0
1057
Газета Печатная версия

29.07.2004

А Родина умерла...

Тэги: Кувалдин, Родина, христос


Юрий Кувалдин. Родина: Повести и роман. - М.: Книжный сад, 2004, 575 с.

В новую книжку Кувалдина вошел роман "Родина", давший заглавие сборнику, и повести, печатавшиеся в последнее время в разных журналах. Главные герои повестей "Замечания" и "Титулярный советник" - "маленькие люди" нашего времени, скатившиеся в яму бедности и мечтающие выбраться из нее. В первом случае - это слесарь военного завода Сергей Васильевич, который уже пять месяцев не получает зарплату и таскает с завода на рынок бронзовые ручки собственного изготовления, чтобы продать их и заработать денег на себя и свою семью. А во втором случае - служащий развалившейся конторы Олег Олегович, который уволен оттуда "по собственному желанию" и уже несколько месяцев никуда не может устроиться работать. Судьба дает им обоим шанс выбраться из ямы и стать большими людьми и посылает каждому из них Бога с посошком. "Зачем я вам нужен неграмотный?" - спрашивает своего спасителя слесарь. "Затем, чтобы вы были верны моей фирме, как родному заводу!"

Герой повести "Вавилонская башня" - неуемный собиратель и читатель книг врач Шевченко. Он регулярно ходит в "Книжную лавку для интеллектуалов" и покупает там книги, "новые поступления" и тащит их домой, в свою маленькую комнату в коммунальной квартире, на Второй Парковой улице. Комната его напоминает "фундаментальную библиотеку, вернее склад этой библиотеки". Там нет "места для передвижения", кругом одни книги. И даже кровать стоит в нише из книг, в "книжной арке". У него есть вычерченная им на "бумажной простыне" схема, в которую он аккуратными мелкими буквами вносит названия своих новых поступлений и имена авторов, расстилая ее на полу. Схема эта - нечто вроде Вавилонской башни, в форме конуса, с широким основанием и узкой вершиной, строение из книг, где каждая - кирпичик этой башни. В основании лежит Библия, по мнению Шевченки, "плохо написанная книга" с литературным "персонажем по имени Яхве", а дальше идут Платон, Фихте, Спиноза, Конфуций, Гоголь, Гегель, Макиавелли, Достоевский, Ницше, Толстой, Тургенев, Шатобриан, Языков, Тютчев, Ренан, Фома Аквинский, Кувалдин, Чехов, Блок, Астафьев, Сэлинджер┘ Шевченко живет в мире книг и в своем внутреннем мире и общается с великими. К нему в гости приходит Достоевский, и Шевченко критикует его, как какого-нибудь студента Литинститута.

А вот повесть "День писателя" - и вовсе Библия, которую Кувалдин переписал на свой манер, сделанная, естественно, на материале нового времени, на русской почве. Сюжет такой: дева Мария, она же Клавдия, мать Кувалдина, родила в Вифлееме Спасителя литературы и писателей - Кувалдина. Пастухи принесли его в страну Россию, то есть, по теории самого Кувалдина, в страну Эроса (и литературы), или Хиероссию, назвали русским, то есть "святым", в городе Москве, или Новом Иерусалиме. И он вырос и стал Спасителем литературы. И основал свой журнал, и окружил себя учениками, и борется с толстыми журналами, которые не хотят его признавать, и страдает за литературу, как Христос, выполняет свою высокую миссию. И плывет с пророком Моисеем и с Достоевским на лодке по реке Оке в Мещеру, чтобы соорудить, установить там церкви - "памятники литературе". Смешно? Смешно. И страшно - за автора и всю русскую литературу.

Роман начинается с отсылки к Булгакову: "В час жаркого весеннего заката на Патриарших прудах умерла Родина". Ее - свою Родину-мать - в конкретном образе своей матери - убила, отправила на тот свет, задушила на спинке кровати и похоронила на Ваганькове - главная героиня Людмила Васильевна Щавелева, член КПСС с тридцатилетним стажем, доцент кафедры истории КПСС, фанатичка, преданная идеям марксизма-ленинизма и в прямом смысле помешавшаяся на нем, изломанный символ старой системы. "Пирамида КПСС рухнула, я одна осталась верна ей. Остальные ушли в МОСТ-банк", - говорит она Воланду.

Эта Людмила Васильевна, по тексту везде Мила, хочет родить нового Бога, Русского Бога. Она покупает в магазине "Интим" фаллос "необыкновенных размеров типа колокольни Ивана Великого" и путем непорочного зачатия и виртуального контакта с вождем пролетариата Лениным рожает ребенка, которого "отец всех народов" Сталин-Воланд-Сатана называет Ругором - Русской Гордостью. После чего ее рассудок совсем помутняется от счастья.

Такое вот веселье.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Бурные, долгие годы не смолкающие аплодисменты

Бурные, долгие годы не смолкающие аплодисменты

Борис Колымагин

Блеску советского официоза поэтический андеграунд противопоставил серость

0
1157
Клевета клевет – не заклюй, кляну

Клевета клевет – не заклюй, кляну

Антон Кобец

Стихи про общагу, где греют глаза и уши, и что хочется послать все на холм

0
438
Пять книг недели

Пять книг недели

0
1242
Бородатая и бритая литературы

Бородатая и бритая литературы

Кристина Сырова

Сергей Арутюнов о людях не буквы, а поступка, противопоставленных «людям-проектам»

0
2634

Другие новости

Загрузка...
24smi.org