Наталья Рейдер
Валерия Пустовая, Елена Погорелая, Алиса Ганиева – не найти прекрасней критиков.
Фото Анатолия Степаненко
Трудно представить себе, что такое «литературно-критическая группа». Группа, где одни критики. Или даже – критикессы. В зеркальном зале Музея Серебряного века прошла презентация литературно-критической группы из трех молодых критикесс под названием «ПоПуГан». В группу вошли сотрудницы журнала «Вопросы литературы» Елена Погорелая, журнала «Октябрь» Валерия Пустовая и «НГ-EL» Алиса Ганиева.
Что показалось необычным? Во-первых, перья. Точнее, вязаные болеро, в которых вышли участницы ПоПуГана – красное, черное и голубое. Во-вторых – интерактивность. Разговор со зрительным залом начался сразу же после вступительной декламации отрывков из критических статей.
«Зачем вам понадобилась литературная критика? – спрашивал ПоПуГан у зрителей. – Кто, по-вашему, идеальный критик? Есть ли тут писатели, которым критик чем-то помог?» Но зрители оказались зубастыми. Зрители возвращали вопросы критикам, наседали и предъявляли претензии: «А зачем вы, собственно, объединились и к нам вышли?» Погорелая, Пустовая и Ганиева отвечали, что хотят найти и услышать своего читателя. Разговор зашел о том, кто же все-таки адресат критика. Ответы ПоПуГана были разными – редактор, коллеги, подруги, герои статей, участники литпроцесса... В зале помимо прозаиков (Роман Сенчин, Сергей Чередниченко, Ильдар Абузяров и т.д.) и поэтов (Евгений Никитин, Сергей Арутюнов и др.) сидели и простые читатели. Один молодой человек даже признался, что никогда в жизни не прочитал ни одной литературно-критической статьи.
Так вот, эти читатели тоже очень живо спрашивали и говорили. Просили рекомендовать им кого-нибудь из критиков. Один внушительный человек в черном, послушав рекомендации от ПоПуГана, (Алла Латынина, Наталья Иванова, Ирина Роднянская, Евгений Ермолин, Лев Аннинский) пожаловался, что в районной московской газете критик Аннинский очень непонятно пишет и все такими словами, что хоть словарь прикладывай. А критик, мол, не должен писать непонятно. «Да, и нас ругают за умные слова», – говорили молодые критикессы. «Я начала писать критику, когда увлеклась статьями Аннинского, – сказала Погорелая, – который считал, что критик – это тоже художник и он никому ничего не должен». Пустовая засвидетельствовала участие высших сил в процессе написания критической статьи. И когда засовещались о том, ради чего и насколько свободно может изъявляться критик, Ганиева заметила, что критик тоже бывает неодинаковым, что у книжного обозревателя и эссеиста-философа-аналитика принципиально разные задачи. «Ага, у вас в ПоПуГане разногласия!» – обрадовалась жена писателя Романа Сенчина. И вправду, девушки признались, что у каждой своя манера письма и система ценностей.
Потом стали играть в игру «Я знаю пять имен критиков». Критики кидали в зрительный зал круглого игрушечного Цыпу, а поймавший должен был назвать имя действующего критика. Критики и зрители весело перебрасывались Цыпой, выкрикивая: «Немзер, Марченко, Топоров┘» и т.д. Потом зрители угадывали имя критика по названиям его статей. Затем Елена Погорелая, Валерия Пустовая и Алиса Ганиева читали свои пародии на современных писателей, а зал угадывал – на кого именно. В процессе веселых игр и серьезных дискуссий зрители щедро одаривались шоколадными плитками и медалями, фотографиями трио ПоПуГан и даже кремом «Алиса».
К концу вечера с подачи Арутюнова порассуждали о том, почему критики пишут об одних и тех же авторах, вместо того чтобы ходить в народ на поиски свежих рукописей. О том, легко ли открывать новые имена. Поспорив, собравшиеся весело пошли на чаепитие. А Павел Фокин, заместитель директора Государственного литературного музея, подарил героиням вечера книги о классиках «без глянца».
Критический вечер ПоПуГана неожиданно показал, насколько интересно и живо можно говорить о таком, казалось бы, скучном и зевотном предмете, как литературная критика. Кажется, этого не ожидал никто.
