0
2106
Газета Наука Печатная версия

25.12.2002

Хранилище абсолютной истины

Тэги: библиотека, математика, институт


"Математические книги - отдых". Если согласиться с этим утверждением великого французского ученого и мыслителя XVIII века Жана Д"Аламбера, то придется признать, что научная библиотека Математического института имени В.А. Стеклова РАН - возможно, лучшая "база отдыха" для ученых в современной России.

Неизбежная статистическая справка. Библиотека Математического института - это отдел Библиотеки по естественным наукам РАН. Общий фонд библиотеки - около 110 тысяч экземпляров изданий: 30 тысяч - книги, остальные - журналы, труды научных учреждений и диссертации. Библиотека обслуживает более 700 читателей. Причем не только сотрудников Математического института или Российской академии наук, больше половины пользователей - преподаватели, аспиранты и студенты московских вузов. "Человек, серьезно занимающийся математикой, независимо от своей ведомственной принадлежности может здесь получить необходимую литературу и информацию, - рассказывает заведующий библиотекой, кандидат технических наук Константин Погорелко. - В читальном зале мы, по возможности, стараемся обслуживать не только сотрудников института или академии. А вот абонементом, естественно, могут пользоваться только сотрудники трех академических институтов".

Избитая метафора "Библиотека - храм мудрости" в научной библиотеке Математического института (Стекловки - в обиходе российского научного сообщества) действительно приобретает вполне реальное, осязаемое даже значение. "У нас подборки математических журналов - с первых номеров, - подчеркивает заместитель директора МИАН, академик Андрей Болибрух. - Пройдите по нашим ведущим библиотекам - даже в Российской государственной библиотеке некоторых изданий вы не найдете, они утрачены. А у нас они есть. Это уникальные вещи. Как-то к нам в институт приезжала французская делегация, так они попросили ксерокопировать том журнала "Comptes Rendus" за 1889 год - у них его просто не было".

"Именно такие библиотеки, как наша, в наибольшей степени приспособлены для работы профессионалов, - добавляет Людмила Госина, заместитель заведующего библиотекой, кандидат педагогических наук. - Нашим фондам около 100 лет. В них вошли многие личные библиотеки великих отечественных математиков, которые создавались еще в середине XIX века".

В книжном фонде есть настоящие раритеты, но значение книжного собрания Стекловки определяется не этим. Ведь есть книги, которые с библиографической точки зрения никак не отнесешь к редким изданиям. Но собранные вместе, в соответствии со вкусами и научными интересами своего владельца, - это уже не только научная, но и культурная ценность. Вообще ценность книги и ценность книжной коллекции - разные вещи. Это хорошо понимают сотрудники библиотеки МИАНа.

Интересно, что модернистский интерьер библиотеки украшают книжные шкафы, принадлежавшие выдающемуся русскому математику и механику XIX-XX веков Александру Михайловичу Ляпунову. Рядом с современными минималистскими стеллажами эти темного дерева гиганты особенно впечатляют. Некоторые детали приходилось втаскивать в библиотеку (а она занимает две трети восьмого этажа вытянувшегося в струнку, нового здания Стекловки) через окно. И корешки математических фолиантов прошлого и позапрошлого еще веков, многие - в переплетах из свиной кожи, подобранные один к одному, скульптурно-выпуклые, больше всего напоминают старинный барельеф. Ни с чем не сравнимы даже просто тактильные ощущения от прикосновения к этому книжному великолепию.

"Часто спрашивают: нужны ли старые книги? Что это - просто историческая ценность, раритет? - Академик Болибрух ненадолго задумывается. - В науке многие вещи подчас переоткрываются заново. Хотя с годами язык математики усложняется, в трудах наших великих предшественников XVIII, XIX веков можно найти много вдохновляющих идей, не получивших должного развития в свое время и востребованных только сейчас. Изучение этих трудов в их первоначальном, а не в адаптированно-учебном виде позволяет зачастую продвинуться в решении актуальных задач современной математики. Если вы занимаетесь устойчивостью - вы просто обязаны познакомиться с работами Ляпунова; если вы занимаетесь динамическими системами - грех не изучить работы Пуанкаре и Андронова. Используя простой язык, который сейчас покажется, может быть, не очень современным, классики математики не только решили ряд основополагающих задач, но и оставили нам в наследство найденные в этих решениях методы, актуальные и сейчас, наметили пути развития областей математики".

И это самое замечательное: книги действительно живут, работают. За последнее время ученые запрашивали труды академиков Эйлера и Бернулли (XVIII в.), Чебышева, Маркова, Стеклова и Жуковского (XIX в.).

На мой вопрос, чем отличается математическая библиотека от обычной, Константин Погорелко ответил просто: "Читатели разные. Существенно разные. А поскольку задача библиотеки обслуживать читателей┘ отсюда все различия". Кстати, наверное, не случайно, что до революции человек, не имеющий статуса действительного члена Академии наук, не мог быть библиотекарем.

Действительно, концентрация высококлассного интеллекта в стенах Стекловки явно выше среднего. Рассказывают, что легендарный директор Математического института с 1932 года академик Иван Матвеевич Виноградов проводил такую линию: число научных сотрудников в Стекловке никогда не должно быть более сотни. То есть он думал не только о количестве, но и о качестве, о научном уровне института. И сегодня это соотношение выдерживается достаточно строго: из 187 работающих в Стекловке - научных сотрудников 118. Причем около 30 из них - академики и члены-корреспонденты Российской академии наук.

"Как устроена работа ученого? Вы думаете над чем-то, и какая-то книга вам может понадобиться раз в четыре месяца. Но она должна быть на месте. Нужна именно в этот момент - через неделю это может быть неактуально", - отмечает Андрей Болибрух.

Несомненно, чтобы соответствовать этим достаточно жестким требованиям, необходимо не просто собирать книги в одном помещении, но использовать возможности современных информационных технологий в библиотечном деле.

"Сейчас все наши силы брошены на то, чтобы сделать хороший электронный каталог фондов библиотеки, - рассказывает Константин Погорелко. - Дополнительных рук на это, конечно, не хватает. Но никуда не денешься - существующий каталог на бумажных карточках далек от идеального. К сегодняшнему дню мы уже ввели в электронный каталог сведения обо всех журналах; сейчас занимаемся книгами, добрались уже до 1975 года. Наш каталог доступен через интернет. Но для того, чтобы нашими фондами могли пользоваться ученые из других городов России, нужна оцифровка книг, а для этого требуется соответствующее оборудование. Специальный сканер, например, стоит 20-25 тысяч долларов".

И тут мы подходим к самому болезненному вопросу для сотрудников библиотеки, да и для сотрудников института вообще - комплектование библиотечных фондов.

"Проблема комплектования сейчас еще острее, чем, допустим, десять или двадцать лет назад", - вынужден признать Погорелко. При мне Константин Павлович сделал запрос в компьютерном архиве и получил лаконичную справку: если в 1980 году в библиотеку МИРАН поступило 226 наименований журналов (1377 выпусков), то в 2002 году - 167 наименований (831 выпуск). Обиднее всего, что исчезают те журналы, которые составляют необходимое ядро для института математического профиля.

В какой-то мере спасает положение то, что многие ученые Стекловки являются членами редколлегий известных зарубежных математических журналов и как члены редколлегий они получают бесплатные номера этих изданий. Поэтому некоторые журнальные подписки - это просто дар ученых своей библиотеке. Кроме того, благодаря хорошим международным связям (а если прямо говорить - благодаря авторитету российской математической школы вообще и Математического института имени Стеклова в частности) библиотека получает в электронном виде или на компакт-дисках многие уникальные западные издания буквально за полцены...

Кто-то из современных ученых заметил однажды: надо изучать природу, а не книги. Наверное, изрядная доля истины в этом афоризме есть. Но, возможно, математика единственное, но зато очень весомое исключение из этого правила. Вряд ли интеллектуальная работа математика возможна без изучения книг, созданных предыдущими поколениями ученых. И, что больше всего интригует, мир устроен так, что те абстрактные теории, которые рождаются в голове математика, находят потом свое отражение в физическом мире. Универсальность математического языка описания действительности, по-видимому, абсолютна. Тогда математическая библиотека - это то место, где хранятся, возможно, еще не востребованные описания окружающей нас реальности. Хранятся до лучших времен, которые всегда, рано или поздно, наступают.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Точность аукается с вечностью

Точность аукается с вечностью

Сергей Шулаков

Сергей Шаргунов о переплетении хулы и хвалы и амплитуде судьбы от камеры смертников до Звезды Героя

1
6809
Лирический поэт лежит в канаве

Лирический поэт лежит в канаве

Евгений Лесин

К 70-летию со дня рождения поэтессы Татьяны Бек

0
2678
Институт помилования больше не работает

Институт помилования больше не работает

Екатерина Трифонова

Правозащитники скучают по "эре милосердия" 90-х годов

0
1597
Кандидаты в президенты Украины дошли до первой крови

Кандидаты в президенты Украины дошли до первой крови

Андрей Рискин

0
2404

Другие новости

Загрузка...
24smi.org