0
1504
Газета Печатная версия

02.12.2020 20:30:00

И птичка вылетает

Почти семейный альбом: Евтушенко, Окуджава и другие

Тэги: фотограф, фотохудожник, союз писателей, юрий рост, писатели, валентин распутин, окуджава, евтушенко, михаил рощин, пушкин, людмила петрушевская, фазиль искандер, виктор шкловский, альбом


45-14-10480.jpg
Артистичный Евгений Евтушенко. 
Иллюстрация из книги
В свое время, в эпоху докомпьютерной верстки, в писательской среде официальным фотографом Союза писателей СССР был Николай Георгиевич Кочнев. Он снимал всех сколько-нибудь известных писателей. Если вас не было в фотоархиве Кочнева, то вы не писатель. Я застал его, уже пожилого, в одной из редакций в конце 90-х. Нужен был портрет Нагибина. Куда бежать, к кому обратиться? Позвонили Кочневу, и, конечно, портрет у него нашелся. Но все писатели у него выходили какими-то одеревеневшими, безжизненными. Такое ощущение, что он снимал их для Доски почета или документа 35х45 с уголочком для штемпеля.

Не в пример ему Юрий Рост делал портреты неформальные, портреты, которые можно с полным на то основанием назвать художественными: Сахаров, Евтушенко, Окуджава, Юрий Любимов... И все же Рост – это для избранных, для небожителей.

По умолчанию фотограф выражает свое отношение к персонажу сквозь объектив, любуется, любит или не любит, он отображает, как в кадрах кинохроники. И тут очень важен ракурс. Важен взгляд, точный, вдумчивый, именно поэтому фотограф, фотохудожник – исчезающий вид ремесла, как, скажем, тапер в кинотеатре. Фотограф ведь начинается с ванночек, запахов проявителя и закрепителя, пинцетов и зажимов, веревки, на которой, как тарань, сохнут фотографии.

Максим Земнов – один из таких мастеров, чей профессиональный интерес можно назвать подлинным искусством. Ведь в эпоху всеобщей и тотальной цифровизации фотографом может быть каждый. Это устойчивое заблуждение тем очевидней, чем больше мы обращаемся к прошлому.

Альбом писателей у Земнова почти семейный.

Максим Земнов начал делать портреты, причем не только писателей, но, насколько я знаю, и актеров, еще в «Юности». Был такой формат в некогда известном журнале – «Зеленая лампа». Из «Зеленой лампы», где мастер-классы вели мастера высокого калибра, вышло не одно поколения прозаиков и поэтов.

Собственно, вот с них, мастеров, и начинается альбом: Виктор Шкловский, его круглая, как шар земной, голова вмещает все окололитературное и внелитературное пространство. Шкловский – мыслитель, далее – совсем молодой, 30-летний Андрей Битов. Каждому кадру предпослана коротенькая ремарка. Получается еще и энциклопедия. Или узелок на память.

Фазиль Искандер, Андрей Дементьев, уходящая натура, ушедшая эпоха... Литературное пространство неделимо, оно и так скукоживается, как шагреневая кожа. Литература переквалифицировалась в блогерство. Литература стала цифровой, утратив свою цельность, невинность, ремесло. А эти черно-белые кадры воскрешают в памяти печатные машинки, рукописи, выписки, пожелтевшие листки из архивов, где запечатлена сердечная диаграмма слова, начертанного чернильной ручкой.

Вот замечательное Слово Валентина Курбатова: «Ан вот здесь, под взглядом Максима Земнова, который сам писатель и знает, как дается слово, человеческое лицо словно вспоминает свой небесный замысел и поворачивается живой правдой. И захочешь прихорошиться – не выйдет...»

45-14-12250.jpg
Максим Земнов. Писатели
в объективе.
Литературно-художественное
издание.– М.: АО «Корпорация
ВЕСТ», 2021. – 176 с.
Семья получилась большая, пестрая, шумная: артистичный Евтушенко, скрытный или скрывшийся от объектива Окуджава, голова Валентина Распутина... Последнего фотограф поймал в тот редкий момент, когда он, кажется, забыл, что он – Распутин, писатель земли русской, совесть и все такое. Простое русское лицо, на которое смотришь, как на карту страны. Удивительно гармоничное сочетание простоты и мудрости – не хитрости и ума, а скорее всего природы. Так смотрит на вас осень!

Портрет в литературе и собственно фотопортрет – явление исчезающее. В литературе в лучшем случае властвует штампы, в худшем – портрет отсутствует. Не каждая фотка – портрет!

Юрий Левитанский, Юрий Трифонов, Расул Гамзатов, совсем молодая Татьяна Бек, Михаил Рощин... Портрет Рощина – без преуменьшения шедевр. И анонс Фарида Нагима очень хорош: «Он был красивый мужчина. Мужественный, обаятельный и остроумный. От него всегда веяло свежестью и чистотой. Я думаю, сама аура его такая – светлая, чистая». Да, свет и чистота, но...

Каждый слышит, как он дышит.

Как он дышит, так и пишет,

Не стараясь угодить...

Так природа захотела,

Почему?

Не наше дело,

Для чего?

Не нам судить.

Взгляд Земнова обращен не только в прошлое, но и в будущее. К тому, кто определяет сейчас лицо литературы. Портреты писателей у Земнова – то идеальное, чем мы все, наверное, хотели быть или стать. А он уже нас такими увидел. Сделал, снял, изваял.

Павел Басинский, Алексей Варламов, Людмила Петрушевская, Светлана Василенко, Марина Кудимова, Анна Гедымин, а вот, кстати, и Юрий Рост.

Я знаю, что для того, чтобы сделать портрет одного из персонажей своего альбома, фотограф томил его в бургерной около часа.

«Портреты действуют».

Воистину так. Портреты писателей у Максима Земнова живут какой-то собственной, неземной, жизнью. В этом магия и загадка.

Да, возможно, этот альбом неполный, мне кажется, что он, как и следует семейному альбому, будет дополняться. Новые персонажи придут на смену старым. Но всем места хватит. Портретная галерея словно жизнь – немного игра, немного стихотворение, давнее, полузабытое:

На фоне Пушкина

снимается семейство.

Фотограф щелкает,

и птичка вылетает.

Замерли, не мигаем, улыбка! 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Выныривая в зеркальце лицом

Выныривая в зеркальце лицом

Юрий Татаренко

Об Иркутске, реке Кая и рае, где священнодействует будильник

0
599
Другой поручик был тогда убит

Другой поручик был тогда убит

Дмитрий Нутенко

Маяковский говорил с Пушкиным, а Булат Окуджава выбрал себе в качестве собеседника Михаила Лермонтова

0
301
Я в долгу перед Чистополем

Я в долгу перед Чистополем

Игорь Шумейко

Два города Татарстана получили статус «Литературные города России»

0
679
Мокрый голубь и мокрый Гоголь

Мокрый голубь и мокрый Гоголь

Борис Колымагин

Автор «Вечеров на хуторе близ Диканьки» в неподцензурной поэзии

0
1091

Другие новости