0
4139
Газета Печатная версия

22.09.2016 00:01:00

«Лилия» или «еуы»?

Сергей Бирюков о Крученых, Бурлюке, футуристическом усыновлении и дадаистской доле

Тэги: поэзия, авангард, дадаизм, футуризм, заумь, москва, давид бурлюк, николай крученых, маяковский, геннадий айги, саундпоэзия, перевод, верлибр, македония, румыния, брюссель, берлин, коктебель

Сергей Евгеньевич Бирюков (р. 1950) – поэт, литературовед, исследователь авангарда, основатель и президент Международной академии зауми. Родился в деревне Торбеевке Тамбовской области. Окончил Тамбовский педагогический институт. Кандидат филологических наук, доктор культурологии. До 1998 года жил в Тамбове: преподавал в университете, готовил к изданию книги русских поэтов XIX и XX веков. С 1998 года живет в Галле (Германия), преподает в Университете Мартина Лютера. Организовал в Тамбове конференцию-фестиваль "Поэтика русского авангарда" (1993), учредил Академию зауми, от лица которой присуждает Международную отметину имени отца русского футуризма Давида Бурлюка. Автор монографии "Поэзия русского авангарда" (2001), хрестоматии авангардных форм "Року укор: Поэтические начала" (2003; первое издание в 1994-м под названием "Зевгма: Русская поэзия от маньеризма до постмодернизма"), "Амплитуда авангарда" (2014), поэтических книг "Муза зауми" (1991), "Книгура" (2000), "Звучарь" (2004), "Человек в разрезе" (2010), "Окликание" и др.

поэзия, авангард, дадаизм, футуризм, заумь, москва, давид бурлюк, николай крученых, маяковский, геннадий айги, саунд-поэзия, перевод, верлибр, македония, румыния, брюссель, берлин, коктебель Сергей Бирюков и каменный Айги. Николай Дронников. 2008. Иллюстрация из книги Сергея Бирюкова «Встречи на авеню Айги»

Сергей Бирюков успешно развивает традиции русского литературного футуризма, работает с такими способами поэтического выражения, как заумь, стих, мотивированный аллитерацией, визуальная, сонорная поэзия. Поэт известен мастерской декламацией футуристической поэзии: чтение его всегда превращается в артистичное шоу, перформанс. С Сергеем БИРЮКОВЫМ беседовала Елена СЕМЕНОВА.

– Сергей Евгеньевич, вас не раз спрашивали, что такое поэзия и как отличить ее от обычного текста, а также что такое авангардная поэзия. И все равно, пользуясь тем, что взгляды меняются и что-то может варьироваться в зависимости от ситуации, задаю вам этот вопрос вновь.

– В моей книжке «Поэзис» есть «Каталог поэзии», где я даю потенциально бесконечный ряд определений. Разумеется, поэзия – это не только и даже не столько стихи. Что касается поэтического творчества, то французский поэт и теоретик Анри Мешонник дал такое радикальное определение: «Есть только один тип поэзии. Поэзия, которая трансформирует поэзию. Все остальное – подражание. Китч для богатых». Это определение больше подходит как раз для авангарда, который занимается трансформацией поэзии. При этом серьезность подхода включает в себя высокую иронию. Авангардный подход, на мой взгляд, дает возможность схватывать тончайшие оттенки бытия, благодаря активной работе с формой.

– Каким было в вашей жизни первое переживание, связанное с поэзией? Кто из поэтов первым поразил воображение? Можете процитировать одно из ваших первых стихотворений?

– Самое первое – это, наверно, все-таки колыбельные песни, которые пели бабушка и мать. Они обе – певуньи. Ну а моя мать, учительница русского языка и литературы, прекрасно читала стихи. В том числе Маяковского. Одной из первых книжек у меня был «Конь огонь», лет в пять. Тогда же я кое-что «сочинял». Например, помню такую «развернутую композицию», в которой повторялись строки: «Еуыууу еуаааа». Позднее я обнаружил, что Крученых предложил переназвать «лилию» в «еуы»!

– Вы живете в Европе, много общаетесь с поэтами из других стран, наведываетесь в Россию, поэтому перед вами широкая картина поэтического процесса. Вы можете сравнивать, какими путями идет поэзия в России, а какими – за рубежом? Есть ли схожие тенденции? В чем кардинальное различие?

– Если говорить в общем, то различия просодические. Это связано с языковыми особенностями, с мелодикой, интонацией, акцентуацией. Например, немецкий верлибр и русский свободный стих – это две большие разницы. Тем не менее множество близких по духу поисков. Например, в области комбинаторики – анаграмматическая поэзия в Германии, Франции и России. Некоторые совпадения в современной немецкой и русской поэзии мы постарались показать еще 10 лет назад в двуязычной антологии «Диапазон». Близкие мне авангардные поиски обнаружились у фламандских поэтов, которых мы тоже представили в России, в журналах «Футурум-арт», «Другое полушарие». Вы абсолютно правильно сформулировали вопрос. Нам нужно больше интересоваться тем, что происходит в поэтическом мире.

– Как возникла Международная академия зауми? Кто в ней состоит, как туда попадают, какие проблемы сейчас в ней решают?

– Академия зауми возникла естественным образом из моих занятий историческим и современным авангардом, который я называю внеисторическим. Сложилась картина, из которой следовало, что авангард не исчерпан, что это длительный проект, направленный в будущее. Ну, у меня были замечательные собеседники, на которых я оттачивал свое понимание ситуации: Виктор Петрович Григорьев, Геннадий Николаевич Айги, Рудольф Валентинович Дуганов... Я успел поговорить с Виктором Борисовичем Шкловским. Затем эту идею поддержали Ры Никонова, Сергей Сигей и другие практики и исследователи авангарда. В 1990 году было объявлено о создании академии. Входят туда многие деятели современного авангарда, теоретики, исследователи, переводчики, издатели, создатели авангардной атмосферы – российские и зарубежные. В ближайших планах проведение в Москве конференции, посвященной 100-летию ДАДА, совместно с Музеем Маяковского и Институтом мировой литературы.

– Как возникла идея присуждения Международной отметины имени отца русского футуризма Давида Бурлюка? Вы лично ее присуждаете? Какие у вас критерии оценки?

– Об Отметине мы объявили параллельно с созданием АЗ. Дело в том, что Давид Бурлюк пару лет учился в Тамбовской гимназии и до конца жизни вспоминал Тамбов, переписывался из Америки с тамбовчанами, а одного из них, фантастического коллекционера и знатока искусств Николая Никифорова, даже футуристически усыновил! Первым лауреатом у нас стал Геннадий Айги. Он, кстати, встречался в свое время с Бурлюком, когда тот приезжал в Москву. В смысле присуждения я действую от имени Верховного синклита АЗ. Критерии авангардно корректируются!

– А существовали ли опыты авангардной поэзии в ранний период – где-нибудь в начале XVIII века? Как это выглядело?

– Дело в том, что авангард как художественное направление – это порождение ХХ века. До этого в мировом искусстве было множество опытов, которые можно отнести к авангардным, такие примеры на русском материале есть в моих книгах «Зевгма», «Року укор». Часто сопоставляют барокко и авангард. Много интересных примеров из разных языков есть в книге нашего академика Татьяны Бонч-Осмоловской «Введение в литературу формальных ограничений».

– В этом году отмечают 100-летие дадаизма. Расскажите, пожалуйста, о вашем участии в этом событии. Продолжается ли движение ДАДА сегодня?

– Дадаистское движение действительно продолжается, продолжаются исследования. Я уже говорил о подготовке конференции в Москве. Мне приходится выступать в нескольких ипостасях – автора, исследователя, организатора, режиссера (впрочем, это обычная дадаистская доля!). В университете в Галле поставил летом со студентами представление на русском, немецком, польском, сербском, французском и, конечно, дадаистском. Был перформанс в одной галерее в Берлине во время Берлинской биеннале современного искусства. В мае на поэтическом фестивале в Румынии мы вместе с поэтом Лео Бутнару представили специальную программу. В июле я выступал с докладом в Токио на симпозиуме «Рецепции авангарда». Как вы понимаете, включиться в это ни с того ни с сего невозможно. Еще в 2005 году на известном поэтическом фестивале в городе Струга в Македонии мы вместе с английским поэтом Питером Во и фламандским поэтом Филипом Меерсманом образовали группу ДАстругистенДА. Позднее к нам присоединились фламандец Ливен Веркаутерен и эстонец Яаан Малин. За эти годы было много дадаистских приключений: 48-часовые непрерывные чтения в Брюсселе, поэтический ринг в голландском городе Бреда, контр-слэм-чтения на I Европейском фестивале слэма в Берлине, словесная хирургия поэтических тел в Старом анатомическом театре в Тарту, соревнование с певчими птицами в Коктебеле и многое другое.

– Поэт и литературовед Юрий Орлицкий отметил мировую тенденцию к саунд-поэзии. Вы тоже, основываясь на традициях русских футуристов, часто превращаете выступления в шоу. Значит ли это (если еще учитывать, что на международных фестивалях слушатели часто не знают языка поэзии), что поэзия – это скорее восприятие образа и звука и лишь через них смысла?

– Зачинателями саунд-поэзии, или, по-русски звучарной поэзии, были как раз русские футуристы, от них эстафету приняли дадаисты в Швейцарии и Германии. После Второй мировой войны снова начались эксперименты со звучанием. В России в 20-е годы ХХ века активно разрабатывались и теории звучарности, я ими занимался. На самом деле звучание – это и есть смысл поэзии. Наиболее полно поэтический материал реализуется как раз в звучании, равно как и музыкальный материал, записанный нотами, реализуется в исполнении.

– Как в авангардной поэзии, по-вашему, отражалась социальная, политическая, патриотическая темы? Вообще, можно ли считать авангард правильным средством для выражения таких смыслов?

– Это бывало по-разному. Например, дадаизм возник как протест против бессмыслицы войны, в русском футуризме также были протестные ноты. Вспомним хотя бы «Облако в штанах» Маяковского. Авангард в своих главных устремлениях имеет в виду работу с формой. Это область искусства прежде всего. Но, разумеется, художники в качестве «социальных организмов» могут реагировать на ситуацию в обществе. Однако большой вопрос, насколько остаются искусством такие (прямые) реакции (вне зависимости от того, авангардные они или нет).

– Может ли поэзия спасти мир?

– Только поэзия и может спасти мир!

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Первый участок Некрасовской линии метро откроется  к концу года

Первый участок Некрасовской линии метро откроется к концу года

Татьяна Астафьева

Столица продолжает поддерживать рекордные темпы строительства подземки

0
609
Как театры аккумулируют талантливых режиссеров

Как театры аккумулируют талантливых режиссеров

Елизавета Авдошина

Проблема дисбаланса кадров в столице пока не решена

0
761
В мэрию Москвы подана четвертая по счету заявка на проведение "Русского марша" 4 ноября

В мэрию Москвы подана четвертая по счету заявка на проведение "Русского марша" 4 ноября

0
476
Россия включила Белоруссию в свой военный лагерь

Россия включила Белоруссию в свой военный лагерь

Иван Шварц

Москва не потерпит сценария украинского майдана в братской республике

0
529

Другие новости

Загрузка...
24smi.org