0
761
Газета Non-fiction Печатная версия

18.05.2017 00:01:00

Горячий тыл

Правда о молодых ворах и страдальцах наперекор бездушно-бронзовому историческому балету

Тэги: великая отечественная война, сталин, тыл, дневники, воры, челябинск, пропаганда, победа, ссср, чехов, армия, фронт


великая отечественная война, сталин, тыл, дневники, воры, челябинск, пропаганда, победа, ссср, чехов, армия, фронт Никому не приметный, но честный в фактах и описаниях переживаемых чувств летописец. Иван Айвазовский. Автопортрет. За письменным столом. 1880-е. Феодосийская картинная галерея им. И.К. Айвазовского

Недавно в очередной передаче «Что делать?» на телеканале «Культура» обсуждали феномен советского тыла в годы Великой Отечественной войны. Летали числа, факты, цитаты, сталкивались мнения. Все признавали впечатляющий итог – создание материально-технической базы фронта на Урале и в тех местах, куда не докатилась оккупация, отмечали то, что наряду с обеспечением нужд армии и флота в СССР развертывался атомный проект... Не обошлось и без слов о выдающейся роли Сталина (но разве она могла быть иной в условиях тоталитарного управления страной?)...

Однако впечатление этот диспут оставил унылое: ученые мужи почти ничего не сказали о том, какими нечеловеческими усилиями все это было обеспечено, какие жертвы легли фундаментом цехов военных заводов. Вновь подтвердилось, что у нас по-прежнему Великая Отечественная война воспринимается скособоченно: героизм и жертвы – на фронте, а в тылу... Тыл по-прежнему остается – наверное на уровне подсознания – обиталищем пресловутых «тыловых крыс». И это при многомиллионных награждениях достойной медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», правда, учрежденной уже после Победы.

16-15-12.jpg
Борис Катаев. Повседневность и война: челябинский дневник 1941, 1943, 1944.
– СПб.: ИД «ПервоГрад», 2016. – 312 с.

К счастью, современный интерес к истории повседневности позволяет нам при желании высвободиться из паутины превратных представлений о жизни тех территорий СССР, которые прямым огнем война не опалила. Чеховед, профессор МГУ Владимир Катаев опубликовал тыловые дневники своего отца, и эта книга оказывается очень важным документом в процессе удержания правды о Великой Отечественной войне, которая, даже неполная, в последние годы стала с возрастающим напором тесниться внешне благородно-мемориальным, а внутренне – бездушно-бронзовым военно-историческим балетом.

Обстоятельства биографии дали опытнейшему историку литературы, Владимиру Катаеву, пережившему войну дошколенком, безупречный в своей логике ход, и он его полностью использовал. Его отец, Борис Степанович Катаев (1909–1978), крупный плановик-экономист в Челябинской области, осенью 1941-го призвался в армию, командовал стрелковой ротой, был тяжело ранен (впрочем, о квалификации своего ранения он пишет с некоторой иронией: «...золотистую» ленточку я заслужил легко» – и здесь не забывая отметить неуходящие превратности человеческих судеб). Дневник вел по мере возможности и на воинской службе и в итоге вследствие доноса был за откровенные записи исключен из партии. Но военного дневника Бориса Катаева в книге нет: он, по решению публикатора, «может составить отдельную самостоятельную книгу». Зато при таком отборе все написанное вначале ждущим отправки на передовую отцом семейства, а затем прошедшим огненную закалку фронтовиком приобретает особый вес и убедительность.

Сын школьного учителя, книгочей и меломан, Борис Катаев обладал и зорким взглядом, и литературной смелостью. Несмотря на все насаждаемые и властью, и самой эпохой страхи, он ведет свой дневник не только как частное лицо, но и как никому не приметный, но притом честный в фактах и описаниях переживаемых чувств летописец. Благодаря своему служебному положению Катаев знает больше других, но происходящее в Челябинске и области не просто подробно запечатлевает, но и дополняет своими оценками. Сегодня такая аналитика очень важна, так как противостоит нашей нередко невольной модернизации или же архаизации (бывает, бывает) сознания людей того времени.

Борис Катаев рассказывает о самоотверженных стариках и молодых ворах, о приспособленцах и страдальцах, о своих супружеско-любовных переживаниях (ведь ему немногим за тридцать) и о бытовых интригах, которые и тогда никуда не девались. Отдельной линией тыловой хроники выступает в дневнике сложное сплетение пропагандистских клише, спускаемых сверху в народ, отцензурированных военных сводок, реальных историй, привезенных очевидцами с фронта, и разнообразных слухов, порой фантастических, таких как ожидание кометы в феврале 1945 года, после чего наступит конец света, но Япония «почему-то уцелеет»...

В послесловии к дневнику сказано, что он стал уникальным источником для истории тыловой повседневности, над которой сегодня работают уральские исследователи. Жаль, если уникальным и останется. А вдруг обнародование летописей Бориса Катаева будет способствовать открытию и других подобных тыловых записок и частных документов, доныне хранящихся где-то в семьях?


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Цена  гекатомбы

Цена гекатомбы

Андрей Мартынов

Победы и поражения на рубежах Волхова

0
171
Лучше отомстить, чем спиваться или умирать

Лучше отомстить, чем спиваться или умирать

Любовь Красавина

Красная конница, флаг Победы над куполом Рейхстага и маленькие фигурки на лесоповале

0
2089
Область в поисках еврейского счастья

Область в поисках еврейского счастья

Андрей Мельников

Сегодняшний Биробиджан: один процент евреев, две синагоги

1
2188
Волгоградский гарнизон остается кузницей генеральских кадров

Волгоградский гарнизон остается кузницей генеральских кадров

Андрей Серенко

0
782

Другие новости

24smi.org
Загрузка...