Европейцы в поисках совместной стратегии
Меркель хочет разработать "Хартию стабильного хозяйствования"
 В Берлине было решено действовать единым европейским фронтом. Фото Reuters |
Кризисные заботы лишают лидеров ЕС даже воскресной передышки. 1 марта главы государств и правительств 27 стран сообщества встретятся во внеочередном порядке в Праге. В минувшее воскресенье федеральный канцлер Ангела Меркель собирала своих коллег в более узком составе.
Совещание в ее столичной резиденции было объявлено встречей «европейских участников G20» по подготовке к ее предстоящему саммиту. Как известно, он откроется в Лондоне 2 апреля и призван реализовать положения принятого еще в ноябре в Вашингтоне плана действий по преодолению глобального финансового кризиса. Под председательством бундесканцлерин в трехчасовом обмене мнениями приняли участие лидеры Франции, Великобритании, Италии, Испании, Нидерландов, Чехии (председательствующей в ЕС), Люксембурга, а также глава Комиссии ЕС и председатель правления Европейского Центробанка. В этом узком составе восьми из 27 стран они согласовали основные требования ЕС к лондонскому саммиту.
Некоторые из них звучат весьма революционно. Объявлено о намерении формировать новую архитектуру мировой финансовой системы. «Сегодня мы вновь подчеркнули, – говорится в заключительном заявлении берлинской встречи, – что независимо от их местонахождения все финансовые рынки, продукты и участники рынка должны быть поставлены под соответствующее наблюдение или регулирование». Участники совещания предлагают создать по всему миру 35 специальных контрольных коллегий для наблюдения за важнейшими финансовыми институтами.
Бурная внешнеполитическая активность хорошо вписывается в германский год выборов и борьбы за власть. Бундесканцлерин, в частности, хотела бы добиться выработки некоей «Хартии стабильного хозяйствования», которая могла бы стать аргументом в ее избирательной кампании. Но и в остальном, учитывая, что апрель уже не за горами, берлинская инициатива Ангелы Меркель вполне своевременна.
Во-первых, она по-своему сигнализирует Вашингтону, что европейцы ожидают с его стороны больше внимания к проблематике «двадцатки». Ибо, как пожаловался в Берлине высокопоставленный чиновник ЕС, новая американская администрация в этих вопросах «еще неуверенно сидит в седле». В Берлине подчеркивалось, что в Лондоне сообщество будет представлено единой позицией и станет говорить «одним голосом». Это продиктовано желанием сохранить общую политику в отношении реформ глобальных финансов.
Не секрет, что чрезвычайная ситуация в сфере финансов и в экономике в целом осложняет отношения внутри ЕС. Каждый день где-то рушатся финансовые учреждения и ведущие предприятия. В Германии, Франции, Великобритании, Швеции, Испании, Бельгии, Польше, Австрии банкротство нависло над филиалами американского концерна «Дженерал Моторс». Оно грозит безработицей 55 тыс. человек. Одновременно приходится искать выход для сохранения концерна – поставщика автодеталей «Шеффлер», на предприятиях которого заняты 220 тыс. рабочих и служащих. Эти переплетения в действительности оказываются куда опаснее «чрезмерной энергозависимости от России», которой без конца стращают европейцев!
В Германии решается вопрос о судьбе крупного банка HSH, который получил 30 млрд. евро от федерального спецфонда, а теперь нуждается еще в нескольких. В Польше обанкротились металлургические заводы, злотый обесценился на 40%. Венгрию и Латвию постиг коллапс хозяйства, требующий буквальных мер спасения со стороны Брюсселя.
План стимулирования экономики Евросоюза общим объемом в 200 млрд. евро, или 1,5% ВВП, принятый еще в декабре минувшего года, явно недостаточен. Франции пришлось выделить заводам «Пежо-Ситроэн» 6 млрд. евро. Обеспокоившись, что это приведет к закрытию их филиалов в других странах, в ЕС заговорили о французском протекционизме. Но этим грешат все кто может. В Англии негласно бытует формула «работа для британцев». В Германии правительство стимулирует покупателей новых автомашин дотацией в 2500 евро.
Подавая не лучший пример, ведущие члены ЕС практически выживают каждый сам по себе. В этих условиях подготовка к лондонскому саммиту «двадцатки» может в некоторой степени приглушить огорчения малых участников ЕС большими, новых – старыми, бедных – богатыми, а заодно противоречия и амбиции ведущих его держав. Очевидно, что достичь консенсуса в «массе 27» будет труднее, чем это было на днях в Берлине. Недаром заранее планируется, что обсуждение берлинских договоренностей не ограничится первомартовской Прагой, а будет еще раз включено в повестку дня очередного совещания глав государств и правительств стран ЕС 19–20 марта в Брюсселе.
