0
8190
Газета Дипкурьер Печатная версия

13.10.2019 16:33:00

Каспийская конвенция год спустя

Противоречия прикаспийских государств могут со временем обесценить значение подписанного документа

Александр Воробьев

Об авторе: Александр Вячеславович Воробьев – научный сотрудник Центра изучения Центральной Азии, Кавказа и Поволжья Института востоковедения РАН.

Тэги: каспийское море, правовой статус, каспийская конвенция, ратификация, иран


каспийское море, правовой статус, каспийская конвенция, ратификация, иран Тегеран недоволен тем, что иранский участок дна при разделе оказался меньше, чем у соседей по Каспию. Фото с сайта www.irna.ir

В начале октября президент России Владимир Путин поставил свою подпись под Конвенцией о правовом статусе Каспийского моря. Ранее в сентябре обе палаты российского парламента наконец ратифицировали документ. Таким образом, Россия присоединилась к Азербайджану, Казахстану и Туркменистану – группе стран–подписантов конвенции, парламенты которых уже ратифицировали исторический для Каспия документ.

В августе прошлого года пять прикаспийских государств – Азербайджан, Иран, Казахстан, Россия и Туркменистан – подписали Конвенцию о правовом статусе Каспийского моря. Церемония подписания договора главами государств состоялась в казахстанском Актау. Мероприятие активно освещалось в СМИ, живо и благосклонно комментировалось политологами прикаспийских государств. Ведь к подписанию документа стороны шли более 20 лет. Ее появление означало завершение эпохи неопределенности в международно-правовом статусе Каспийского моря. Эта неопределенность возникла после распада СССР с появлением в Каспийском регионе новых независимых государств, не вписывавшихся в прежнюю систему двусторонних советско-иранских отношений по Каспию.

Саму конвенцию быстро окрестили «конституцией Каспия». Она носит рамочный, основополагающий характер. Документ уникален тем, что представляет собой мини-конвенцию по морскому праву. Каспийское море в конвенции рассматривалось и не как море, и не как озеро, а было названо «водоемом, окруженным сухопутными границами пяти прикаспийских стран». Подобная оригинальная трактовка позволила разработчикам документа быть гораздо более гибкими и изобретательными в формулировке итоговых положений документа.

В целом подписание конвенции, как и год назад, остается благом для пяти прикаспийских государств. Определенность, которую внесла конвенция, лучше неопределенности и отсутствия правил. Каждая страна-подписант, вероятно, получила от документа свою выгоду. Россия и Иран – гарантии отсутствия на Каспии вооруженных сил внешних игроков. Сохранение акватории Каспийского моря в общем пользовании также дало России преимущества в перемещении и использовании собственных военно-морских сил на Каспии. Азербайджан, Казахстан и Туркменистан получили обширные участки морского дна с месторождениями нефти и газа, перспективой их дальнейшей разработки к собственной выгоде. Согласно оценкам американской Energy Information Administration (EIA), на шельфе Каспия содержится до 6,5 млрд т доказанных и вероятных запасов нефти и газа в нефтяном эквиваленте.

Однако по прошествии года стало очевидно и то, что за ровной гладью успеха в подписании Каспийской конвенции скрываются подводные камни потенциальных рисков. И они в скором времени могут дать о себе знать. Так, Иран сегодня остается единственной из прикаспийских стран, все еще не ратифицировавшей конвенцию. Вероятно, к ратификации документа в Исламской Республике приступят лишь в следующем году. В феврале 2020 года в Иране состоятся очередные парламентские выборы: судьбу конвенции будет решать уже новый созыв иранского парламента.

Однако ни в обществе, ни в парламенте Ирана сегодня нет консенсуса по поводу выгодности для Тегерана конвенции, подпись под которой поставил в августе прошлого года президент Хасан Рухани. Дело в том, что в силу географии иранский участок морского дна при разделе оказывается меньше, чем у соседей по Каспию. Недовольная часть иранцев прямо указывает на то, что в случае раздела дна Каспийского моря на равные участки Тегеран мог бы претендовать на 20% морского дна. Годом ранее при подписании конвенции Иран фактически поступился своим шельфом и получил за это ряд уступок. Тегеран находится в сложной международной обстановке в свете своих отношений с США и конфликта в соседней Сирии. Поэтому военно-стратегические выгоды от подписания конвенции год назад перевесили стремление получить более обширный сектор морского дна.

Тем не менее тот факт, что Тегеран до сих пор не ратифицировал конвенцию, вызывает беспокойство. Процесс идет не так гладко, как хотелось бы. Ратификация конвенции новым созывом парламента рискует обернуться жаркими дебатами в иранском парламенте. В конце концов это может сподвигнуть дипломатов из Тегерана к требованию новых уступок от России и других стран, уже подписавших документ и мысленно поставивших галочку о том, что данный вопрос закрыт.

Другая не очень положительная тенденция, обозначившаяся за год, прошедший после подписания конвенции, – это спад динамики межгосударственного взаимодействия прикаспийских стран. В период, предшествовавший подписанию конвенции, динамика межгосударственного взаимодействия стран «каспийской пятерки» была весьма интенсивной, поскольку требовалось завершить документ и зафиксировать результат многолетней работы. Подписание же конвенции Москва и другие прикаспийские столицы восприняли как финальную точку в этой самой работе, за которой последовало успокоение. Страны – участницы конвенции сосредоточились на осмыслении значения подписанного документа, а также на процессе ее ратификации, который носил по большей части внутригосударственный характер.

Однако конвенция сама по себе носит рамочный и весьма общий характер. Множество вопросов и нерешенных споров осталось за скобками документа. Вопросы требуют более детальной проработки, а споры и разногласия, такие, например, как между Ираном и Азербайджаном по поводу месторождений, нуждаются в решении. Неясной остается и судьба Транскаспийского газопровода, который Баку и Ашхабад вроде бы и могут проложить на основе двусторонней договоренности. Но в то же время этот вопрос требует экологического одобрения всей «каспийской пятерки». Вероятно, тема строительства Транскаспийского газопровода и противоречий в позициях стран Каспия по этому вопросу будет в ближайшие годы не раз всплывать в информационной повестке.

Очевидно, что противоречия и трения между странами «каспийской пятерки» – пусть и не столь драматичные – в среднесрочной перспективе сохранятся, несмотря на наличие одобренного всеми документа о статусе Каспийского моря. Экономические связи прикаспийских стран сегодня не очень интенсивны, имеет место разнонаправленность развития государств Каспийского региона. Для того чтобы уровень противоречий не обострялся и значение подписанной конвенции в будущем не обесценивалось, странам «каспийской пятерки» необходимо как минимум не снижать темпов политической координации, не игнорировать интересы и потребности друг друга, развивать сотрудничество в сфере экономики и транспорта, а также вовлекать все без исключения страны региона в поддержание безопасности на Каспийском море. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Топливный бунт раскалывает иранскую элиту

Топливный бунт раскалывает иранскую элиту

Игорь Субботин

Жители страны выступают за право на дешевый бензин

0
1366
МАГАТЭ уличило Иран в незаконном обогащении урана

МАГАТЭ уличило Иран в незаконном обогащении урана

Ирина Дронина

Тегеран перестал придерживаться договоренностей по ядерной сделке

0
645
На АЭС в Бушере заложен фундамент второго энергоблока

На АЭС в Бушере заложен фундамент второго энергоблока

0
687
Вину за экспансию Ирана возложили на Россию

Вину за экспансию Ирана возложили на Россию

Игорь Субботин

Эксперты назвали причину усиления Тегерана в Сирии

0
1795

Другие новости

Загрузка...
24smi.org