0
3100
Газета Печатная версия

01.10.2015 00:01:00

Оставить нам литературу

Александр Тимофеевский о независимости поэта, котиковой шубке и вреде тусовок

Тэги: поэзия, нонконформизм, вгик, союзмультфильм, хитрук, арсений тарковский, шпаликов, пушкин, лермонтов, гоголь, хлебников, гаринмихайловский

Александр Павлович Тимофеевский (р. 1933) – поэт, прозаик. Родился в Москве. Во время войны жил в блокадном Ленинграде, затем в эвакуации в Челябинске. После войны вернулся в Москву. В 1958 году окончил сценарный факультет ВГИКа. Стихи начал писать в начале 
50-х. Впервые опубликовался в рукописном сборнике Александра Гинзбурга «Синтаксис» (1959–1960), первый сборник стихов «Зимующим птицам» был издан в начале 1990-х. Автор сценариев к множеству мультфильмов, поэтических книг «Песня скорбных душой» (1998), «Опоздавший стрелок» (2003), «Сто восьмистиший и наивный Гамлет» (2004), «Письма в Париж о сущности любви» (2005), «Чудеса в зоопарке» (2006), «Размышления на берегу моря» (2008), «Краш-тест» (2009), детских книг «Маэстро мыльных пузырей», книги песен (1992), «Новые песенки крокодила Гены» (1999), «Песни крокодила Гены и другие стихи» (1999), «Азбука» (1999), «Геометрия малышам» (1999), «Пусть бегут неуклюже» (2008). Лауреат поэтических премий журнала «Дружба народов», литературной премии Союза писателей Москвы «Венец» («За пронзительность лирических откровений и независимую позицию в литературе»), премии «Московский счет» за книгу «Письма в Париж о сущности любви» (2007), поэтической премии «Антология» журнала «Новый мир» за книгу «Краш-тест» (2009), премии «Независимой газеты» «Нонконформизм» (2015).

люди
Александр Тимофеевский:
«Моих стихов боялся
всесильный КГБ».
Фото Екатерины Богдановой

В советские времена Александр Тимофеевский не был избалован известностью, его поэзия оказалась «неудобной» для режима. Долгие годы он писал стихи «в стол», работал как редактор и сценарист на различных киностудиях, на телевидении и радио. Главным образом, в мультипликации. Его визитной карточкой для широкой публики стала «Песенка крокодила Гены», которая, кстати, воспринимается почти как народная. Однако в новые времена читатели познакомились с другой стороной творчества Александра Тимофеевского – с его тонкой лирикой, философскими и часто ироничными стихами. С Александром ТИМОФЕЕВСКИМ побеседовала Елена СЕМЕНОВА.

– Александр Павлович, в этом году вы стали лауреатом премии «Независимой газеты» «Нонконформизм». Как вы раскрываете этот термин вообще и в отношении к своему творчеству?

– Отвечу любимыми пушкинскими строками:

Зависеть от царя, зависеть от народа –

Не все ли нам равно? Бог с ними.

Никому

Отчета не давать, себе лишь самому

Служить и угождать; для власти, 

для ливреи

Не гнуть ни совести, ни помыслов, 

ни шеи;

По прихоти своей скитаться здесь 

и там,

Дивясь божественным природы 

красотам…

Вот программа жизни для поэта и вообще для любого любознательного человека. В иных странах это норма, у нас пока еще нонконформизм.

– Вы учились на сценариста во ВГИКе. Не могли бы рассказать, почему выбрали именно эту профессию?

– Я мечтал после школы попасть в Литературный и прошел творческий конкурс, но тут вышло распоряжение принимать только с производственным стажем, и я с горя поступил во ВГИК.

– Какая работа из вашего богатого сценарного опыта вам особенно запомнилась? Ведь приходилось же сотрудничать с интересными и знаменитыми композиторами, актерами.

– Мне повезло – я попал на «Союзмультфильм» в эпоху его расцвета. Одновременно работали три поколения блистательных мастеров – режиссеров, драматургов, художников, композиторов. Старшее по возрасту – Иванов-Вано, сестры Брумберг, Эрдман, Вольпин, Ефимов, Богословский, среднее – Хитрук, Качанов, Дегтярев, младшее – Норштейн, Хржановский, Шпаликов. Я горжусь тем, что мне довелось сотрудничать с Николаем Робертовичем Эрдманом.

– По причине «неудобности» вашей взрослой поэзии для советского режима вас начали публиковать поздно. Как вам жилось в «подполье» и как произошел выход из него?

– В «подполье» мне жилось очень хорошо. Моих стихов боялся всесильный КГБ. Выход был не очень удачным. Была такая газета «Гуманитарный фонд». Литературная тусовка поставила меня в рейтинге на 265-е место, а я рассчитывал хотя бы на 264-е.

– Вам, как человеку, увидевшему по крайней мере три периода российской литературы, в каком времени интереснее жилось?

– 60-е, оттепель, я был молодым.

– Мне кажется, ваш стиль, скажем, «Кулинарии эпохи застолья» или «Писем в Париж о сущности любви», в котором вы с легкостью и юмором переходите от стихов к прозе и обратно, заметно тяготеет к пушкинскому поэтическому задору.

– Возможно, тяготею к недостижимому Пушкину, а еще  к задору Алексея Константиновича Толстого.

– Кого вы считаете своими литературными учителями? Какие книги, авторы произвели в жизни самое сильное впечатление?

– С учителями сложно. Всегда не любил учителей. Училку литературы в школе звали Кобыла. Я написал такой стишок:

Кобыла вздумала от скуки

Поэту диктовать науки.

Совет мой – не соваться сдуру

Достигнуть первенства во всем,

Оставить нам литературу

И ограничиться овсом.

Мои любимые поэты – Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Хлебников, а еще обожаемый несравненный Гарин-Михайловский, увы, в сегодняшние дни забытый. Я всегда говорю, что веду свое происхождение от «Темы и Жучки», но если говорить серьезно, во ВГИКе были замечательные Маневич, Каплер, Габрилович, Ольга Игоревна Ильинская. Это мои наставники, благодарность им бесконечна.

– Вы обаятельно читаете свои произведения на публике. Когда был первый опыт вашего публичного выступления? И как сложился ваш выход на актуальные литературные площадки в XXI веке?

– Про литературные площадки ответить трудно. Я никогда не знаю, что мне удалось, а что нет.

– Какой момент в жизни вы ощутили как важное для вас литературное признание?

– Если говорить о признании, то это встреча с Арсением Александровичем Тарковским. Замечательный поэт благосклонно отнесся к моим стихам.

– Кто из молодых поэтов, с которыми вы часто выступаете на одних сценах, вам близок и, если можете объяснить,  почему? Есть ли, по-вашему, сейчас поэтическая тенденция, вредная для развития русского слова?

– Начну с конца. Вредная тенденция – литературная тусовка. Не верю в школы, литературные направления, течения, «измы». Все это, с моей точки зрения, явления не эстетические, а социальные. Существуют отдельные поэты, все остальное – от лукавого. Теперь о молодых. Моей маме подарили котиковую шубку, когда она была уже в преклонных летах. Я горевал: почему не раньше? Мама в молодости была такой красавицей. То же самое можно сказать о молодых – их не замечают, забывают, о них мало пишут. С моей возрастной колокольни все – молодые, и сказать о тех, чьи стихи мне по сердцу, не хватит места. Из самых молодых замечательны Лета Югай и Настя Строкина. Они так вдумчивы, так внимательны к жизни и знают, что им нужно написать. Ушел гениальный Григорий Дашевский – вот великая потеря. Но поэзия жива.

– Процитируйте какое-нибудь ваше новое стихотворение, которым хотели бы поделиться с читателями.

– Новых стихов нет, но всплыли в памяти нигде ранее не печатавшиеся с хрущевских времен, когда меня еженедельно таскали в КГБ:

Там, где плаха и топор,

Там, где Кремль стоит, пугая –

Ненавистный мне собор

В оперенье попугая.

Зря воздвигли этот храм

Наши Сакко и Ванцетти.

Лучше б он ко всем чертям

Провалился на рассвете.

Вместе – черт их разрази,

Храм безвкусный, Кремль зубчатый,

И не стало б на Руси

Азиатчины проклятой.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Марина Лошак: "В особняке в Большом Знаменском переулке должен базироваться Фонд Щукина"

Марина Лошак: "В особняке в Большом Знаменском переулке должен базироваться Фонд Щукина"

Дарья Курдюкова

Директор Пушкинского музея – о понимании коллекционирования и современного искусства и о новых площадках ГМИИ

0
946
Я патриот под мухой

Я патриот под мухой

Елена Семенова

125 лет со дня рождения поэта и трибуна Юлиана Тувима

0
2467
Камень падает вверх, злодей женится на принцессе

Камень падает вверх, злодей женится на принцессе

Наталья Рубанова

Валерий Бочков о мультимедийном восприятии, диффузии культур и о том, считать ли лингвистическую мастурбацию литературой

1
2957
Главкнига: Чтение, изменившее жизнь

Главкнига: Чтение, изменившее жизнь

Александр Скидан

0
240

Другие новости

Загрузка...
24smi.org