0
1012
Газета Печатная версия

17.05.2001

Горячее финское золото

Тэги: паасилинна, бестселлеры, франция

В Издательстве Независимая Газета выходит роман одного из самых популярных современных финских писателей Арто Паасилинны "Лес повешенных лисиц" (перевод С.Зайкова). Как это водится в любой читающей стране, Паасилинна пользовался особой нелюбовью финской литературной критики, однако - вода камень точит - в 90-е годы все изменилось, и все изменилось по вполне банальной схеме: романы писателя, долгое время будучи бестселлерами на его родине, стали таковыми еще и во Франции. И вот тогда любовь критиков пришла к Паасилинне и в Финляндии. Легкость стиля, крутые повороты сюжета и юмор - вполне обычное триединство для писательского успеха. Причем юмор у Паасилинны по финским понятиям - смелый. Он не боится вышучивать такие мрачные темы, как, например, безработица или даже самоубийство. Предлагаем вашему вниманию вполне "интернациональный", то есть очень даже "русский" отрывок из "Леса повешенных лисиц". Ибо речь идет о незаконно нажитом золоте. И много о чем еще.

Лучше убраться из Стокгольма еще до того, как Сиира выйдет из тюрьмы. У "мокрушника"-рецидивиста было целых пять лет, чтобы сплести интригу против своего бывшего подельника. Ойва Юнтунен не собирался сидеть и ждать, что же там за пять лет напридумывал коммерц-техник. Нужно было бесследно исчезнуть, быстро и надолго. Флорида казалась правильным решением.

<...>Ойва Юнтунен познакомился с несколькими типами из страны Суоми, которые отсиживались во Флориде. Как правило, у этих приятелей на совести были невыплаченные налоги, фиктивные банкротства, растраты, взятки и так далее. Некоторые занимались коммерцией, другие тратили неправедно нажитые на родине деньги. На трезвую голову эти мужички вовсю хвалили свободный американский образ жизни, но, напившись до положения риз, они со слезами на глазах говорили о тоске по родине. Беженец тоскует по своей родине, даже если он и преступник.

Финны часто устраивали междусобойчики: жарили мясо на вертеле, плескались в бассейнах и толковали о последних здешних убийствах и грабежах.<...>

Один крупный чиновник, некий мистер Ябала родом из Саволакса, ранее носивший фамилию Яппиля, рассказывал Ойве о своем житье-бытье. У него были огромная яхта, красивый дом в хорошем районе и две машины. Был бассейн, и баба в нем плавала, вообще-то совсем недурная собой баба. Казалось бы, чего еще было желать этому благополучному республиканцу? Ан нет...

- Я уже пять лет не пробовал ряпушки, веришь ли, Ойва? Иногда так чертовски хочется фрикаделек, что аж в животе жжет. Ты же знаешь эти местные гамбургеры.

Ябала жаловался также на то, что уже много лет не видел самого обычного трамвая.

- Эх, проехаться бы на "трешке" от Каллио до Торговой площади, купить там десятикилограммового лосося и засолить его. Здесь продают только эту океаническую рыбу с белым мясом, и всегда надо за ней ехать на своей машине. А больше всего мне здесь не хватает баньки по-черному. Ты только подумай! Из парилки прямо в озеро, а потом прохлаждаться на лавке возле бани. Здесь даже болонской колбасы не купить! Да что там - гамбургера путного и то у них днем с огнем не сыщешь. Если бы я смог выбраться в Суоми хотя бы на одну ночь, то сходил бы в сауну, съел бы, черт побери, за один присест килограмм холодной болонской колбасы и выпил бы ушат домашнего пива.

- У тебя же есть сауна, - заметил Ойва Юнтунен.

- Да кто же в такую жару будет париться? Сначала неделями эта жара, затем с моря припрет жуткое торнадо. Все лодки искрошит, крыши улетают за милю отсюда, и эти чертовы пальмы валятся прямо в бассейн. Если шторм не разнесет дом, то гангстеры выдавят окна внутрь и все подчистую унесут. Если же ночью находишься в одном конце дома, то другой в это время уже чистят. А утром представитель страховой компании обдерет то, что осталось. Я вот сплю в подвале, потому как там не так страшно. Горничная у нас спит в спальне, но она ж негритянка. Ты только подумай: мне приходится отдавать свою постель негритянке! Однако самая чертовщина здесь в том, что после осени зима не приходит, как это заведено повсюду. Захочешь на лыжах покататься - изволь отправляться в Канаду.

<...>Ойва Юнтунен отметил, что во Флориде он вовсе не был надежно укрыт от посягательств коммерц-техника Сииры. Узнай этот громила об исчезновении подельника, сразу прилетел бы сюда. Здесь жулью как медом намазано. А Сиира чем хуже?

В одно прекрасное утро коммерц-техник Сиира вполне может появиться на террасе с револьвером в руке. Вот уж побеседовали бы! Эта свинья убьет и не заметит, с нее станется...

Ойва Юнтунен вылетел в Нью-Йорк. Он думал остаться там насовсем. В большом городе Сиира его в жизни не отыщет.

Однако еще до того, как он устроился в гостиницу, его ограбили. Средь бела дня, посреди улицы, в толпе. Гангстеры забрали деньги, хорошо еще, что не пристрелили. Уходя, один из них сорвал с шеи Ойвы шелковый галстук. Паспорт и большую часть одежды оставили.

Попасть в такой переплет в многомиллионном городе - удовольствие ниже среднего. Ойва Юнтунен отправился в консульство Швеции, где к нему отнеслись с холодком.

- Опять финн, - говорили шведы и с сожалением качали головами. Тогда Ойва Юнтунен обратился за помощью в финское консульство. Ему выдали билет на дорогу, однако не до Стокгольма, а до Хельсинки, поскольку он являлся гражданином Финляндии.

- Хорошо, что вы не просите командировочных до Москвы, - сказал ему клерк. - В Хельсинки пойдете в отдел социальной помощи и попросите у них денег на дорогу до Стокгольма. Мы оформляем здесь только дальние маршруты.

Это надо же, отправить в "социалку" человека, у которого в Саволаксе в куче навоза лежит тридцать шесть килограммов чистейшего золота! Смех да и только. Однако когда это власти в своих действиях руководствовались разумом?

В самолете Ойва Юнтунен пришел к тому выводу, что второй раз в Америку он не отправился бы. Должно же в мире быть более надежное место, где бы мог скрыться обычный жулик.

Из Хельсинки Ойва позвонил в Стокгольм "авторитету" Стиккану, и тот переслал ему денег. Получив срочный перевод, Ойва взял напрокат роскошный автомобиль и немедленно отправился в Вехмерсалми, в свой заброшенный дом. Здесь его ждали ржавая лопата и самая дорогая в мире куча навоза.

И вот вернувшийся блудный сын шагал по такой знакомой тропинке к своему родному дому, оглядывая зеленеющие под ласковым июньским солнышком нивы. Он подумал о том, как все же удивительно красив родной край. Как мило возле дома шумела на ветру вековая рябина! Крыша коровника трогательно прогнулась, крышка колодца покрылась мягким мхом, крыльцо жалкой лачуги сгнило, а ее дверь, изогнувшись, висела полуоткрытая на петлях, как бы приглашая путника зайти.

Однако Ойва Юнтунен не стал заходить в дом, а посмотрел за коровник, в направлении заросшей крапивой и лесным купырем навозной кучи. До чего же красиво возвышалась она над посеревшим загоном для скота! Что-то в этом было - жизненная сила, что ли. А главное - там было золото!!! Там был клад Ойвы Юнтунена, хитроумный сейф. Однако сразу же, как только коммерц-техник и убийца-рецидивист Сиира получил бы от легкомысленного короля Швеции прощение и свободу, он направился бы на разведку именно в Вехмерсалми. Тут не было ни тени сомнения, и именно поэтому золото следовало перенести в безопасное место.

Ойва Юнтунен зашел внутрь серого сарая, где его нежно поприветствовала ржавая сенокосилка. На ней его отец, ныне покойный, не одно лето косил тимофеевку, запрягая в косилку старую кобылу по кличке Руско... В углу стояло точило, на удивление хорошо сохранившееся. Ойва провернул его несколько раз за ручку. "На нем еще вполне можно наточить нож для разделки мяса", - прочувствованно подумал он.

С лопатой в руке вернулся Ойва из сарая и зашагал к навозной куче. Крапива обжигала щиколотки сквозь тонкие креповые носки, однако это его не волновало. Он стоял теперь на золотом навозе.

От угла коровника должно быть три с половиной метра, второй координатой было расстояние в два метра от отверстия, через которое навоз выбрасывали на улицу. Ойва Юнтунен вонзил лопату в центр золотого сечения. Это было похоже на набор первой цифры в кодированном замке сейфа.

Да, глубоко же оказалось спрятанным золото! Прокопав с час, Ойва вырыл яму шириной с метр и глубиной в полметра, однако сокровищ не обнаружил. Вспотевший, в испачканных навозом полуботинках Ойва вылез из раскопа. Целая туча синебрюхих мух проследовала за золотоискателем. Ойва закурил и вытер пот со лба.

- Черт, - проговорил он огорченно. Покурив, Ойва снова вернулся к работе. Ленивые в этом мире не выживают. Он определил новый, расширенный район поисков и провел на куче еще с час. Образовалась огромная яма, и наконец старания его были вознаграждены. Три слитка золота по очереди ударились об его лопату. Ойва Юнтунен перенес слитки во двор, набрал из колодца воды и дочиста отмыл их от навоза.

Так они и лежали на лужайке во дворе: три блестящих двенадцатикилограммовых слитка золота высшей пробы с клеймами Государственного банка Австралии по бокам. Ойва Юнтунен погладил холодный благородный металл. Ладонь вспотела, сердце забилось быстрее обычного. Эту добычу он никогда не согласился бы разделить с убийцей-рецидивистом Сиирой. Уж лучше спрятать сокровище где-нибудь в далекой Лапландии, но только чтоб Сиире не отломилось ни крошки.

Неподалеку пожилой сосед разъезжал на тракторе по своему полю. Ойва Юнтунен быстро спрятал золото в багажник машины, который затем тщательно закрыл на ключ. После этого он помахал рукой старику, который приехал во двор подивиться на гостя.

- Смотри-ка, да это же Оева! - сказал он на саволакский манер. - Из самой Швейции в отпуск приехал?

Сосед смерил Ойву взглядом.

- Ну и изговнял же ты ступни. Я баньку стоплю, заходь-ка ночевать к нам.

- Да я вот в навозе червей копал. Может быть, вечерком схожу на рыбалку.

Попозже, вернувшись с рыбалки, Ойва отправился с соседом в баню и от души попарился. Он искупался в озере и завел беседу со стариком.

- Видать ты, Оева, в Швейции хорошо устроился, раз у тебя прямо-таки господская одежа, да и машина вон какая.

- Да, не жалуюсь.

- Знатно, вишь, там идут дела, как и у твово двоюродного брательника в Ситнее. Слыхал, что большой человек он там. Был тут на прошлой неделе и оченно хвалил. Велел передать тебе привет и зазывал к себе. Говорит, что только позвони, и он заберет тебя с аэропорту.

Утром Ойва Юнтунен попрощался с соседом, сел в машину и развернулся в северном направлении. А не поехать ли в Лапландию? Если там золотишко припрятать, то не найдет его Сиира, хоть бы и всю тайгу переворошит.

Заодно и сам он мог бы остаться там, золото сторожить.

В Рованиеми Ойва Юнтунен переночевал, утром прикупил туристическое снаряжение и немного продуктов, а затем отправился продавать золото в ювелирную лавку Киандера. Он отломал от одного слитка приличный кусок, завернул его в туалетную бумагу и отправился к Киандеру поговорить.

Киандер, торговавший когда-то самородками лапландских старателей, сразу же отметил, что речь идет о золоте высшей пробы.

- Взвесим-ка, - промолвил он с лупой в глазу.

Золота оказалось четыре с небольшим унции. За него Ойва Юнтунен получил 11 400 марок наличными. Откуда это золото, ювелира не интересовало ни в малейшей степени.

Когда все дела были сделаны, Ойва на своем авто отправился на север. Он выбрал дорогу, ведущую в Кясиварси, доехал до Киттили, обогнал в Сиркке и Тепасто длинные армейские колонны и наконец прибыл в Пулью, скромную таежную деревеньку посреди бескрайних болот. Там он решил оставить машину и направиться прямиком в лес. Он с трудом взвалил на спину тяжелый рюкзак с золотом и взял курс на запад.

В течение полутора суток Ойва Юнтунен все больше и больше углублялся в тайгу. Чем дальше он оказывался, тем увереннее становился в том, что никогда не дотянутся сюда руки убийцы-рецидивиста Сииры.

Наконец силы оставили Ойву Юнтунена. Он опустил драгоценный груз на вершине небольшой песчаной гряды, там, где несколько гектаров занимало "чертово поле", оставшаяся после ледника территория, усыпанная камнями. Ойва Юнтунен откатил несколько крупных камней в сторону и спрятал три слитка в образовавшейся таким путем норе. До того как их спрятать, он наклонился к слиткам золота и горячо поцеловал прохладный металл.

Ойва устало вздохнул, закурил сигарету и подумал, что, он кажется, заблудился. Тем лучше. Он не знал, где находится, да и никто этого не знал. Золото было теперь спрятано так надежно, как никогда раньше. Его нашли где-то на севере Австралии, а теперь оно здесь. Ойва Юнтунен сел на камень, под которым лежали слитки, и, счастливый, покуривал табачок.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Будущее Евросоюза в XXI веке

Будущее Евросоюза в XXI веке

Павел Тимофеев

Растущие амбиции Франции в контексте кризиса международной безопасности

0
183
Марин Ле Пен намерена участвовать в выборах президента Франции в 2022 году

Марин Ле Пен намерена участвовать в выборах президента Франции в 2022 году

0
831
Московское будущее парижских церквей

Московское будущее парижских церквей

Милена Фаустова

Что ждет русскую архиепископию после воссоединения с РПЦ

0
1764
Франция против переговоров с Северной Македонией и Албанией о вступлении в ЕС

Франция против переговоров с Северной Македонией и Албанией о вступлении в ЕС

0
852

Другие новости

Загрузка...
24smi.org