0
1818
Газета Печатная версия

14.09.2017 00:01:00

Хирург, авиатрисса, автогонщица

Необычайные приключения княгини в стране большевиков

Тэги: мемуары, эмиграция, эсеры, анархисты, россия, финляндия, белогвардейцы, большевики, гражданская война, петроград, нева, владимир маяковский, чк, феликс дзержинский


мемуары, эмиграция, эсеры, анархисты, россия, финляндия, белогвардейцы, большевики, гражданская война, петроград, нева, владимир маяковский, чк, феликс дзержинский Мечты вновь увидеть Английскую набережную так и остались мечтами. Федор Алексеев. Вид Английской набережной со стороны Васильевского острова. Государственный Русский музей

Мемуары эмигрантов первой волны, вырвавшихся из советской России, в основном описывают пережитые ими репрессии. Перед глазами читателей проплывают поражение в правах представителей дореволюционных имущественных классов, институт заложничества, аресты по подозрению, наконец, репрессии по политическим основаниям, в том числе по отношению к некогда союзным партиям (эсеры, анархисты). Менее известны рассказы о функционировании институтов новой власти.

Княгиня София Волконская (урожденная графиня Бобринская) (1887–1949) в своих воспоминаниях дает драматическую картину о жизни в советской России (или «за чертополохом», как тогда говорили в Русском зарубежье). Известный врач-хирург, одна из первых женщин-пилотов (авиатрисс), ученица знаменитого изобретателя и авиатора Луи Блерио, талантливая автогонщица, она после захвата большевиками власти сумела эмигрировать в Финляндию. Но в Петрограде оставался ее муж Петр Волконский, и когда князь был взят в заложники, София Алексеевна решила вернуться, чтобы спасти супруга. Обращение к генералу Николаю Юденичу, а затем к главе Финляндии Карлу Маннергейму с просьбой о помощи в переходе на советскую территорию не увенчалось успехом (возможно, ее подозревали в сотрудничестве со спецслужбами большевиков). Тем не менее она смогла добраться до Петрограда (осталась в Гатчине после эвакуации города Белой армией). В бывшей столице империи, где княгиня одно время жила у Анны Ахматовой, София Алексеевна работала по специальности врачом, прилагая все усилия, чтобы добиться освобождения мужа. Она обращалась к советским руководителям, включая Михаила Калинина, Льва Каменева, Льва Красина и Петра Красикова. Последний, напомню, был заместителем наркома юстиции. 

33-15-2_t.jpg
София Волконская. Горе
побежденным. Vae victis.
Воспоминания. – М.: Гос.
публ. ист. б-ка, 2017. – 160 с.

Пыталась встретиться и с главой государства Владимиром Лениным, но неудачно. Это было «для простого смертного столь же трудно, как, например, взглянуть в открытое лицо любимой наложницы какого-нибудь Абдул Гамида». Впрочем, может быть, и хорошо, что не встретилась. Неизвестно, как бы отреагировал на просьбу княгини «самый человечный», по словам Владимира Маяковского, человек – все могло кончиться плохо.

Рассказывая об общении с вождями, Волконская описывает конкуренцию (или борьбу компетенций) внутри большевистского режима, когда решение одной из советских институций – Всероссийского центрального исполнительного комитета (ВЦИК) – не являлось обязательным (а точнее, открыто игнорировалось) для другой – Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ЧК, или, как тогда писали, Чека):

«Решаюсь пойти справиться в Чека.

– Когда выпустят Волконского?

– Нам ничего не известно.

– Как неизвестно? Ведь ВЦИК постановил его освободить.

– Это нас не касается».

Следует отметить, что о том же писал и современный историк Сергей Войтиков, исследуя борьбу в руководстве Коммунистической партии после покушения на Ленина летом 1918 года.

В итоге при содействии главы ЧК Феликса Дзержинского Петр Волконский был освобожден, и супруги уехали из советской России (от «большевистского кошмара») уже навсегда. Слова Софии Алексеевны: «Увижу ли я когда-нибудь Английскую набережную, комнаты мои с окнами на Неву, где часто сидели мы в сумерках, глядя на зажигавшиеся один за другим огоньки на Васильевском острове, на ярко выделявшиеся на фоне темного неба стройные очертания императорских яхт и на медленно скользившие вниз по реке черные тени тяжелых дровяных барж?» – так и остались мечтами. Она оказалась в стане побежденных.

В этой связи интересно название книги. Оно является цитатой из Тацита. Согласно историку, галльский вождь Бренн произнес эти слова, когда, получая выкуп от римлян, бросил на чашу весов с выкупом свой тяжелый меч, чтобы увеличить груз гирь. 

Парадоксально, но Волконская адресует их не к большевикам, а к бывшим союзникам, предавшим белых в годы Гражданской войны. По этому поводу вспоминается крылатое выражение: «Боже, избавь нас от таких друзей, а с врагами мы сами справимся».


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Россия может разместить "Калибры" в Венесуэле и на Кубе

Россия может разместить "Калибры" в Венесуэле и на Кубе

Владимир Мухин

Москва ищет симметричный ответ на угрозы от американских "Томагавков" наземного базирования

0
813
ЖКХ пошло вразнос

ЖКХ пошло вразнос

Анастасия Башкатова

Тарифы растут, но на модернизации коммунальной сферы это почти не сказывается

0
1030
Трамп допустил приглашение России на встречу G7 в 2020 году

Трамп допустил приглашение России на встречу G7 в 2020 году

Юрий Паниев

Саммит больших разногласий

0
424
Как мы узнаем о научно-технологическом прорыве

Как мы узнаем о научно-технологическом прорыве

Миннауки предлагает показатели, которые легко учитывать, но они ничего не показывают

0
382

Другие новости

Загрузка...
24smi.org