– Что же нужно сделать с рупийным долгом?

– Принципиальная договоренность есть: преобразовать долг в инвестиции – в совместные проекты здесь или в России. Этим занимается ряд российских организаций. Но очень важно знать конъюнктуру: куда вкладывать эти рупии. Например, можно вложить их в индийские телекоммуникации. Можно получить разрешение, получить кусок рупийных долгов. А результатом могут быть потери для нашего бюджета и даже для частной компании, которая сюда придет. Ведь этот рынок уже поделен. Поэтому идти на него очень рискованно.

Но зато есть такие отрасли, где мы вполне конкурентоспособны. Например, строительство метро в Бангалоре, в Мумбаи (Бомбее), строительство моста в Мумбаи, строительство шоссейных, железных дорог. Вот куда нужно идти. Мы можем здесь заявлять свои позиции на всех тендерах очень уверенно.

– А каков объем еще не выплаченного нам долга?

– Его считают по-разному. На сегодня это где-то в районе двух миллиардов долларов. По поводу того, как пересчитать и распорядиться этим долгом, идут переговоры. Идут они очень вяло, и не всегда по вине индийской стороны. На мой взгляд, наш Минфин должен быть здесь гораздо активней и заниматься этой проблемой каждый день, а не от случая к случаю.

Еще один момент, от которого непосредственно зависят наши взаимоотношения: нужно отходить от принципа «продавец и покупатель». Наступила новая стадия – совместные научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, совместное производство, совместное лицензирование, совместный маркетинг. На это сегодня ориентирована Индия. Если мы этот подход примем, торгово-экономические связи будут быстро расти.

– Россия строит две очереди атомной электростанции в Куданкуламе. Есть ли возможность получить контракт и на сооружение других АЭС в Индии?

– Мы сильно связаны обязательствами как члены группы ядерных поставщиков. Если мы освободимся от этих пут, то сможем выполнить третью, четвертую, пятую, шестую стадии строительства, в чем очень заинтересована Индия. Это очень выгодно для нас. Будут работать российские предприятия, создаваться рабочие места. Нужно находить какие-то развязки, привлекая и наших партнеров по группе ядерных поставщиков, и Индию.

– А в чем смысл ограничений, наложенных группой ядерных поставщиков?

– Они связаны с ядерными испытаниями, проведенными Индией в 1998 году. Было принято решение, что до вступления Индии в договоренности о нераспространении, о запрещении ядерных испытаний поставок не должно быть. Я выскажу свою личную точку зрения: Индия никакими шагами по распространению ядерных технологий себя не скомпрометировала – в отличие от соседа. Поэтому и у наших американских коллег появляется мнение, что нужно как-то пересматривать взаимоотношения Индии с группой ядерных поставщиков. Когда здесь была Кондолиза Райс, она хоть намеком, но сказала, что есть перспективы обсуждать с Индией взаимодействие в сфере мирного атома. Это понимание есть у Франции, я думаю, и у канадцев. Нам нужно быть поактивней в группе ядерных поставщиков. Но и Индия должна быть более прозрачной в том, что касается ее военной ядерной программы.

– Индийцы хотят обновить парк своих истребителей. До сих пор здесь в ВВС было больше всего самолетов российского происхождения. Не потеряем ли мы этот рынок?

– На мой взгляд, у нас здесь по большому счету один реальный конкурент. Это «Мираж». Это не американцы. Это не «Грипен». Хотя он отличный истребитель. Дело в том, что индийские военные привыкли к двум видам авиации – французской и нашей. И дробить это на новую технику они не очень-то хотят. К тому же у нас есть преимущество: наш истребитель – будь то «Сухой» или «МиГ» – создается под летчика. Летчику очень удобно работать в этой кабине.

126 новых истребителей – это огромный контракт. Если мы справимся с нашим очень важным контрактом по оснащению «Горшкова» (авианесущего крейсера. – «НГ») с «МиГами» как палубной авиацией, я думаю, у нас будут очень неплохие шансы.

– Есть сообщение, что Россия создает центр для сервисного обслуживания фрегатов, построенных на наших верфях. Будут ли такие станции строиться и для авиации и других видов российской боевой техники?

– Для нас создание таких центров – исключительно выгодное и перспективное явление. Ведь они будут работать не только на Индию, но и на страны Юго-Восточной Азии – Малайзию, Индонезию. Индийцы готовы на это идти. Тут решение в основном зависит от наших властей.

– Недавно в Дели побывал глава правительства Китая Вэнь Цзябао. Договорились ли КНР и Индия об урегулировании пограничного вопроса?

– Я полагаю, что нынешняя политика китайских властей существенно отличается от той, что проводилась 10–15 лет назад, когда временами пограничные проблемы служили рычагом политического давления на соседа. Сегодня Китай изменил эту политику, понимая, что в эпоху глобализации этот рычаг не только не работает, он вызывает отторжение мирового сообщества. Поэтому у меня есть твердая уверенность: маршрутная карта, которая намечена для решения индийско-китайской пограничной проблемы, будет реализована.

– В этом свете насколько реальным вам представляется возможность создания «треугольника» Россия–Индия–Китай, о котором говорят теперь не только эксперты, но и политики в трех государствах?

– Самое главное – не пугать никого этим треугольником. Это не военно-политический союз. У трех государств совпадают национальные интересы в том, что касается восприятия реалий современного мира, задач ООН, международного права и экономики. Китай и Индия нуждается в энергоносителях. Россия может сыграть здесь свою роль.

Дели


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Баррель может подорожать до 100 долларов

Баррель может подорожать до 100 долларов

Михаил Сергеев

Россия и Саудовская Аравия не смогут компенсировать антииранские санкции

0
1119
Трамп и Помпео наносят новый удар по России

Трамп и Помпео наносят новый удар по России

Владимир Щербаков

Вашингтон целит в Москву, но бьет по Пекину

0
9665
Пхеньян взял ракетную паузу

Пхеньян взял ракетную паузу

Ирина Дронина

На военном параде впервые не было пугающих всех мощных ракет

0
696
Порошенко сменил  риторику

Порошенко сменил риторику

Татьяна Ивженко

За полгода до президентских выборов основные кандидаты соревнуются в антироссийских лозунгах

0
4039

Другие новости

Загрузка...
24smi.org