0
2168
Газета Печатная версия

21.10.2009

В защиту свободомыслия

Тэги: юбилей, журнал, религия


юбилей, журнал, религия В 1980-е годы "Наука и религия" была одним из самых читаемых журналов в стране.
Фото предоставлено редакцией журнала «Наука и религия»

В сентябре 1959 года вышел первый номер журнала, который был создан для того, чтобы показывать преимущества атеистического мировоззрения в рамках политики Никиты Хрущева, обещавшего «показать по телевизору последнего попа». Однако уже очень скоро журнал приобрел иную направленность и вместо того, чтобы громить религию, стал в отдельных случаях даже защищать права верующих. А в годы перестройки этот журнал, непредвзято рассказывавший о религиозной жизни, стал одним из самых популярных в стране. Мы предлагаем вниманию читателей интервью с главным редактором журнала «Наука и религия» Ольгой Брушлинской.

– Для начала позвольте поздравить вас с 50-летним юбилеем журнала. Издание с такой долгой историей уже имеет знак качества. Если бы журнал, который вы редактируете, не был востребован, он бы, наверное, так долго не жил...

– Вы правильно сказали – видимо, мы востребованы. Это были очень непростые полвека с точки зрения политического строя в стране, не говоря уж о ее правителях, но все-таки мы выжили. И сегодня наше издание никем не куплено, и никто «сверху» нам задачи не ставит. Их диктуют сама жизнь, ситуация в стране, запросы читателей и наши убеждения.

– В юбилейном выпуске журнала мне понравился ваш рассказ – почти анекдот – о том, как один нынешний госчиновник вам попенял на то, что полвека назад издание было создано атеистами и, как он считает, было призвано бороться с религией. Видимо, этот человек даже не брал в руки «Науку и религию» образца 1980-х годов. Не говоря уже о том, что еще с середины 1960-х ваш журнал занял совершенно особую позицию на фоне того, что в те годы писалось о религии...

– Да, в нашем журнале впервые появились и беседы с верующими, и диалоги о взаимоотношениях науки и религии. Это не был «Воинствующий безбожник» времен Емельяна Ярославского. Конечно, мы отстаивали преимущество научного подхода. Но по сравнению с привычным советским агитпропом это был настоящий прорыв. Может быть, чиновник, о котором мы с вами говорим, тогда был еще молод. Но и в наше время были люди, которые, несмотря на диктат ЦК КПСС, брали на себя смелость замахнуться на святая святых тех лет – научный атеизм.

– Когда вы пришли в журнал, вы сразу поняли, что попали в настоящий творческий коллектив, а не в отряд агитпропа?

– Я пришла в журнал в 1970 году. Это было собрание творчески мыслящих, энциклопедически образованных профессионалов. Они не могли позволить себе некомпетентности. Непременным требованием было знание Библии, а для меня, поскольку я пришла работать в отдел ислама, – и знание Корана. У нас еще было такое требование к сотрудникам – знать законодательство о культах досконально. И отстаивать его исполнение – иначе какая была бы нам цена тогда! У нас нельзя было работать, не имея квалификации.

– Ловлю вас на слове. Ведь в те годы для миллионов советских верующих ваш журнал был чуть ли не единственным источником знаний о религии. Читатели даже вырезали ножницами цитаты из священных книг...

– Мы тогда спрашивали пропагандистов атеизма – а их были целые отряды по всей стране – знали ли они, с чем боролись? Зачастую они даже не имели должного представления о жизни верующих. Известный религиовед Лев Митрохин писал в то время: «Если вы боретесь с религией, то вам нужно уметь спорить с Львом Толстым, Достоевским, Ганди, Хьюлетом Джонсоном, Мартином Лютером Кингом». Кроме того, вы должны быть уверены, что верующий, ставший атеистом благодаря вам, будет чувствовать себя в новом качестве счастливее.

– То есть, отказавшись от религиозного смысла жизни, обрести другой – гуманистический. И вообще, если вы хотите что-то противопоставить чужим взглядам, то ваши взгляды должны быть не менее весомыми.

– Конечно. Партийное руководство понимало, что религиозность населения держится на обрядах, и хотели их искоренить, заменить «советскими обрядами»...

– Я помню, как бывший священник Александр Осипов, порвавший с религией, эти «обряды» разрабатывал для ленинградского обкома КПСС. Вместо крестин, например, предлагались октябрины...

– От нас требовали, чтобы мы писали об этих новых обрядах. Мне же было просто интересно писать о мусульманских обрядах – ведь каждый народ, исповедующий ислам, имеет свои обрядовые особенности. И я организовала цикл статей исламоведов о мусульманских обрядах и праздниках. В России тогда вообще было прекрасное исламоведение. Гасым Мамедович Керимов, например, написал уникальную в то время книгу о шариате. В то время мы давали читателям представление о том, что это вообще такое. Последовал донос на нас в ЦК с обвинениями в том, что Брушлинская пропагандирует ислам. Но в итоге вышло так, как написано в Коране. Там есть такое изречение: не ходи по земле горделиво, но смотри себе под ноги. Пропагандисты атеизма тогда говорили: как это так, смотреть все время в землю – ведь это унизительно! А житейская правда восторжествовала – ведь действительно надо всегда смотреть под ноги, куда идешь.

– Расскажите о первых редакторах «Науки и религии» – ведь нельзя не упомянуть, скажем, Владимира Мезенцева...

– Владимир Андреевич Мезенцев продержался недолго – он был главным редактором «Науки и религии» с 1964 по 1968 год, – потому что был очень смелым и даже резким в отношениях с начальством. В какой-то момент он увлекся, так сказать, сверхъестественными явлениями, например телепатией, печатал в журнале Вольфа Мессинга. Это и многие другие его смелые публикации вызывали недовольство «наверху». И тогда на смену Мезенцеву пришел Анатолий Семенович Иванов, которого я уже застала лично. Он возглавлял журнал до 1982 года. Журналистский коллектив принял Иванова, хотя он был партийным работником. Он сумел поддержать творческую атмосферу в журнале, давал людям работать, защищал их от внешних нападок. Он покинул журнал, как только ему исполнилось 60 лет, сказав: «Я больше не могу», – конечно, при этом он имел в виду не нас, журналистов, ему было трудно общаться с «верхами». При этом он умел ценить своих работников – я говорю сейчас о Владимире Владимировиче Шевелеве, который, работая в «Науке и религии» в течение 18 лет, стоял на защите верующих, правдоискателей. Он считал, что верующие находятся в стране в ущемленном положении. Любой местный начальник мог обвинить верующих в нелояльности советской власти. Вот против этого журнал боролся. И этого, видимо, не знал тот нынешний чиновник, с упрека которого мы начали наш разговор.

– То есть вы в советское время выполняли некую правозащитную функцию...

– В 1969 году вышла повесть Владимира Тендрякова «Апостольская командировка», мы ее опубликовали. Ее главный герой – ученый, не отвергающий религию. Смысл был в том, что нельзя никому навязывать ни веру, ни неверие. Наш журнал за эту публикацию очень ругали, в «Известиях» появилась разгромная статья Иосифа Крывелева. Это был такой газетный погромщик, который – не будем сейчас все лакировать – тоже прорывался на страницы нашего журнала. Тогда говорили, что в советском атеизме три «К» – Крывелев, Кочетов и Климович, которые основательно громили соответственно христианство, буддизм и ислам. Все они очень стремились на страницы журнала. Но мы старались так редактировать их статьи, чтобы хотя бы не допускать оскорбления чувств верующих. Конечно, мы выполняли поставленную нам задачу – показывать преимущества научного мировоззрения. Но это не было дикое, воинствующее безбожие. Мы всегда отстаивали свободомыслие в высоком смысле этого слова.

– Вы предлагали модель человека неверующего, агностика – такого гуманиста, в духе Бертрана Рассела...

– Вы правы. Мы не оставляли читателя духовно пустым. Кстати, слово «духовность» появлялось на наших страницах, хотя, может быть, и не в том смысле, в котором его употребляют религиозные люди. Была даже рубрика «Святыни нашей Родины».

– Сейчас привыкли советский период мазать черной краской, но при этом почему-то забывают, что 1970-е годы стали расцветом интеллектуальной мысли. В то время работали великие ученые, исследовались кумранские рукописи. Любой, кто умел читать, мог свободно обо всем этом узнавать. Каждый мог пойти в букинистический магазин и купить там все – от Владимира Соловьева до Мережковского...

– Кстати, при нашем журнале собиралась тогда целая библиотека книг из букинистических магазинов. В ней даже был «Молот ведьм».

– Да, это уникальнейшее издание, которое, кстати, впервые в Советском Союзе было издано в 1930-х годах. Авторы-то были доминиканцы, инквизиторы. Может быть, оно и сейчас нуждается в академическом переиздании и научном изучении...

– Читая номера «Науки и религии» первых десятилетий, видишь, что журнал, несомненно выступая за атеистическое мировоззрение, стремился поставить преграду яростному, нетерпимому атеизму, разделяющему граждан на «наших, советских» и чужих – верующих, с которыми, как говорил Хрущев, «коммунизма не построишь». Журнал стоял на своем: такое разделение безнравственно, оно наносит огромный вред обществу.

Когда наступили новые времена и можно было свободно рассказывать обо всех религиозных учениях, о тайных знаниях, о лежащих «в столах» удивительных открытиях, во главе журнала стоял Владимир Федорович Правоторов – мыслитель, социолог, эрудит. Он виртуозно структурировал этот бесконечный поток новой для читателя информации, отделял жемчужные зерна от мусора, и мы дарили эти зерна читателям, число которых с каждым месяцем росло.

Сегодня маятник качнулся в другую сторону, и теперь атеистов представляют «исчадиями ада», не верить в Бога считается чем-то неприличным. Но мы, как и прежде, остаемся журналом диалога, журналом дискуссий. Союз «и» в названии «Наука и религия» уже не означает противопоставления. Нынешняя наша роль, наша общественная функция, может быть проиллюстрирована словами Тейяра де Шардена: «Наука и религия – это две дополняющие одна другую стороны одного и того же познавательного акта, единственного акта, могущего охватить познание высшего».

– Спасибо вам за интервью и позвольте еще раз поздравить ваш журнал с юбилеем.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


Пресса США берет под контроль соцсети сотрудников

Пресса США берет под контроль соцсети сотрудников

Игорь Субботин

Политическая ситуация в Америке диктует журналистам жесткие правила поведения

0
554
Культура шире, чем религия

Культура шире, чем религия

Роберт Енгибарян

Цивилизация – основа мировоззренческих ценностей и национальной идентификации

0
1765
Два с лишним метра стихов

Два с лишним метра стихов

Людмила Ларионова

Лев Мнухин и Михаил Сеславинский представили книгу о Цветаевой

0
314
О стафилококках и благодати

О стафилококках и благодати

Андрей Мельников

Религиозные организации не должны становиться государством в государстве

0
5237

Другие новости

Загрузка...
24smi.org