http://www.ng.ru/blogs/makarkin/ ru http://backend.userland.com/rss092
Ее политическое стихотворчество, продолжающееся уже более двадцати лет, представляется мне своего рода опрощением - когда интеллигент в позапрошлом веке вдруг ощущал свою вину перед народом и желал деятельно раскаяться. Только тогда вина состояла в привилегированном положении в крестьянской стране с неграмотностью и нищетой. А здесь - в потере могущественной державы, которую веками собирали предки. И в осознании того факта, что именно ты со своим интеллектом не защитил, не сберег, а, наоборот, в чем-то подтолкнул.

Такой тип людей не так уж и редок. Российские либералы и западники, охотно певшие про ракеты и Енисей, осуждавшие Сталина и аплодировавшие сносу Железного Феликса, исходили из того, что падение СССР - это неплохо. Потому что зашедший в тупик красный проект должен уступить место новому, условно белому, основанному на интеграции в цивилизованный мир (вспомним это некогда модное словосочетание) при трансформации Союза в нечто вроде конфедерации демократий, в которой Россия исторически, экономически, политически, культурно и как угодно просто призвана доминировать. Мягко и добро, цивилизованно и гуманно.

А когда выяснилось, что распад - это всерьез, никто на Западе не собирается признавать за Россией никаких сфер влияния, а элиты новых государств ощущают себя легитимным правящим классом в своих странах, независимых от Москвы, то у этих людей произошел срыв, основанный на сильнейшем разочаровании. Сама формулировка "цивилизованный мир" стала вызывать у них резкое отторжение. Америка из страны мечты стала предметом ненависти. Зато ракеты с перекрытым Енисеем задним числом обрели самоценность, превратились в атрибуты утраченной Belle Époque. Охранительные аргументы, от которых раньше отмахивались - не раскачивай лодку, не тронь страну, а то развалится - стали восприниматься как мудрость, которую вовремя не оценили.

И люди стали ощущать себя потерянными на просторе исторической России, которую предыдущие поколения собирали, а они расточили. Потерявшись, они стали меняться. Тонкий эстет искренне говорит о фашизме, идущем на нас из ближнего зарубежья. Яркий интеллектуал трафаретно славит Сталина. Эксперт, презиравший агитпроп, воспроизводит худшие его образцы. Ироничный сатирик становится мизантропом. Поэтка пишет агитки.

Причем такое опрощение, знаменующее разрыв с прежними идеалами, не просто происходит бескорыстно, но даже может вредить карьерам (Юнна Мориц не в счет), так как даже весьма нелиберальные коллеги смотрят на таких опростившихся неофитов с изрядным недоумением, переходящим в раздражение. И видят истончение, а потом и исчезновение таланта, который, как оказалось, несовместим с опрощением и был связан с прошлой жизнью. Той самой - с ежиком, который шел на именины к щенку.

Как относиться к таким людям? Для меня они никогда не будут в одном ряду с антисемитами, издевающимися над питерским ангелом, и с нациками, устроившими сегодня истерику по поводу делегирования Манижи на Евровидение. Здесь много печали и воспоминания о прошлом - там и этого нет.

P.S. Разумеется, любое сходство персонажей (кроме Юнны Мориц) с реальным лицами является исключительно случайным.

Оригинал публикации: https://www.facebook.com/a.makarkin/posts/3772369492877801
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/makarkin/o-politicheskom-stikhotvorchestve-yunny-morits.php
Первая – это «брежневские православные». То есть те прихожане РПЦ, которым было уютно в церковной реальности 70-х годов, когда власть отозвала буйных комсомольцев, нападавших на пасхальные крестные ходы, прекратила сажать епископов за налоговые преступления и рассталась с хрущевской мыслью показать по телевизору последнего попа. Для беспартийного, не члена ВЛКСМ, не делавшего карьеру и не находившегося на идеологической (в широком смысле этого слова – вплоть до школьного учителя) работе, хождение в храм стало делом безопасным, комфортным, создающим ощущение приобщения к истокам.

С одной стороны, «брежневские православные» стали идентифицировать себя со страной – сбылись слова митрополита Сергия о том, что «ваши радости – наши радости». Внутренняя оппозиция касалась лишь роли церкви в обществе – хотелось бы побольше, чтобы патриарха 7 ноября на Мавзолей приглашали. С другой стороны, такие православные нередко шли дальше государственной идеологии, когда речь шла об антисемитизме – официальная «антисионистская» риторика вызывала у них удовлетворение, но не полное. К обличениям «агрессивной политики государства Израиль» добавлялись и негромкие – часто под водочку – разговоры о том, как евреи погубили царя, и о троцкистах, беззакония которых сурово пресек мудрый вождь, разрешивший после этого избрать патриарха, и о евреях внутри церкви, которые ее экуменически разлагают.

Для этих людей новая реальность конца 80-х – начала 90-х стала явлением хотя и противоречивым, но явно со знаком «минус». Причем «плюсы» - возвращение храмов и монастырей - приписывалось Божьей воле и собственным молитвам. А вот легализация унии (с потерей храмов в Галичине), падение нравственности, дружба с Америкой и восстановление дипотношений с Израилем зачислялись в безусловный пассив власти.

Вторая группа – это часть неофитов, пришедших в храмы не столько в конце 80-х, сколько в первой половине 90-х, когда рухнула советская идеология, на старых предприятиях переставали платить зарплату, начали рушиться продуманные на десятилетия жизненные планы и казавшиеся незыблемыми семейные связи.

Церковь выглядела для таких советских людей хоть каким-то прибежищем в бурном и опасном море. Если вспомним, что 90-е годы – это время массовых репринтов, когда в немалом количестве церковных лавок лежали труды о масонстве, еврейском заговоре и прочих подобных сюжетах – наряду антиэкуменической литературой, основанной на аргументах греков-старостильников. Эта конспирология прекрасно вписалась во внутренний мир людей, которые до прихода в церковь с удовольствием читали про Бермудский треугольник, снежного человека и летающие тарелки. Чему брежневская власть не мешала, видя в этом отдушину, отвлекавшую людей от политических разговоров.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/makarkin/kto-v-rossii-obespokoen-ritualnymi-ubiystvami.php
Сейчас происходит нечто подобное. Со времени присоединения Крыма прошло три с половиной года. Киев не взят, Львов не взят. В Донецке и Луганске ничего похожего на блицкриг - напротив, тихие и подозрительные для "ультра" переговоры с западниками. В экономблоке правительства - ни Глазьева, ни Хазина, ни Катасонова. В кинематографе - "Матильда", роскошное костюмированное действо - вместо суровых кинофильмов о вождях и героях, генералиссимусе в шинели, беседующем со святой старицей о судьбах великой России.

И возникает желание ударить по элите, для которой конфронтация с Западом и мобилизация являются опасными аномалиями. Которая очень хочет возвращения нормальности "нулевых" и смотрит на эпилептиков контрреволюции с презрением. Или, в крайнем случае, с сожалением - как дюк Ришелье смотрел, наверное, на графа Полиньяка во время Реставрации. Первый, либерально-примирительный, приехал из обустроеной им Одессы, второй, пламенно-реакционный, вышел из наполеоновской тюрьмы. Полиньяку, в конце концов, удалось прорваться к власти - но бурбонская монархия, которой он верно служил, этого не выдержала.

Но почему "Матильда"? А потому, что нытье о злоумышлениях экономблока, кажется, уже стало надоедать самим разоблачителям. Раскрутка украинской и вообще геополитической тематики представляет собой минное поле - можно увлечься обличениями и зайти слишком далеко (точнее, высоко). А к культуре в России относятся по остаточному принципу - поэтому можно атаковать истеблишментного Учителя, пытаясь, одновременно, дискредитировать его друзей из недостаточно патриотичной элиты. Другое дело, что аппаратная игра разбудила реальные эмоции маргиналов, искренне считающих себя большинством - и теперь власти приходится думать, как сдерживать своих радикальных и подозрительных сторонников.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/makarkin/pochemu-imenno-matildu-atakuyut.php
Культурная среда в условиях зависимости от государства по определению осторожна, настроена конформистски (причем чутко реагирует на передвижки «двойной сплошной») и минимизирует риски. Можно быть уверенным, что в следующем году в списке доверенных лиц президента мы увидим многих известных людей из театрального мира.

Проблема в другом – все это актуально для сильного государства, с которым нельзя конфликтовать, ибо опасно. Когда же государство слабеет, ему припоминают всё. В 90-е годы советские патриоты искренне недоумевали, почему для статусных режиссеров и артистов какие-то локальные обиды были важнее, чем величие страны. И что арест хорошего знакомого (не расстреляли же!) или запрет на выезд в «капстрану» на гастроли воспринимались ими и спустя много лет куда болезненнее, чем ревизия договоров, в незапамятные времена подписанных в Ништадте или Кючук-Кайнарджи.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/makarkin/istoriya-s-serebrennikovym-vlast-ne-boitsya-protesta-deyateley-kultury.php
Потом посмотрел текст указа. Кубок начинается 17 июня, а митинговать фактически запрещено с 1 июня. То есть акция Навального 12 июня подпадает под запрет.

Значит, политика, причем иррациональная. Какое-то мистическое отношение к Навальному, нежелание видеть в нем обычного политика с плюсами и минусами, а не сверхъестественную угрозу, сконструированную в Йельском университете.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/makarkin/u-vlasti-misticheskoe-otnoshenie-k-navalnomu.php
Выйдем из ЕС, вернемся к франку (гульдену, марке), выгоним мигрантов и заживем в благостной любви к родной истории и природе. Правда, изредка проскакивает и что-то оригинальное. Например, Вилдерс предложил прекратить тратить деньги на инновации. Действительно, лучше эти деньги раздать истиннным голландцам, пострадавшим от деиндустриализации, чем каким-то сомнительным хипстерам. Или Ле Пен пытается стать более умеренной, но из этого мало что получается.

Проголосовать за такую партию можно только из сильной нелюбви к правящему классу и желая наказать его как можно больнее. Иногда даже кажется, что в России такие партии полюбились не только из-за демонстративной пророссийской риторики, но и в связи с уже четвертьвековой обидой - почему СССР рухнул, а Евросоюз существует. Вот бы французам мадам Ле Пен в президенты - пусть помучаются.

Значительно интереснее, как элиты реагируют на ультраправый вызов. Как они просыпаются от многолетней спячки, обусловленной безоглядным еврооптимизмом и ощущением, что благостное чередование у власти лево- и правоцентристов будет длиться вечно. Как появляются новые лидеры, способные привлечь общественные симпатии - Макрон, ван дер Беллен, Клавер. Как элиты присматриваются к ним и взаимодействуют с ними.

Но в России это мало кому интересно. В ней если и реагируют на эти процессы, то воспринимают их как манипуляции элиты по недопущению к власти народных лидеров. Макрон позиционируется как кандидат меньшинства, тогда как проигравшая ему Ле Пен - выразительницей интересов большинства. Как когда-то Торез и Марше.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/makarkin/pochemu-v-rossii-polyubili-le-pen-i-vildersa.php
2. Если правительство уйдет в отставку, то вряд ли следующий кабинет будет успешнее, если он так же будет зависеть от позиции крупнейших госкомпаний. Кабинет министров должен получить необходимую свободу действий для того, чтобы реализовывать внятный и последовательный экономический курс.

3. И все это связано с необходимостью насыщения реальным содержанием институтов (не только правительства). Впрочем, политологи об этом говорят так часто, как, наверное, Катон про Карфаген - что свидетельствует не об их зацикленности, а о значимости проблемы.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/makarkin/doverie-rynka-k-rossiyskoy-vlasti-pochti-na-urovne-plintusa.php
1) Мы голосовали за Порошенко на президентских выборах.

2) Нам не нравится многое из того, что он делает, но он легитимный президент и патриот Украины.

3) Надо не позволить Порошенко:
- превратиться со временем в Януковича;
- расставлять кадры по собственному разумению (здесь очень сильный аргумент с Гелетеем, но есть и другие - с Яремой, Гонтаревой).
- непублично договариваться с Россией.

4) Следовательно, надо голосовать за отчетливо "патриотические" партии, гарантированно проходящие в парламент, совместимые с Порошенко, способные создать с ним более или менее стабильную коалицию.

5) За Тимошенко и Ляшко голосовать не надо из-за их слишком большой конфликтности (коалиции не получится).

6) Гриценко вроде адекватный, но может и не пройти - тогда голоса пропадут.

7) Остаются Яценюк и "Самопомощь".

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/makarkin/13329.php
Впечатления противоречивые.

С одной стороны, люди пришли действительно за идею. Самодельные плакаты, боль в глазах, искреннее желание помочь.

С другой стороны, на активно продвигавшуюся в Интернете акцию, посвященную общественно одобряемой теме, пришли никак не более полутора тысяч человек (включая и тех, кто не спешил слушать ораторов и стоял небольшими группами в сквере). Можно сравнить с 30-тысячным антивоенным демократическим маршем в марте.

В общем, большинство, которое за Крым, Донецк и Луганск, самостоятельно, без административных методов, на улицы как не выходить не выходило, так и не выходит. А меньшинство, которого всего несколько процентов по опросу Левады, мобилизуемо куда лучше (хотя, конечно, и слабее, чем в 2011 году, когда демократический протест был в моде). И даже экстремальная ситуация здесь мало что изменила.

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/makarkin/demokraticheskoe-menshinstvo-mobilizuetsya-luchshe-chem-provlastnoe-bo.php
Но есть и еще один фактор - для того, чтобы провести референдум, нужны некоторые элементарные технические условия, в том числе избирательные участки, участковые комиссии, списки избирателей и т.д. А еще нужен реальный контроль за ситуацией в регионах. И гарантии активного участия населения.

В Крыму все это было. На "крайнем" Востоке Украины - ничего подобного. В этих условиях референдум с высокой долей вероятности превращался в фарс, который мог привести к "эффекту бумеранга" - то есть стать индикатором реальной популярности "народных республик".

Оригинал публикации
Подробнее...]]> http://www.ng.ru/blogs/makarkin/pochemu-putin-prizval-otlozhit-referendumy.php