0
1724
Газета Печатная версия

05.04.2018 00:01:00

Бездонный мешок фокусов

Георгий Дарахвелидзе о киноглазе Владимира Набокова и о том, как история кино превращается в литературу

Тэги: кино, балет, мелодрама, фантастика, приключения, вгик, пьесы, америка, оскар, мартин скорсезе, стэнли кубрик, хичкок, владимир набоков, философия

Георгий Юрьевич Дарахвелидзе (р. 1985) – киновед, переводчик. Родился в Волгодонске. Учился на киноведческом факультете ВГИКа. Публиковался в изданиях TotalDVD, «Киноведческие записки», «Искусство кино». Автор монографий «Жан-Пьер Мельвиль. Короткие встречи в красном круге» (2006), «Студия Ealing» (2018). Занимается изучением творчества британских кинорежиссеров Майкла Пауэлла (1905–1990) и Эмерика Прессбургера (1902–1988). Автор пятитомника «Ландшафты сновидений. Кинематограф Майкла Пауэлла и Эмерика Прессбургера» (2008–2018).

кино, балет, мелодрама, фантастика, приключения, вгик, пьесы, америка, «оскар», мартин скорсезе, стэнли кубрик, хичкок, владимир набоков, философия Герой фильма «Наблюдающий» – маньяк, который не может не снимать кино. Кадр из фильма «Наблюдающий». 1960

Произведение Георгия Дарахвелидзе «Ландшафты сновидений. Кинематограф Майкла Пауэлла и Эмерика Прессбургера» (2008–2018) о творчестве выдающихся британских кинорежиссеров заново открыло историю кино и стало уникальной по форме работой на стыке киноведения и литературы. Киноведческое исследование, первоначально запланированное как узкоспециальное, превратилось в итоге в пятитомное произведение, рассчитанное на широкий круг читателей. С Георгием ДАРАХВЕЛИДЗЕ побеседовала Людмила АЛЕКСАНДРОВА.


– Георгий Юрьевич, скажите, пожалуйста, почему именно Пауэлл и Прессбургер? Вы провели треть жизни, изучая творчество этих малоизвестных в России кинорежиссеров, чем именно они вас вдохновляют?

– Прежде всего, конечно, своим визуальным воображением. Их главные фильмы чем-то отличаются от других картин 1940-х годов. Я назвал это «гениально-повествовательное» кино. Обычно гений в кино ассоциируется с поэтическими формами, но Пауэлл и Прессбургер, работая в традиционной модели киноязыка, вкладывали чуть ли не в каждый элемент своего стиля момент гениальности, как не делал никто из их современников ни в Англии, ни в одной другой стране.

Поражает к тому же разнообразие этих формальных приемов. В фильмах Пауэлла и Прессбургера можно найти и глубинные мизансцены, и внутрикадровый монтаж, эпизоды «течения времени» и монтажное построение пространства. Пауэлл как-то раз назвал кинематограф бездонным мешком фокусов, и эти фокусы, кинематографические находки  отличали его фильмы почти всегда. Как, например, в фильме «Неуловимый Первоцвет» (1949), когда герой чихает, и на экране появляются фейерверки, вклеенные между чихами, – это любимый момент у Мартина Скорсезе, большого поклонника Пауэлла, сыгравшего заметную роль в его жизни и творчестве.

Кроме того, Пауэлл и Прессбургер снимали по шедевру в год на протяжении почти 10 лет – сегодня это почти невозможно себе представить. Позднее Пауэлл сказал в одном интервью (пусть и довольно нескромно): «Кинематограф был бы лучшим местом, случайся подобные серии шедевров чаще». И все эти фильмы, на коротком отрезке времени, такие непохожие друг на друга! И военная пропаганда, и магический реализм, и фантастика, и фильм о балете, и мелодрама, и приключенческое кино. Это все – удивительный, не имеющий аналогов прецедент в истории кино, ухватиться за который было огромной удачей и счастьем для историка.

– Первый том «Ландшафтов сновидений» – вполне традиционное киноведческое исследование, однако стиль следующих книг далек от формата академической монографии. В целом вся серия книг скорее литературный лабиринт, в котором переплетено множество мировых культурных феноменов. В чем причина такой неожиданной для киноведческого исследования структуры?

– Пауэлл и Прессбургер активно работали в кино с середины 1920-х по конец 1980-х годов. Но для того чтобы лучше понять и проанализировать этот период, недостаточно было просто разбираться в истории мирового киноискусства – чему нас более или менее научили во ВГИКе. Нужно было заняться изучением музыки, танца, живописи, драматического театра. На это ушло много времени. В итоге моя книга содержит истории из жизни многих деятелей искусства, чье творчество было, скажем так, созвучно тому, что делали Пауэлл и Прессбургер в кино, и все это нужно было еще выстроить не просто в определенной последовательности, но так, чтобы мои открытия были представлены наилучшим, наиболее понятным образом. По некоторым отрезкам истории в итоге пришлось пройти дважды – в разных томах, вернуться к тем фильмам, о которых уже шла речь ранее. В общем, это была довольно тяжелая задача, но мне кажется, что в итоге мне удалось найти оптимальную структуру, которая работала бы.

– Особенно необычен второй том «Ландшафтов сновидений». В него включены даже ваши собственные стихотворные произведения – поэмы, излагающие содержание фильмов режиссеров. Расскажите, пожалуйста, подробнее об этой книге.

– После выхода первого тома оставшаяся часть проекта долгое время не складывалась, и в какой-то момент мне пришла в голову идея представить один из томов в виде литературной записи. Нечто подобное когда-то практиковалось в советском киноведении, но у меня было усложнение этой формы: не просто запись всех сцен и диалогов, но указание всех режиссерских решений, склеек, движений и положений камеры, крупности плана… В итоге же во втором томе фильмы Пауэлла и Прессбургера предстают в виде рассказа, поэмы или пьесы – в зависимости от того, какой литературной форме больше соответствовала та форма изложения, что применена в самом фильме. То есть я как бы перевел мизансцену фильма на литературный язык. Говорят же: поэтическое кино – пожалуйста, стихи! Это был литературный эксперимент, довольно дерзкий, нарвавшийся на критику, но это нужно было сделать, и я остался доволен. Сейчас пишу книгу об американском драматурге и режиссере Дэвиде Мамете в такой же манере.

– Известен ли ваш труд на родине Майкла Пауэлла и второй родине Эмерика Прессбургера? Какова была реакция сообщества британских киноведов на тот факт, что в России создана масштабная работа, посвященная их знаковым режиссерам?

– Да, я неоднократно бывал в Британском киноинституте и поддерживаю с ним контакт. Мои книги хранятся в библиотеке института. Информация о выходе новых томов «Ландшафтов сновидений» также печатается на главном сайте о Пауэлле и Прессбургере – www.powell-pressburger.org. Это огромный портал, на котором собрана масса материалов об этих режиссерах, с его основателем я также знаком. Все эти люди, англичане, конечно, были приятно удивлены подобному интересу к этим режиссерам со стороны русскоязычного автора.

Я немного знаком со вдовой Пауэлла Тельмой Скунмэйкер – это постоянный монтажер Скорсезе. У нее три «Оскара» за монтаж. Так вот, я посылаю каждую новую книгу в подарок ей и Скорсезе и не перестаю удивляться, насколько искренней является их благодарность за мой труд. Конечно, они все бы хотели, чтобы эти книги были переведены на английский язык, но пока таких планов, к сожалению, нет.

– Ваша книга о студии «Илинг» уже в печати. Чем был обусловлен выбор темы? Чего ждать читателю от этого произведения, является ли оно столь же необычным по структуре, как «Ландшафты сновидений»?

– Я закончил пять томов «Ландшафтов» и хотел проверить, получится ли у меня сделать маленькую, скромную книгу. В отличие от «Ландшафтов сновидений», которые я называю «открытой» книгой – открытой к контексту, который попадает в повествование – историческому, социальному и т.п., «Илинг» – это «закрытая» книга, то есть там только фильмы, больше ничего, в хронологическом порядке. Для меня книга об «Илинге» закрывает последнее белое пятно, оставшееся в истории кино после того, как я написал «Ландшафты», это было очень важно. Книга основана еще на моей вгиковской курсовой. Меня очень увлекает эта история о том, как под крылом продюсера Майкла Болкона собралась уникальная компания режиссеров, которые создавали фильмы, вошедшие в золотой фонд британского кино, в атмосфере творческой свободы и дружеского сотрудничества. Я был на студии в 2006 году и заходил в тот самый паб «Красный лев», где проходили обсуждения проектов студии после окончания рабочего дня. Об «Илинге» в Англии написан ряд монографий, я приобрел их по Интернету и отталкивался в своей работе от них. Для англичан это все, конечно, национальное достояние, у нас же «Илинг» еще малоизвестен, несмотря даже на ретроспективу в рамках одного из недавних московских кинофестивалей.

– Расскажите, пожалуйста, о вашем проекте книги о Владимире Набокове и кинематографе. Будет ли она посвящена обзору экранизаций произведений Набокова или замысел в чем-то другом?

– Книга будет называться «Киноглаз Владимира Набокова». Вы, наверное, знаете, что повесть «Соглядатай» в английском переводе называется «The Eye» – «Глаз»? Это далеко не центральное произведение, но оно помогает ввести важное понятие для Набокова. Глаз, воспринимающий материальный мир и одновременно направленный в трансцендентное. У Пауэлла в фильме «Наблюдающий» это служит метафорой кино, и Набокову тоже близка эта мысль.

Я буду разбирать романы с точки зрения приемов кинематографического языка, примененных в них, а также отсылок к кино, которых в романах Набокова достаточно много. Экранизации его произведений будут занимать не такое большое место – собственно, их не так много и почти все они неудачные.

Интересно, что на русском языке такой книги еще не было. Есть лишь англоязычная монография «Темный кинозал Набокова», ее написал известный набоковед Альфред Аппель, я купил ее когда-то давно. В ней больше сделан упор на контакты Набокова с кинематографической средой в 60–70-е годы – Кубрик, Хичкок, – что тоже крайне интересно. Вообще я занимаюсь этой книгой с 2008 года, делаю записи, перечитывая романы, но только сейчас появился какой-то просвет, и, вероятно, книга будет написана и выйдет в начале следующего десятилетия. Насчет ее объема мне пока трудно сказать, может получиться самый неожиданный результат.

– Какими еще проектами вы занимаетесь? В будущем вы видите себя в первую очередь киноведом или литератором?

– У меня в планах еще несколько книг. Во-первых, нужно закончить и выпустить шестой и седьмой тома «Ландшафтов сновидений». Они будут написаны в виде автобиографии – не просто фильмы и события, а то, как я их увидел в определенный момент своей жизни. Во-вторых, у меня есть идея небольшой книги лекций по истории философии. В «Ландшафтах сновидений» в какой-то момент возник философский ракурс – я прочитал ряд ключевых философских трудов и заметил пересечения с фильмами Пауэлла и Прессбургера. Но, как я ни старался, мне не удавалось найти подходящее место для того, чтобы это изложить, получалось громоздко. Тогда в какой-то момент я решил удалить это из текста и собрать позднее под одной обложкой в виде коротких «лекций». Завершением этой книги будет раздел «Пауэлл и философия». Остальные книги – киноведческие. Моя основная профессия, конечно, киновед. Будет еще сборник мини-рецензий на мои любимые фильмы (там сейчас уже более 800 названий) и книга «150 кинорежиссеров», название которой говорит само за себя. Думаю, работы должно хватить до 40–45 лет.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


25 и 26 мая Театр Наталии Сац выпустит балетную премьеру "Путешествие Гулливера"

25 и 26 мая Театр Наталии Сац выпустит балетную премьеру "Путешествие Гулливера"

0
400
В кинотеатре "Иллюзион" немецкий коллектив Bersarin Quartett представит российскую премьеру своей новой live-программы

В кинотеатре "Иллюзион" немецкий коллектив Bersarin Quartett представит российскую премьеру своей новой live-программы

0
351
С виной по жизни

С виной по жизни

Елизавета Авдошина

В Москве завершились гастроли израильского национального театра "Габима"

0
442
Россия как техногенное общество. В нем даже время течет по-другому

Россия как техногенное общество. В нем даже время течет по-другому

Юрий Соломонов

1
905

Другие новости

Загрузка...
24smi.org