0
2350
Газета Культура Печатная версия

05.06.2014 00:01:00

Не поспешили и насмешили

К своему юбилею Михаил Кисляров поставил «Мавру» Стравинского

Тэги: театр, кисляров, стравинский, музыка


театр, кисляров, стравинский, музыка Обилие ярких красок на сцене уравновешивает черный фон стен. Фото Ивана Мурзина предоставлено пресс-службой театра

Постановку оперы Стравинского «Мавра» выпустил к своему 60-летию главный режиссер Камерного театра им. Покровского Михаил Кисляров. А артисты и администрация поздравили любимого руководителя забавным мини-капустником. 

«Кинщик, кино давай!» – кричит герой оперы «Альтист Данилов», и многие в зале сразу же узнали юбиляра в кадрах из фильмов: вот мальчишка на велосипеде, а вот – Дениска из рассказов Драгунского, юноша из фильма «Девочка на шаре». Михаил Степанович (не удивлюсь, что для многих в зале это было открытием) начинал свою карьеру как актер, играл в Центральном детском театре. Потом выучился на хореографа и оперного режиссера и в амплуа последнего – задержался. Наверняка благодаря силе и харизме Бориса Покровского, руководителя мастерской в ГИТИСе. Долгие годы Кисляров был рядом с мастером, а после его ухода стал главным режиссером в театре, который стал носить имя Покровского. Детский голос, открывающий спектакль «Блудный сын», рассказывает нам эту историю – в былинном стиле. 

Весь этот маленький спектакль обыгрывает последние постановки режиссера. Вот Холстомер и молоденький жеребец вспоминают историю появления Михаила Степановича на свет, а вот трио из комической оперы «Три Пинто» поет бесконечный канон: «Ручку повыше, мелкими шажками назад…» Этот несносный режиссер с образованием хореографа нас – оперных певцов! – все время изводит какими-то танцами. А тенор, или лучше так: Тенор – тот вообще грозит увольнением, ведь ему по чину положено стоять и петь, а Кисляров постоянно мешает. Топает ногами и на высокой ноте из знаменитой песенки Герцога («Сердце красавиц») гордо покидает кабинет директора. Директора, заметим, самого настоящего: Олег Михайлов выслушивает жалобы Солиста и даже «бубукает» в такт. А зав. труппой (тоже самый настоящий) освоил высокий стиль барочного речитатива: в дуэте с дирижером Айратом Кашаевым он пытается найти время для репетиции – но его нет, даже в понедельник (а это выходной!) всех артистов задействовал Кисляров, будь он неладен. Самый смешной пассаж вышел про лесть: артист из «Блудного сына» идет в гримерный цех и возмущается, что ему не изготовили парик. Все вопросы к Кислярову! – отвечают.  Твердой поступью артист идет к кабинету, сейчас он выскажет свое «фе»: «Михаил Степанович! Вы! Вы!.. Вы… гениальный!!!» Хохот в зале. 

Сам юбиляр тоже повеселил перед этим публику. К праздничному вечеру он подготовил премьеру оперы Стравинского «Мавра». Оговоримся: «Мавру» давали во втором отделении, в первом разговор шел на серьезные темы, показывали оперу-притчу Бриттена «Блудный сын», постановку этого сезона. Оперу Стравинского – воспоминание о старинном жанре русского водевиля, выполненного композитором, конечно, в ироническом ключе, принято и ставить так же. Смешные костюмы с юбками, намекающими на пышные формы их обладательниц, косы из клубков для вязания, высокие кокошники, яркие румяна, колготы в горох, кухонная утварь гипертрофированных размеров и прочее и прочее. 

Художник Ася Мухина соорудила железную кровать «с шишечками» – она, конечно, и есть место действия любовной «драмы». Она же придумала и портрет Пушкина, составленный из ярких пятен, что в конце подмигивает зрителям. А Михаил Кисляров вывел автора (либретто написано по мотивам пушкинской поэмы «Домик в деревне») на сцену (Алексей Морозов) как рассказчика – он решил поупражняться в стихосложении октавами, ну а уж содержание – какое вышло, небылица без особого смысла. Впрочем, особый смысл для зрителя и слушателя «Мавры» все же есть – и лежит он в плоскости не столько сценической, сколько «ниже» – в оркестровой яме – или в их сцеплении. Во-первых, партитуру Игорь Федорович написал не для слабонервных артистов: хоть и длится всего полчаса, а сил затратишь как на опус Вагнера. А дирижеру и того туже: певцы того и гляди разойдутся с оркестром, а надо и о стилистической стороне дела побеспокоиться. Геннадий Рождественский, дирижер-постановщик спектакля, – гений, одним словом. Все издевки Стравинского, когда одна и та же тема звучит и как веселая песня, и как притворный плач, и как романс томящейся в ожидании свидания Параши (Александра Мартынова), «белькантовые» рулады Гусара (Борислав Молчанов) он воплощает почти осязаемо. Туда же – и «разверзшиеся небеса» у низкой меди (в момент, когда Мамаша видит Кухарку с мужским торсом), мнимое дурновкусие бытового романса с перманентным «ум-ца, ум-ца» – и даже духовые, кажется, специально киксуют. Пожалуй, лучшая «Мавра», какую обозревателю «НГ» удавалось слышать.  


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Публику ожидает премьера проекта «Месса Танго»

Публику ожидает премьера проекта «Месса Танго»

0
616
После ухода Бэлзы

После ухода Бэлзы

Александр Сенкевич

Вспышки памяти о Уайльде, музыке и рябине на коньяке

0
1590
Кирилл Серебренников стал триумфатором «Золотой маски»

Кирилл Серебренников стал триумфатором «Золотой маски»

Елизавета Авдошина

Надежда Травина

В Москве вручили главные театральные награды

0
1415
Как проект "Первого национального театра" обрастает политическим подтекстом

Как проект "Первого национального театра" обрастает политическим подтекстом

За идеей сохранить традиции российской сцены могут скрываться не только просветительские мотивы

0
1347

Другие новости

Загрузка...
24smi.org