0
5245
Газета Культура Печатная версия

10.01.2018 00:01:00

Марк Захаров: Есть даже театр в пельменной и в электричке. Это, наверное, хорошо

Художественный руководитель Ленкома – о финансовой и творческой жизни театра

Тэги: театры, скандалы, ленком, премьера, марк захаров, интервью


театры, скандалы, ленком, премьера, марк захаров, интервью По словам Захарова, абсолютным авторитетом для него остается Георгий Товстоногов. Фото с сайта www.council.gov.ru

В разгар репетиций спектакля «Фальстаф и Принц Уэльский» режиссер Марк ЗАХАРОВ побеседовал с корреспондентом «НГ» Елизаветой АВДОШИНОЙ о своих артистах, последних днях Леонида Броневого в театре, о традициях и финансовой поддержке Ленкома.

– Если бы мы сейчас говорили о жизни Московского театра Ленком, никак не связанной со статьей в «Независимой газете» (см. «НГ» от 27.11.17), я бы, конечно, рассказал о наиболее интересных сторонах нашего театрального бытия: о традиционных аншлагах, о спектаклях, которые вызывают обширную прессу. Наконец, о нашей социальной политике: о бесплатном двухразовом питании для работников театра (это касается 365 человек), о бесплатном прикреплении к страховой медицине и т.д. Обо всех наших работах, проводимых за внебюджетные средства: ремонтных работах, строительстве четырех дач, подаренных когда-то комсомольским вождем Косиором, превращении их в дома городского типа с круглогодичным проживанием и о многом другом.

Да, нам активно помогают в нашей работе спонсоры, представляющие продюсерский центр «МКАЯНА», – Валерий Янклович и Марк Кролл. Но сейчас я хочу сказать о другом – об обвинении нашего театра в «театральном обмане». Само это название, по-моему, вызывает подозрение в гневной, некорректной тенденциозности. Иными словами – лживый театр! Название очень напоминает некоторые статьи 30–40-х годов, после которых театр закрывался, как Камерный театр Таирова или театр Мейерхольда, а руководство подвергалось немедленным репрессиям, артистов распределяли по другим коллективам.

Чего стоит только упоминание о том, что в погоне за длинным рублем театральное пространство отдано «магазинчикам, салонам, складам». Очень бы хотел посмотреть на работника редакции, который проверял справедливость напечатанного в статье и признал полную их достоверность. Об авторе статьи мне говорить не хочется – он вызывает сочувствие. Подневольный человек. Я очень хотел с ним встретиться, но о таком человеке никто в театральном мире не знает и никогда не слышал.

Торговые точки в виде «магазинчиков» никогда в нашем театре не существовали, ни за 40 с лишним лет при моем руководстве, ни при Эфросе, ни при Берсеневе, ни тем более при комсомольских руководителях. В фойе театра продаются только программки идущего спектакля, буклеты и отдельные издания, связанные с репертуаром Ленкома. Это общетеатральная и даже общемировая практика.

Теперь о том, что справедливо. Действительно, иногда наш автомобиль заезжал на пешеходную зону. В последние несколько месяцев тяжелобольного Леонида Броневого мы подвозили к служебному входу, а также увозили его после спектакля. Остался в нашей памяти и скандальный эпизод с нашим директором, когда водитель производил погрузку театральных программок и книг, посвященных 90-летию театра, а неизвестный молодой человек воспрепятствовал его отъезду от служебного входа. Интересно, что подобный эпизод случился и с директором Московского театра оперетты Владимиром Тартаковским, который рассказал нам, что это известный всем разгневанный блогер. Объяснять ему, что в правилах дорожного движения есть пункт ПДД 9.9, который допускает кратковременную парковку на пешеходной зоне, мы не стали. А недавно появился даже специальный дорожный знак.

И еще – нам действительно оказывали разовую финансовую поддержку люди, как уже потом выяснилось, с далеко не безупречной репутацией. Среди них, например, Тельман Исмаилов, который помог нам в организации гастролей в Израиле, дал деньги на строительство актерского буфета и оказывал помощь в некоторых других наших начинаниях. Но утверждение, что его нередко видели в театре в первом ряду партера, было бы страшным для него по своей жесткости наказанием, сродни средневековой пытке – засматривать спектакль в драматическом театре, да еще в первом ряду! Всех, кто нам помогал и помогает сегодня, мы благодарим самым сердечным образом и не скрываем этого. Среди тех, кто нам помогает, есть люди глубоко нами уважаемые, например Герман Греф, Михаил Куснирович. Уверен, что «лживому» театру они помогать бы не стали.

И еще несколько слов об источнике информации для вышеупомянутой статьи. Несколько лет назад у нас произошел имущественный спор с директором гостиницы «Юность» господином Фаридом Ахвердиевым, какое-то время мы с его помощью использовали зал гостиницы для наших репетиций и просмотров спектаклей молодых режиссеров с целью привлечь их к работе в Ленкоме. Потом произошел разрыв в наших деловых отношениях, но утверждение, что дирекция театра, как итальянская мафия, угрожает его семье физическим уничтожением, приказывая немедленно покинуть границы РФ, я отношу к гневной и необузданной фантазии г-на Ахвердиева. В отношении личности самого г-на Ахвердиева могу с сожалением заметить, что он подделал ряд финансовых и юридических документов, подделал печать и подпись директора Ленкома. То, что он послужил главным информатором для публикации в «Независимой газете», лично меня искренне огорчило. Как нам стало известно, в апреле 2017 года Ахвердиеву, который является гражданином Российской Федерации, было предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 159 УК РФ, и он был объявлен в международный розыск. В настоящее время Ахвердиев отказывается сотрудничать со следствием и скрывается за пределами России.

Выше я упоминал о нашей деловой расторопности, но, конечно, мы мало чего смогли бы без помощи московской мэрии. Мы очень благодарны Департаменту культуры и лично Александру Кибовскому. Недавно с его помощью мы смогли приобрести новую дорогостоящую звуковую и световую аппаратуру. И вообще любые наши операции с государственным имуществом всегда плотно контролируются мэрией Москвы. И к счастью, нам очень помогает Сергей Собянин.

Недавно состоялся расширенный секретариат Союза театральных деятелей в присутствии советника по культуре нашего президента – Владимира Толстого. Председатель правления Александр Калягин сформулировал печальную тенденцию, касающуюся многих московских и российских театров, когда упущения, ошибки, огрехи в деятельности одного российского театра автоматически распространяются на все театры страны. Именно в русле этой весьма сомнительной тенденции и появилась статья с уничижительным названием «Театральный обман».

Марк Анатольевич, давайте поговорим о творчестве. Сейчас самый разгар репетиций вашей премьеры?

– Да, мы до сих пор не обращались к Шекспиру, драматургу, который оказал влияние на весь мировой театр. Мы взяли пьесу «Генрих IV», сделали сценическую фантазию по мотивам шекспировских трагедий и комедий (речь идет о будущей премьере спектакля «Фальстаф и Принц Уэльский». – «НГ»). Спектакль будет называться «фарсом». Нам хотелось, чтобы было много смешного. В незапамятные времена в Вахтанговском театре шел спектакль «Много шума из ничего» с веселой музыкой Хренникова. Спектакля я не видел, но слышал по радио, когда был ребенком. Мы используем разные переводы и собственные произведения, в чем участвовали и артисты, и я. Репетируем пока с удовольствием.

В прошлом сезоне вы поставили злободневную антиутопию «День опричника», над Шекспиром работаете в схожем направлении?

– Нет, конечно. Владимир Сорокин – остроумный и эпатажный сатирик. Но наша постановка будет осуществляться в русле наших традиций. Эпатажа не предвидится.

Ленкомовские традиции сегодня как можно обозначить?

– Это всегда зрелище – яркое и заразительное. Если придет иностранец, ему даже без перевода должно быть интересно. И есть еще понятие Вахтангова: фантастический реализм. Это не воспроизведение жизни, а поэтический эквивалент действительности.

Как вы считаете, зритель еще не устал от литературоцентричного театра?

– От авангардного искусства с режиссерскими ребусами, похоже, устал. Хотя я понимаю, что театр должен быть разным. И все-таки мне надо, чтобы зритель кого-то обязательно полюбил, кому-то сочувствовал, переживал и удивился новой правде. Это, кстати, хороший девиз, потому что правда бывает разной, она меняется. И у палача ведь тоже есть своя правда. Вот сейчас в Орле Иван Грозный стал новым героем. Губернатор сказал, что не убивал Грозный сына, а просто повез его в Петербург на лечение, забыв, видимо, что Петербург был основан намного позже. Но это так, к слову.

Недавно вы признавались, что сложно найти литературный материал, который растревожит и душу, и разум, и в современной драматургии вы такого материала не видите.

– К сожалению, пока не вижу. Хотя знаю, что есть Театр.doc, другие театры, к которым с уважением отношусь. Есть даже театр в пельменной и в электричке. Это, наверное, хорошо. Пусть будут разные жанры. Разные направления. Но мы этого побаиваемся и предпочитаем работать в традиционном театральном пространстве, с нормальной сценой и зрительным залом на 650 человек.

А какую нишу легендарный Ленком занимает сегодня для нового, молодого поколения зрителей?

– Вы знаете, я не люблю такого определения. Когда я только пришел в театр и был назначен художественным руководителем, мне сказали: вот эти все названия у вас хорошие, но теперь скажите, что вы будете ставить для нашей молодежи. Раньше в нашей стране было такое увлечение; Колхозный театр – исключительно для колхозников; был Театр транспорта, бывший Театр им. Гоголя, в котором я, кстати, работал. Это был театр специально для работников советского транспорта. Театр Революции, Театр Советской Армии, театр МГСПС… В этой связи мне хочется брать пример с великих. Кому Пушкин посвящал свои стихи? Тем людям, которые его понимали, кого он ценил и кому хотел подарить новые ощущения и мысли. Нашим театром могут увлекаться и молодые люди, и средних лет, и пенсионеры. К нам ходят очень разные зрители: есть пенсионеры, которых мы очень почитаем. В последние годы наш зритель заметно помолодел. «Вишневый сад», например, превратился в шлягерный спектакль. Удивительная отдача зала, продолжительные аплодисменты и море цветов для артистов.

Кто будет теперь играть роль Броневого, роль Фирса?

– Леонида Сергеевича заменить, конечно, невозможно. Но в «Вишневый сад» ввелся народный артист Владимир Юматов. Мы часто его видим в кино в ролях положительных героев. Фирса он играет по-своему, не подражая впрямую Броневому, да это и невозможно, но играет интересно и очень достойно. Еще в спектакль ввелась Алла Юганова. Она привнесла свою тему и особую искренность. Вообще привнесение своего человеческого мотива актером продлевает спектаклю жизнь.

Скажите, как прошли последние дни Леонида Броневого в театре?

– Мучительно. Ему было тяжело, он преодолевал себя. К поклонам его уже надо было поддерживать, было трудно. Умирал он постепенно, тяжело и на наших глазах.

Разве есть в Европе такая «традиция» – до последнего, превозмогая физические недуги, выходить на сцену? Это, наверное, возможно только в России.

– В этой связи хочется поворчать. Если артист вот так сыграл Мюллера в «Семнадцати мгновениях весны», он должен получить столько денег, такой гонорар от проката, в том числе от телевизионных повторов, чтобы спокойно купить ранчо или даже остров. Он обеспечен на всю оставшуюся жизнь – как это происходит на Западе, в США, в Германии… У нас такого пока не предвидится, артисты получают совсем небольшие деньги.

Янковский перед уходом из жизни сказал, что зрители понимают – мне тяжело и не нужно больше играть. Но Абдулов играл до последнего. Старость артиста в России очень неприглядная. Окончание их жизни – печальное, горестное. Это наша общая беда.

А молодые актеры вас радуют?

– К нам пришел Александр Мизев, он еще учится в ГИТИСе. Но и Абдулов, когда приходил, был на четвертом курсе. Мы надеемся, что вырастим хорошего артиста. К тому же, кого раньше считали молодыми – Шагина, Ракова, Миронову, Захарову, – стали мастерами, и они очень интересуют зрителей. Большим артистом становится Дмитрий Певцов. Он репетирует Генриха IV, принца, из очаровательного беспутного парня превращающегося в фашиствующего тирана. Перерождение человека у власти закономерно, но, когда он теряет ее, он снова очеловечивается, становится симпатичным, как Никита Сергеевич Хрущев. Он в старости был очень хороший, помогал Высоцкому советом (кому надо петь, когда и кого стоит обходить).

Каким режиссерам со стороны вы позволяете ставить на сцене Ленкома? Радикальные постановки, как мы помним по прошлому сезону, здесь не прижились.

– Есть давнишние пристрастия. К Глебу Панфилову, например, который обещал начать репетировать сразу после моей премьеры. И к болгарскому режиссеру Александру Морфову, который поставил у нас два хороших спектакля. А что касается Богомолова, то при всем уважении к его творчеству мы пока решили сделать паузу, хотя дали ему возможность поставить два спектакля подряд.

На пороге 100-летие театра. Как ощущаются эти 90 с лишним лет?

– Через намоленные стены. Не получится слушать фортепианный концерт в морге. Стены не будут этому способствовать.

У нас все-таки работали Евгений Леонов, Леонид Броневой, Елена Фадеева, Татьяна Пельтцер. Я беру только тех, с кем работал сам. Они заложили серьезные традиции. Главное для меня – это среда, в которой развиваются артисты. Лучший репертуарный театр – товстоноговский БДТ в свое время. Георгий Александрович Товстоногов был и остается для меня абсолютным авторитетом, у него было особое театральное чутье на то, что сегодня нужно, а что неинтересно. Вся ведущая компания его театра обогатила советский кинематограф. Если бы не было Владислава Стржельчика, Татьяны Дорониной, Ефима Копеляна, Павла Луспекаева, наш кинематограф лишился бы своих кумиров.

Евгений Лебедев – артист недосягаемой высоты, почти как Броневой, но в другом жанре. Это клоунский вариант гротеска. Его Холстомер был не лошадью, а странным, живым, чудным и обаятельным существом, которому сопереживали. И мы стремимся к тому, чтобы у нас вырастали настоящие артисты и становились серьезными мастерами, как Инна Чурикова, покойный Броневой, Мария Миронова, Виктор Раков, Сергей Степанченко, Дмитрий Певцов. Надеемся, что авторитет Ленкома будет по-прежнему привлекать зрителей.

Что вас вдохновляет сегодня, дарит энергию?

– Наше древнее искусство, русские памятники и люди, которые ими занимаются. Мне нравятся поступки нашего президента; изменилось отношение к Деникину. Теперь мы иначе относимся к Белой гвардии. Я помню, как наш президент посещал Париж, где встречался с потомками бывшего Белого войска, с людьми, которые продолжают любить Родину и учат своих сыновей и внуков русскому языку. И я в заключение хотел бы поделиться своими сугубо личными ощущениями. Несмотря на злополучную статью, я с огромным вниманием и интересом читаю «Независимую газету». Особенно любопытными мне кажутся четыре последние полосы. Думаю, что эти статьи могут стать предметом зависти со стороны других СМИ. Настоятельно рекомендую всем своим друзьям и знакомым немедленно подписаться на это издание.

Я рассказал почти все, что знаю, думаю и на что надеюсь.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


Жертва любви

Жертва любви

Елизавета Авдошина

Дмитрий Крымов впервые поставил спектакль в Театре Наций

0
954
Зачем мормонам храм в России

Зачем мормонам храм в России

Андрей Мельников

Лидер общины в интервью "НГР" отвечает на обвинения конспирологов в адрес своей церкви

0
2350
Гол в пользу Данилы Козловского

Гол в пользу Данилы Козловского

Наталия Григорьева

Фильм «Тренер» оказался в центре сразу двух скандалов еще до премьеры

0
1429
Король и мальчик

Король и мальчик

Геннадий Евграфов

Драматург Евгений Шварц жил при драконе и боролся с ним

0
1525

Другие новости

Загрузка...
24smi.org