Мои спасительные якоря

Книги на мою жизнь и на мое мировоззрение больше всего влияли в детстве. Позже я читала все меньше, потому что все труднее было находить «ту-самую-книгу», которую хотелось бы взять в руки и читать запоем чуть не до утра… Начну, пожалуй, с рассказов о Шерлоке Холмсе. Весь цикл я прочитала за время учебы во втором классе. Тот год я жила у папиных родителей, а у них на полке стояло собрание сочинений Конан Дойла. С тех пор люблю детективы и сама с удовольствием пишу их время от времени.

Следующим упомяну Дюма. Дюма я так же методично, как и Дойла, «проработала» в седьмом классе, забирая книгу за книгой из библиотеки. Когда на последней странице последнего романа о мушкетерах погиб д’Артаньян, я искренне взрыднула и долго еще приходила в себя от такой потери. Писать исторические романы я никогда не намеревалась, но в итоге в моем арсенале их каким-то чудом уже пять.

С детства со мной Пушкин, как это ни банально. Первое, что выучила в свое время моя пятилетняя дочка, было «У лукоморья дуб зеленый», ведь именно Пушкина я читала ей постоянно, и именно Пушкина она первым прочитала самостоятельно.

В институте мы в огромном количестве читали англоязычных авторов в оригинале, и ни на что другое особо времени не оставалось. Именно тогда я полюбила Шекспира, а «Гамлет» фактически является моей настольной книгой. Среди любимых авторов также Сомерсет Моэм и Оскар Уайльд.

Конечно, нельзя не сказать о любимой пьесе Чехова – о «Дяде Ване». «Во дни тягостных раздумий» я всегда вспоминаю финальный монолог Сони («Что же делать, надо жить! Мы, дядя Ваня, будем жить…»).

Последнее, что я упомяну, – это книгу нейрохирурга Генри Марша «Не навреди», каждая глава которой посвящена очередной операции на мозге. Когда я ее читала, раком мозга заболел мой отец. Пережить его смерть помогла книга. Почему именно рассказы, детально описывающие то, что пришлось пережить папе, помогли воспринять его уход легче, не знаю. Так случилось. И книга Марша спасительным якорем стоит у меня на полке.