0
1862
Газета Печатная версия

22.05.2014 00:01:00

Вещество веры

Фрагмент из федерального романа

Игорь Шумейко

Об авторе: Игорь Николаевич Шумейко – прозаик, политолог, финалист конкурса «Нонконформизм-2014».

Тэги: нонконформизм, премия, проза, библия, вера


нонконформизм, премия, проза, библия, вера

Вино превращается, превращается… Жуан де Фландерс. Свадебный пир в Кане. 1500. Музей Метрополитен, Нью-Йорк

1.

– Ма! Ты как думаешь, вода в Кане Галилейской в одну секунду, мгновенно в вино превратилась или была какая-то там… реакция шла?

– Ой, болтаешь, Марин! Вместо чтобы учить. И откуда…

– Болтаю как раз из заданной главы. Смотри сама, вот, у Лопухина.

Марина расколола богословский том на заложенной пальцем странице и, повернувшись, как стрелою крана, протянула на руках матери. Три секунды подождала – тяжелый – и, вернув книгу к себе, зачитала громко-внятно, как на уроке: «Но почему Христос не произвел вина без воды? Это он сделал, по мысли Иоанна Златоуста, чтобы черпавшие воду были свидетелями и чтобы оно, то есть вино, – подняв от строчек глаза другим тоном пояснила матери, – нисколько не казалось призраком»...

– Ну. И что ж неясного? Видишь, профессор Лопухин объясняет, цитируя Иоанна Злато…

– …А то и неясно, что если быстро превращать, то оно ведь забурлило бы, да? Как варенье у тебя?

– Н-ну… Н-наверно… – провела мысленный опыт мать, совершенно не представляя, куда еще вывернет ее упрямица стежку комментария из «Толковой Библии» Лопухина.

– Вот! И я говорю! А если оно не бурлило, не кипело, значит, оно не быстро, а целых несколько… наверно, десять минут превращалось в «лучшее вино». Так?

Мать чуть склонила голову, словно заглянула в те диковинные библейские каменные чаны, увидав там отражением на поверхности полуводы-полувина, напряженный взгляд дочери… подумала и кивнула.

– Так! – торжествовала Марина. – А значит, если десять минут превращалось, то я и спрашиваю: а что там было, если бы кто зачерпнул на пятой?! (Энергичным кивком Марина подводила мать к сути своего странного эксперимента.) Что бы это оказалось? Вино? Но не самое лучшее? А плохое-похуже? Как дядя Витя в канистре привозил? Или все же лучшее, но как бы еще… разбавленное? Точно! (Убежденно подвела итог «лабораторной работы».) – Мам, я хочу вина. Сейчас!

– Рин! Да что ты? Какого тебе ви…

– Лучшего! Как в Кане! – и, снизойдя к испугу матери: – Мне только ложечку. Чайную. На язык.

С бутылкой «Муската» и чайной ложкой мать вернулась из кухни. Дочь потянулась к ней, с пациентской покорностью протянула язык и даже зажмурила глаза. Мать, воскрешая полузабытую процедуру «причастия» – приема рыбьего жира в пионерском лагере, опрокинула ложку на влажный, подрагивающий кончик – и, как в каком-то кукольном механизме, язычок Марины втянулся одновременно с раскрытием глаз. И мать, будто на нее брызнули синевой, в который раз удивилась ясному детскому цвету дочкиных радужных оболочек…

Марина потянулась к вазе. Из букета, как из снопа на государственном гербе, длинные травины. Марина решительно выдернула какой-то луговой лист, заложила им страницу «Толковой Библии», поставила на полку и начала «беситься», танцуя, подбрасывая и ловя диванные подушки.

– Тьфу ты, коза! Скачешь тут! – Мать, словно отходя от предчихового так и не разрешившегося порыва, поднялась.

– Ма! А почему папа хотел меня выдать за священника?

– С чего ты взяла?

– Ой, только ты еще не притворяйся! Я ж все слышала и знаю!

– Ну а за кого бы ты хотела?

Теперь пришел черед озадачиться дочери, мысленно перебрать фигурки людей, как их рисуют в познавательной литературе: схематично, с гладкими лицами, в одежде соответствующей специальности: летчик, врач, моряк, шахтер, артист, банкир… Вообще уже непонятно, что рисовать. По колено в монетках?

– Нет, ма, я же не говорю, что я против, только…

– Что, Мариночка?

– Странно как-то. У меня ни одной подруги нет, что бы хоть у кого сестра или знакомая вышли бы за священника… На дворе – двадцать первый век! (Передразнивая не то отца, не то какую-то передачу.) А меня папа хочет выдать за попа! (Вальсируя вокруг матери и переходя на стихотворно-напевный лад.)

– Перестань! Риночка, овечка, бяшенька моя! Вот если б кто услышал, что ты тут болтаешь? Еще чуть-чуть подрастешь и тогда поймешь своей кучерявой барашковой головенкой… Господи, в кого ж ты такая у нас кудрявая?!

Уворачиваясь от руки тянущейся погладить, дочь перешла на торжественную декламацию:

– Марина Вадимовна Сумерова венчается рабу божьему… Марина Вадимовна, несколько слов для прессы, объясните, пожалуйста, почему вы решили стать женой…


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Булыжник просвещения

Булыжник просвещения

Алиса Ганиева

Елена Семенова

Памятник Лотману из труб, кожаный бомбер Аксенова и прочие прелести сентябрьских литературных фестивалей

0
912
Главкнига

Главкнига

Евгений Сулес

0
181
Талант – это несправедливость!

Талант – это несправедливость!

Алекс Громов

Фредерик Бегбедер о родстве французов и русских, Чарли Чаплине, истории сатиры и новой книжной серии

0
1006
Рассказ с оглядкой на время

Рассказ с оглядкой на время

Марианна Власова

Премия «Ясная Поляна» объявила короткий список

0
99

Другие новости

Загрузка...
24smi.org