Батькин рай

Игорь Малышев. Номах. Искры большого пожара. – СПб.: Лимбус-Пресс, 2018. – 544 с.

Сразу отметим, что мы не сошли с ума и не пишем о книге, которая еще не вышла. Книга как раз физически вышла, но под самый конец года. Впервые повесть «Номах. Искры большого пожара» напечатали в январском номере «Нового мира», с тех пор Игорь Малышев успел отметиться и в финале «Русского Букера». Название – это, конечно, анаграмма. Безумный романтик Нестор Махно, крестьяне-анархисты, ружья и сабли, дикая горечь и кровавый экстаз Гражданской войны («Свежий арбузный дух раздавленной травы мешался с запахом крови и смерти, и от этой смеси по затылку прокатывалась волна мурашек»). Изуверства, пытки и казни перемежаются светлыми картинами идеологической пасторали и номаховского рая на земле. Еще одна книга в копилку переосмысления российской истории.

Конечно, роман перекликается и с событиями в Украине. Впрочем, в русской истории, хоть в вековой, хоть в сегодняшней, куда ни ткни, везде еще живое место, отовсюду сочатся кровь и гной, нерешенные обиды, вопросы, подозрения и конспирологии. Сделанная по старым добрым лекалам реализма («Баба медленно поднялась, провела руками по лицу, словно отирая следы удара, и, с трудом переставляя ноги, двинулась к кровати. Выпростала из-под рубахи крупные сильные груди, принялась кормить детей»), повесть в своем заигрывании с исторической реальностью все же местами выносит читателя куда-то в космические щели времени, судьбы, рока. Must-read в год 100-летия революции. А вот этот эпизод мог бы происходить в наши дни где-нибудь в Белгородской области:

«Пока она перевязывала рану, он кивнул на ее живот и спросил осипшим голосом:

– Скоро?

– Не сегодня, так завтра.

Потом глянула на него исподлобья, добавила чуть мягче:

– Недели через три, должно.

– А мужик твой где?

– Воюет мужик мой. Вы ж теперь все воины. Черти бы вас всех взяли, – добавила она со злостью и затянула повязку так, что Номах скрипнул зубами.

За кого воюет муж, Номах спрашивать не стал, сама она тоже не рассказала».