0
951
Газета Печатная версия

14.09.2017 00:01:00

Главкнига. Чтение, изменившее жизнь

Владимир Герцик

Об авторе: Владимир Герцик, поэт

Тэги: поэзия, детство, книги, мировоззрение, гадкий утенок, пушкин, михаил булгаков, карл юнг, бабель, пруст, фолкнер, варлам шаламов, велимир хлебников, хармс, мандельштам, индия, философия, хрущев, дзен


Главные книги моей жизни? Книги, которые меня сделали? Очень трудный вопрос оказался. Если начинать с детства, то там воспоминания крайне нечетки. Самое яркое: я ночью под одеялом смотрю диапозитивы сказки «Гадкий утенок». Не худшая для проекта будущего. Но больше не помню.

Во взрослом состоянии лучше начать с того из прозы, что перечитывал. Это Пушкин, Булгаков, Майринк («Голем», конечно). Много позднее обнаружил у Карла Юнга «заимствования» из «Голема» в конструкции теории аналитической психологии. Событиями были чтение Шодерло де Лакло, Кузмина, Бабеля, Пруста, Фолкнера, Шаламова, Гальего (пропускаю многих, но не охватить).

Отдельная тема – стихи. Тут достаточно представительным будет указать главных для меня поэтов начала ХХ века. Это Хлебников, Ходасевич, Хармс, Мандельштам, Кузмин, Заболоцкий. Причем Хлебников сыграл особую роль. Я начал читать 2-й том пятитомника и не понимал, что в нем видят другие, например, поэт Павел Золкин, мнение которого я всегда уважал. Поэтому продолжал чтение. И вдруг у меня произошло «просветление». Я увидел, что надо не понимать, а слышать, что стихотворение – это не понимание, это – переживание. И изменилось восприятие стихов вообще. Стало ясно, что решающая роль принадлежит не смысловой, а досмысловой («пресемантической») компоненте, а смысл является лишь элементом оркестра, исполняющего пьесу. И все стихи разделились на собственно стихи и написанное стихами, версификацию. Стало ясно, что назвать себя «концептуалистами» могли лишь люди, не понимающие сути стихов, а поздний Бродский, увы, писал стихами.

Остались совсем другие книги. В 70-х годах я купил «Цветы зла» и стал изучать. Обнаружил три разных перевода одного стихотворения и понял, что не могу выяснить, о чем оно вообще. Обиделся. И выменял книгу на второй том Радхакришнана «Индийская философия», изданный во времена хрущевского «хинди-руси бхай-бхай», поразительно антимарксистскую книгу, невозможную, кажется, в те времена. Философская школа адвайта-веданта меня захватила и покорила. С нее началось длительное путешествие в восточную философию, приведшее меня к практике дзен. Так что книги и в самом деле во многом сформировали меня.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Цензура и контрабанда

Цензура и контрабанда

Алиса Ганиева

К юбилеям Вольной русской типографии и пишущей машинки

0
1895
Насилие вместо милосердия

Насилие вместо милосердия

Андрей Мартынов

Про голод глазами Мандельштама, особистов, Фрунзе и Врангеля

0
1059
Бесцветный террор

Бесцветный террор

Андрей Мартынов

От бессудных расстрелов к погромам

0
94
Безграничный пограничный

Безграничный пограничный

Станислав Секретов

О сложносочиненном поезде из вязкого текста

0
254

Другие новости

Загрузка...
24smi.org