0
630
Газета Печатная версия

04.10.2018 00:01:00

Искусство самоумаления

Александр Скидан и его переводы современных поэтов

Тэги: скидан, дом брюсова, вечер, переводы, уолдроп, палмер, янкелевич


скидан, дом брюсова, вечер, переводы, уолдроп, палмер, янкелевич Ведущий цикла встреч «Метаморфозы» Алеша Прокопьев и его гость Александр Скидан. Фото автора

То замирающий, то звенящий на высоте эмоций голос с характерным акцентом. Практически загипнотизированный зал. Это вечер Александра Скидана в Доме Брюсова. «Скидан – большой поэт, значение которого не нам оценивать, а тем, кто идет за нами. Но и переводы для него тоже важны», – представил санкт-петербургского гостя Алеша Прокопьев, открывая очередной цикл «Метаморфоз» – бесед о художественном переводе.

Переводы для Скидана – формообразующая практика, которая «воздействует на собственное понимание поэзии и метод письма». Формообразующая (архитектоническая, методологическая) – снаружи. А внутри происходит погружение в чужой текст, который меняет и «твой регистр языка». «Поэтому перевод, – утверждает Скидан, – становится неотделимым от того, что ты делаешь сам».

Первый прочитанный Скиданом цикл – перевод с английского «Истории следа» Розмари Уолдроп (р. 1935), американской поэтессы, переводчика и издателя. Розмари родилась в Германии в смешанной семье: мама – немка, отец – американец. В 1954-м, уже в США, девушка встретила будущего  мужа, Кита Уолдропа, вместе они создали издательство и журнал, где публиковались переводы главных немецких и французских поэтов. Стихи Розмари привлекли внимание Скидана пересечением дискурсов: политического, психологического, психофизиологического. Лишенный субъекта (но не объекта говорения) терминологический язык пересекался в прочитанных стихах с утонченной нежностью и телесной (порой грубоватой) чувственностью: «Инфантильная магия// стадии неопытности/ к середине рассказа/ идентичность замененная экспрессией/ и поющая вместе с ней// Он выкрикнул ее имя как будто знал ее// венский взрывается у него/ во рту кусочек/ предполагаемого яблока// сон придет во многих обличьях/ языка/ сон раковина/ сон оболочка/ в то время как воды отходят на/ либидинальную позицию// и все же ты преувеличиваешь/ кушетка/ не может уложить призрака».

«Стихи Майкла Палмера, – представил второго поэта Скидан, – взламывают друг друга, находясь на несовпадающей плоскости между интонацией и идиомой, меланхолией, трагизмом, иронией и неким гёльдерлинским безумием». Палмер (р. 1943) родился в Нью-Йорке, в юности переехал в Сан-Франциско. Опубликовал полтора десятка книг и множество переводов. В России к одному из приездов «альпиниста тишины» (так называл его Аркадий Драгомощенко) в издательстве «Порядок слов» вышел сборник «Под знаком алфавита» в переводах Скидана и АТД. На вечере прозвучал ранний Палмер из сборника Sun («Солнце»), калькирующего название британского таблоида. «Дорогой Лексикон, я умер в тебе/ как могла бы умереть стрекоза/ или летучий дракон в бутылке// Дорогая Лексия, Ума нет// Дорогая Книга, Ты никогда не была книгой/ Пантера, ты всего лишь страница/ вырванная из книги// Глупое Озеро, Ты было руинами книги// Дорогая Мерлин, Дражайшая Лу, / Улицы здесь/ бурлят и снуют/ подобно слепому на карусели».

Матвей Янкелевич (р. 1973), эмигрант из СССР в США, создал поэму с  множеством голосов, где основной «диалог» ведется между Гюставом Курбе и Марселем Дюшаном – человеком, которого обвинили в сносе Вандомской колонны (во время Парижской коммуны), и человеком, который перевернул писсуар. Здесь также происходит наложение регистров и полубезумный карнавал образов и голосов. Скидан закончил перевод только половины текста, но он уверен: стихи Янкелевича должны прозвучать на русском. Рубленые, разнородные строки напоминают мозаику: «Мне не нравилось мое имя, и я подписал все свои изобретенья «Дворняжка»// Дворняжка думал, что он лучше меня, и я пришиб его// креслом-качалкой, под которым он вел себя как отшельник// Нам приелся выбор. С выбором// покончено, он отправился в окно// вместе с экспериментом// Что-то не так, чувак?// Поденщики. Рабочие-мигранты. Сборщицы колосьев. Поэты. Коммунары.// Художники// Да ладно, они больше не существуют. Следовательно, только мы существуем».

В переводе Скидан предпочитает буквалистский метод, он идет за текстом и логикой автора, а не привносит свое. «Для переводчика важно искусство самоумаления, убирания себя – в этом благородство профессии», – заключил Скидан.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Сельди вместо сэндвича

Сельди вместо сэндвича

Сергей Зенкевич

Карл Сэндберг ни в чем не повинен

0
485
«Русские мифы» покоряют Черногорию

«Русские мифы» покоряют Черногорию

Мария Бахтинова

Литературно-художественный фестиваль собрал авторов из разных стран

0
462
Госдума предлагает запретить поставки в РФ вина, воды из Грузии и денежные переводы в Грузию

Госдума предлагает запретить поставки в РФ вина, воды из Грузии и денежные переводы в Грузию

0
621
Шекспир в ХХ веке

Шекспир в ХХ веке

Михаил Попов

Итоги научной конференции

0
172

Другие новости

Загрузка...
24smi.org