http://www.ng.ru/blogs/iampolsky/ Автор - теоретик культуры, философ, киновед, филолог ru http://backend.userland.com/rss092
В Египте был явно нарушен баланс сил. Россия, несмотря на очевидный крен в ту же сторону, все еще пытается балансировать, хотя удается это плохо. Власть понимает, что открытие общества скорее всего приведет к ее коллапсу, но при этом не может и закрыть Россию, не производящую ничего кроме сырья, целиком зависящую от мирового рынка, и чья элита уже глубоко интегрирована в структуры этого рынка.

Закрыть Россию означало бы привести власть к краху иным путем. Поэтому, с одной стороны, казаки и иностранные агенты, а с другой, - экономические форумы, восьмерки и двадцатки. С модернизацией, впрочем, покончено. Сколково приказало долго жить. Под молоток, наверное, пойдет и Академия наук, имущество которой разворуют и на этом закончат ее реформу.

В принципе власти не нужна модернизированная страна, хотя и хочется побряцать современным оружием. Элита богатеет за счет природных ресурсов, трубы. Население в таком контексте, а особенно образованное, "модернизированное" - только лишняя забота.

Главная цель властей с самого начала 2000х - нейтрализовать население, максимально уменьшить эффект его присутствия. Такая раскладка сил неизбежно ведет к полной блокировке всякого видения будущего. Дороги вперед нет, и никому в голову не приходит думать о стратегии развития.

Советский Союз был целиком повернут в будущее, нынешняя Россия не имеет никакой цели кроме сохранения status quo. Она все больше поворачивается к мифологизированному прошлому, которое возводится в государственный фетиш, посягательство на который приравнивается к преступлению.

В отличие от национальных государств прошлого или СССР, Россия сегодня совершенно не озабочена сохранением национального единства, сплачиванием населения в некую функционирующую общность. Власти до удивления спокойно натравливают одну часть общества на другую - верующих на атеистов, гетеросексуалов на геев, русских - на кавказцев или выходцев из средней Азии.

Такая политика хорошо вписывается в сознание с блокированным будущим и в установку на "нейтрализацию населения" любым путем (пусть режут друг друга!). Возникает ощущение, что создание всеобщего раздрая и культивирование взаимной ненависти сегодня кажется властям лучшим способом удержаться у руля.

Но главное - это связывание ущербной легитимности режима с упорным утверждением отсутствия всякой альтернативы. Вколачивание в головы людей представления о том, что в мире нет ни малейшей альтернативы той реальности, которую предлагает власть, что политического поля и выбора быть не может ни при каких обстоятельствах, что опытный вор-бюрократ предпочтительней любого иного варианта - это краеугольный камень режима, не ведающего ни будущего, ни идеологии, ни стратегии.

И именно это патетическое утверждение отсутствия альтернативы, свободы выбора, иного будущего характеризует политику конца истории, стремящейся балансировать между открытостью и закрытостью, современностью и фундаментализмом, при том, что пятачок, на котором балансирует эквилибрист, все сужается и сужается.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/iampolsky/usiliya-ekvilibrista.php
Эволюция эта часто определяется как реакция, как установление приоритета силовиков над «экономистами» и т.д. Все это верно, но есть одна особенность, которая мне кажется особенно важной.

Путинский режим в силу своей идеологической нейтральности был способен рекрутировать на технические должности в правительство экспертов разного калибра. Но идеологическая нейтральность была отброшена, и принцип рекрутирования в органы власти был радикально изменен.

Центральным событием тут стало принятие антисиротского закона в ответ на список Магнитского. Тут впервые принципом селекции было провозглашено доказательство лояльности через совершение подлости. Если депутат отказывался голосовать за этот закон, он почти автоматически выводился из круга причастных к власти. Этот принцип подлости – широко применяется в уголовных сообществах, члены которых должны пройти инициацию, например, убив случайного прохожего.

С тех пор, как принцип подлости заменил собой принцип нейтральной компетентности, властные структуры оказались обреченными на интеллектуальное и моральное вырождение. Я полагаю, что нынешнее правительство Медведева, которому многие предрекают скорую отставку, может оказаться последним правительством относительно порядочных технократов (среди которых, правда, попадаются и мединские). За ними могут последовать яровые всех мастей.

Отказ от принципа компетентности и связанные с ним неизбежные трудности в рекрутировании эффективного чиновничества – поворот большого значения. Опора на подонков всех мастей, хотя и призванная укрепить основания власти холуйским призывом, в действительности приводит к резкому расшатыванию основ государства.

Даже при социализме, в организациях типа Комсомола, никогда, хотя бы внешне, не господствовал принцип беспардонной низости, ставший основой всякого рода «Наших». Комсомольцы, пусть демагогически, призывались к соблюдению неких принципов нравственности. Не так часто встречаются общества открыто провозглашающие подонков своей опорой. Идея, что безнравственные подлецы могут хранить верность режиму – одна из самых нелепых. Человек, чьей главной заслугой является отказ от нравственности, никогда не может быть надежной опорой чего бы то ни было. Похоже, что новая версия путинского режима строит свой фундамент на зыбучем песке.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/iampolsky/na-zybuchem-peske.php
Существенно то, что дело об организации массовых беспорядков отводит беспрецедентное место признаниям обвиняемых. Сначала следствие мучало и запугивало Развозжаева, вымогая из него признание, которое он подписал, но от которого потом отказался. Тогда началась обработка Лебедева, принявшего навязанные ему правила игры и подписавшего признание, в котором, судя по всему, содержится немало чепухи. Нужда в признаниях указывает на полное отсутствие фактической базы дела, но не только.

Дело в том, что признание, значение которого подвергается сомнению современной юридической практикой, выводит процесс из юридического процессуального контекста. Что такое юридический процесс? Это отработанная веками процедура поиска и установления истины. Именно для этого в процессе имеются две конкурирующие стороны, подвергающие свидетельства и улики пристальной критике. Не существует иной сколько-нибудь надежной процедуры установления правды. Признание прекращает процесс, уничтожает соревновательность сторон, то есть, приостанавливает юридический поиск истины. Истина в ритуале признания закрепляется за словом подозреваемого без всякой критики и сомнений, как сказали бы лингвисты, перформативно. Акт высказывания принимается за акт установления истины, как в откровении или клятве.

Однако, не существует никаких оснований верить человеку (тем более, если он действительно совершил преступление), прошедшему через жестокие жернова следствия. Признание -- это жест прекращения поиска правды и одновременно жест передачи своей судьбы в руки преследователей, в надежде, что в обмен на отказ от борьбы, наказание будет минимальным. В античности поверженный город мог быть разрушен, а его жители могли быть умерщвлены. Чтобы избежать этого, побежденные прибегали к ритуалу pistis у греков или fides у римлян. Fides -- это самоотдача на милость победителя, признание в обмен на покровительство. Но в этой сделке с врагом вера в милость сильного зеркально предполагала веру в лояльность и честность побежденного. В fides происходил обмен верой -- я верю твоему признанию, а ты веришь в мое великодушие. Никакого другого основания кроме веры ритуал этот не предполагал. Fides, как и признание, -- это жест тотальной капитуляции перед победившей властью. Именно поэтому власть ценит признание. Признание оказывается отражением речей "вождя", которые точно так же не подвергаются критике, сомнению, экспертизе. В обоих случаях поиск истины приостанавливается.

Центральное место признания в готовящемся зловещем спектакле показывает, что российская правовая система радикально выводит себя за рамки цивилизованной юриспруденции. Поиск истины приостановлен, и публичное пространство отдано теперь двумя голосам -- указующему голосу вождя, и резонирующему с ним голосу, покаянно признающего свою вину. Любая иная форма дискурса, особенно связанная с поиском истины, признается нелегитимной.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/iampolsky/1154.php
Любопытно, что сама эта идея возникает в ХIХ веке, и изобретает ее Эмиль Жирарден, создатель популярной газеты "La Presse", которую он издавал с 1836 года. До этого немногочисленные газеты выражали партийные взгляды и этого не скрывали. Партийность прессы ограничивала количество подписчиков, от чего газеты были очень дорогими (цена подписки была около 80 франков в месяц) и выходили маленькими тиражами. Жирарден снизил эту сумму вдвое -- до 40 франков -- и решил компенсировать снижение цен деньгами от рекламы. Чтобы привлечь рекламодателей и расширить круг читателей (одно было связано с другим), он провозгласил принцип нейтральности прессы и стал декларировать объективность журналистики.

Объективность "La Presse" открыла дорогу рекламодателям и читателям самых разных политических взглядов. Газета стала процветать. Объективность прессы оказалась выгодной коммерческой стратегией. Она, кстати, вовсе не противоречила фактической неточности газетной информации. Постепенно "нейтральность" становится просто стилем, который маскирует личность журналиста маской "объективной" информативности.
Кроме того, для привлечения читателей Жирарден стал создавать журналистов-звезд (его персональное изобретение) и заказывать для газеты романы с продолжением Бальзаку, Гюго, Эжену Сю, Жорж Санд и т.д. Газета разделилась на "безличную информацию" и "виртуозные соло" звезд. История эта показывает, до какой степени объективность прессы возникает из требований рынка.

Адорно называл "холодность", "объективность" "основополагающим принципом буржуазной субъективности". Он же в "Негативной диалектике" рассказывает историю, которую я очень люблю: спешащий в театр Бернард Шоу, проходя мимо нищего, машинально достает из кармана удостоверение и коротко бросает на ходу: "Пресса". Для Адорно, это история о цинизме. И действительно, отношение к деньгам и слабым мира сего так называемой "объективной" прессы в ней неплохо представлено.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/iampolsky/120.php
Ужасное чувство потери по-настоящему тонкого, теплого и неравнодушного человека, очень мне нужного друга. Он обладал особой чувствительностью и совершенным доверием к людям, которые платили ему тем же. Кончилась целая эпоха документалистики.

Незабываемый Герц в своем неизменном берете и с лейкой в кармане, которая досталась ему после войны, и которой он щелкал всегда и всюду, не желая менять ее на современную камеру! Он где-то добывал у военных пленку чувствительностью 1000 единиц и умудрялся снимать почти во тьме. Время от времени из его бездонного архива возникали фотографии забытых моментов, которые казались призрачными. Он жил между фильмами, друзьями и этим безбрежным фотоархивом, куда он частенько нырял в поисках утраченного времени.

На тумбочке возле его кровати (а я нередко ночевал у него в Риге) всегда лежала Тора на иврите, и он знал ее наизусть. В моем сознании Тора -- бесконечная книга, вращённая в древо бесконечных комментариев, -- как-то соединялась с бездонностью фотоархива. Герц, казалось мне, был в равной мере предан памяти предков, Земли обетованной и документальной памяти его эпохи. Было что-то талмудическое в безбрежности его архива.

Трудно поверить, что его больше нет. От него остались фильмы, которым, я надеюсь, ничто не угрожает. Но нельзя допустить, чтобы с его уходом исчезли и десятки тысяч отснятых им фотопленок, лишь малая часть которых материализовалась в фотографиях.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/iampolsky/91.php