0
4433
Газета Печатная версия

10.11.2016 00:01:00

Неназванное пространство

Ирина Богатырева о мифологии, игре на варгане и дороге как состоянии обнуления

Тэги: проза, мифология, музыка, фэнтези, аналитика, фольклор, андерсен, снежная королева, россия, варган, перу, алтай, камчатка, китай, америка

Ирина Сергеевна Богатырева (р. 1982) – прозаик. Родилась в Казани. Окончила Литературный институт им. Горького. Автор книг "АвтоSTOP", "Товарищ Анна", "Луноликой матери девы", "Рыжий пес", "Кадын". Лауреат Премии им.С. Михалкова для подростков, Премии им. И.А. Гончарова, финалист премии "Дебют", Премии Ивана Петровича Белкина, Международной детской литературной премии им. В.П. Крапивина. Играет на варгане в дуэте "Ольхонские ворота" и ансамбле "Улица".

проза, мифология, музыка, фэнтези, аналитика, фольклор, андерсен, «снежная королева», россия, варган, перу, алтай, камчатка, китай, америка Ирина Богатырева: «Путешествие по Укоку – это километры пустого пространства, когда у тебя только небо и степь». Фото Сергея Королева

Этой осенью роман «Кадын» Ирины Богатыревой о пазырыкской культуре древнего Алтая вошел в лонг-лист премии «Русский букер». С Ириной БОГАТЫРЕВОЙ побеседовала Лета ЮГАЙ.


– Ирина, сейчас две ваши книги готовятся к печати. Расскажите, что это будут за книги?

– Первая – это роман о музыкантах, который в первоначальном варианте назывался «Таргелион», а сейчас «Жити и нежити». Он очень долго оформлялся и в итоге выходит как этническое фэнтези. Там речь идет о творческих поисках, но замешано все на фэнтезийном сюжете – о существах, которые оберегают талантливых людей от самоубийства. Рабочее название второго романа – «Ганин», под ним он был в прошлом году в финале Крапивинской премии и в лонг-листе «Книгуру». Это роман о подростках накануне окончания школы, о выборе жизненных ориентиров.

– В своих книгах вы используете мифологию, но при этом основная тема, как мне кажется, все-таки жизнь современного человека, поиск своего места в мире. Зачем современному молодому человеку эти выходы в другое время и мышление?

– Мне кажется, это общая тенденция – я могу ошибаться, может быть, слово «общая» здесь лишнее, – что людям необходимо знание своего не то что духовного начала, но знание своего мифологического бэкграунда. Тогда человек по-другому себя ощущает в мире. Мне доводилось встречать разные типы людей: кто-то пытается сам себе придумать мифологию, что-то слышал и пытается воссоздать этот мир, другие знают ее благодаря семье, культуре. Мы все сталкиваемся с необъяснимыми вещами в собственной психике. Когда ты имеешь эту базу, ты понимаешь, откуда что берется.

– То есть предпочтение знания фантазированию?

– Наверное, да. Я негативно отношусь к современным попыткам восстановления того, «как могло бы быть», если они ни на чем не основаны. Потому что происходит подмена современных понятий пространством мифа. А это неправильно.

– А сами вы чувствуете дистанцию?

– Я умею переключаться на аналитический подход к жизни, а затем включать мифологическое мышление, и тогда ощущаешь единство всего в мире.

– Вы учитесь на первом курсе магистратуры по фольклористике в РГГУ. Что вас туда привело?

– Я туда пошла ради внутренних целей: не дать себе создавать иллюзии, понимать точно, где вымысел, а где настоящие вещи, мифологические, фольклорные и так далее… Потому что вокруг очень много фальсификаций. Их надо уметь отсекать. Это с одной стороны. С другой – мне просто интересно. В науке есть возможность реализовать идеи, которые не реализуемы иначе.

– А вам не страшно, имея карьеру прозаика, читаемые книги, бизнес по продаже музыкальных инструментов, вдруг начать с нуля нечто совсем другое…

– Я сейчас прохожу этап, который проходила 14 лет назад, начиная вегетарианствовать. Тогда каждый знакомый считал необходимым высказаться про мой новый образ жизни. Потом это прошло: и близкие привыкли, и круг общения поменялся. Сейчас я себя чувствую так же. Даже друзья, даже близкие, кто понимает, зачем я это делаю, вот уже полмесяца так или иначе меня подкалывают. Все ожидают, что я заплесневею и стану сухим научным человеком.

– А у вас есть ощущение, что вы можете «высушиться»?

– Нет, у меня нет. Я очень рада, что попала на эту кафедру. Все, что касается фольклора, для меня наполнено жизнью. Это не только наука, это такие вещи, которые все должны знать и понимать. И это настраивает оптику. С одной стороны, наука, чистая логика, но с ее помощью ты понимаешь ту образность, которая сложилась за многие-многие века. Она постепенно трансформировалась, и в итоге сейчас мы имеем кусочек от айсберга, тогда как сам айсберг уже утоп. И вот ты начинаешь его восстанавливать… Меня это очень вдохновляет сейчас.

– В одном из ранних ваших рассказов рассказчик говорит: «Я пишу это не чтобы оправдать или осудить, а чтобы разобраться самой». Насколько этот стимул при написании прозы важен для вас? Вы беретесь за тему, в которой вам есть что сказать или в которой вы только хотите разобраться?

– И то и другое. Тебе есть что сказать, и в то же время сам творческий процесс дает тебе возможность глубже что-то узнать. Как, помните, у Андерсена начинается «Снежная королева»: «Пойдем со мной, и в конце ты будешь знать больше, чем знаешь сейчас». Так и мое состояние всегда, когда я пишу текст: он тебя меняет, а ты его, естественно… Это взаимные вещи. Разобраться самой – да. Но ты не разберешься, если тебе нечего сказать изначально.

– А музыка? Откуда такое увлечение, и что оно вам дает?

– Вот вы сказали, что наука и творчество – это способ общения с миром. Музыка – это тоже канал общения, но только не совсем с людьми. Это мир чистых образов, мир, где нет интерпретаций как таковых. Ты можешь понять, можешь почувствовать. Та музыка, которой я занимаюсь, народная, фольклорная, она напрямую связана с простой жизнью. И она всегда создавала такую нишу свободы для людей, без которой нельзя. Есть ты, есть твои обязательства, есть работа, есть творчество, а есть состояние, когда ты вообще никому не должен – ты просто играешь, поешь – всё.

– Как возникла идея магазинчика музыкальных инструментов, который вы держите?

– Идея возникла у нас с мужем. Мы начали увлекаться варганом, и вдруг выяснилось, что существует много разных типов варганов в мире, и много мастеров в России, которые их делают. Мы захотели создать место, где музыканты смогут найти инструменты. Мы это любим, поэтому мы этим занимаемся.

– У вас там удивительное место. Представлены такие инструменты: ни за что не понять, что это и как на этом играть. Каким образом вы расширяете ассортимент?

– Пришел человек, рассказал, что есть такой-то инструмент. Ты его ищешь. Оказывается, что его делают в Перу. Ты пишешь в Перу: дайте нам таких инструментов. И мастера нам пишут: вот, мы делаем такую какую-то фитюльку, давайте будем ее вам поставлять. Мне в этой деятельности нравится момент неугасающего интереса. Если вдруг – хотя я очень таких вещей боюсь – что-то станет не интересно, то найдется другое, потому что мир этих инструментов огромен.

– Вы только что вернулись из Норвегии. Что это была за поездка? 

– Она была музыкальная, я ездила на ежегодный фестиваль мунхарпы. Это по-норвежски варган. В этому году фестиваль был в Сетесдале: это центральная Норвегия, горная местность, в которой сохранилась музыкальная традиция. Там не было прерывания, люди играют те мелодии, которые играли их предки, они сохранили предания, связанные с каждой мелодией. Мне кажется, это очень важно для нас, для русских, посмотреть, как это сохраняется…

– …и не подменяется «новоделом»?

– Да, о чем и речь! Они живут в нашем мире: у них есть телевизор, Интернет. Но им это не размывает культуру. Это у них всегда было, никуда не ушло. Я имею в виду культуру в целом, не отдельные элементы, которые можно вычленить, а когда все живо.

– Ваш сайт называется «Проза, музыка, дороги». Мы поговорили о первых двух составляющих. Теперь о дорогах. Путешествия для вас – это удовольствие, способ получения информации, вид творчества?

– Я как раз недавно об этом думала. Дорога – это состояние обнуления. Когда ты живешь на одном месте, в понятном тебе мире, у тебя расписание, и ты какой-то весь заданный. Вот этим летом у меня был опыт конного путешествия по Укоку (плоскогорье в Республике Алтай). Это километры пустого пространства, когда у тебя только небо и степь. Было довольно прохладно, поэтому трава не выгорела. Земля пропитана водой. Копыта чавкают в земле. И многие часы, 8–9 в день, такого монотонного движения. Физической усталости меньше, чем в обычном походе, и в какой-то момент наступает состояние полного опустошения. Ты перестаешь думать, сливаешься со всем этим, смотришь вокруг себя, будто у всего еще нет имен. Пространство не названное, звери не названные, и ты такой же – без имени. И не обязательно для этого, чтобы были степь и простор. Иногда вокруг люди, машины, поезда. Но вот это состояние, что ты можешь на все смотреть свежими глазами, это для меня важно.

– Чего бы ты хотела от будущего? Какие темы, инструменты, точки на карте?

– Ой, ну, инструменты сейчас – русские. Для каждого инструмента, чтобы научиться хорошо на нем играть, нужна вся жизнь. А если ты взял пять инструментов, то где взять пять жизней? А насчет точек… Да как-то оно всегда получается спонтанно… Я думаю, что надо на Камчатку поехать. Может быть, по Китаю было бы интересно попутешествовать. Но не по центральному, а там, дальше. В Америку. Очень хочу в Северную Америку, в горы. Так что есть еще куда ехать. А темы… Мне сейчас интересна тема рода. Насколько мы – сами по себе, а насколько – поколения и поколения предков. Вот сейчас такая тема. Не знаю пока, как она воплотится. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Чиновники одумались: в регионах озаботились справедливостью при повышении зарплат

Чиновники одумались: в регионах озаботились справедливостью при повышении зарплат

Татьяна Попова

0
869
Россия закрывает Севморпуть

Россия закрывает Севморпуть

0
1899
Пентагон попал под удар

Пентагон попал под удар

Владимир Иванов

В Стратегии национальной обороны США обнаружены серьезные недостатки

0
1519
Операция прикрытия «Камуфляж»

Операция прикрытия «Камуфляж»

Игорь Атаманенко

Как КГБ шифровал своего «суперкрота» в ЦРУ

0
1480

Другие новости

Загрузка...
24smi.org