Сею, вею, посеваю

Лапша

Белок зрачка – яйцо

в лапше,

И слух, и зрение, и место,

В моей тарелке,

под столовой ложкой,

Нашли свое родное место,

Ведь сталь надежней

голубого неба,

Надежней бедных облаков.

За них лапша –

она пружинит

Отскакивают мысли слов

И растворяются

в бульоне.

Там ты и я плывем

бок о бок,

Поставь на медленный

огонь,

Чтоб никому не навредить

Поваримся еще чуть-чуть.

***

Заискрит хрустящим снегом

черная земля,

По надкусанным посевам

всходят тополя.

И глядишь на эту паству:

все плечом к плечу.

Распростертыми руками

я земле шепчу:

«Сею, вею, посеваю...» –

на дворе туман,

Колыбельную качаю

из плетеных трав.

Серебрят твои колосья

в области виска:

«Поцелуй меня на ощупь

русская тоска».

Колыбельная

Тёма, Тёма, просыпайся,

Богу во гресех покайся,

Отче наш иже еси

Да святи на небеси.

Одесную на кровати

Подле тя сидела мати.

Работящий по природе,

Батя пашет на заводе.

Благолепная Мария

Внемли ты мольбы людския:

Дух святой проникновенно

Капельницей внутривенно

Ниспошли царица мати

Ангельския благодати.

Богородице благая

На молитвы уповая,

На врача в халате белом

Со шприцом в руке, всецело,

Молим тя, речем аминь,

Взором благостным окинь.

Умирающее чадо

Отведи от кущей сада,

Сон ниспосланный сгони,

Веки Тёме разомкни.

Дева чистая, Мария,

Услыхав мольбы людские,

Подошла в хитоне синем,

Приоткрыла веки сыну.

Отче наш иже еси

Да святи на небеси.

Колыбельная для Тёмы,

Тёма выбрался из комы.

Пермь