Супрематические прялки

Фольклористка Лета Югай. Фото автора

В клубе «Стихотворный Бегемот» в подмосковной Малаховке прошел вечер Леты Югай, который совместил «в одном флаконе» встречу с поэтессой и очередную презентацию ее новой книги «Забыть-река». В вечере также участвовал главный редактор издательства «Воймега», поэт Александр Переверзин, в числе гостей была критик Людмила Вязмитинова. Вначале присутствующие осмотрели серию работ местного поэта и фотохудожника Владимира Попова, который сделал портреты многих гостей клуба – наиболее удачно вышли поэты Данила Давыдов, Герман Лукомников, Лилия Газизова, Владимир Герцик.

Затем Лета Югай рассказала о себе, о своих филологических штудиях:  о «хождении» по деревням в поиске настоящего, а не лубочного русского фольклора, который в значительной степени «напитывает» ее поэзию. Затем она почитала стихи из книги: «Красное, ржавое, выцветшее, льняное…/ Чувствуешь, поворачивается колесо?/ Вечер – огромный зверь – обедает мною./ Ужас конца становится невесом./ С прялок, с домов с нарисованными часами,/ С досок икон неуклюже спрыгивают впотьмах/ Львы лупоглазые с вытянутыми носами,/ С куцыми чёлками, с розами на хвостах». Затем последовательно были прочитаны мистические «Волки», «Быличка», «Полудница», «Леший» «Сотрудники», а также страшное, про возвращение мертвого мужа – «Горюшица». 

Затем Лета ответила на вопросы публики: когда она начала писать стихи, когда началось увлечение фольклором. Оказалось, еще в раннем возрасте она посещала «Школу традиционной народной культуры», в которой детям показывали настоящий, глубокий и страшноватый фольклор, не связанный с общепринятыми стереотипами – матрешкой и балалайкой. Кстати, Лета окончила Вологодский государственный педагогический университет, Литературный институт им. Горького, а также аспирантуру Московского педагогического государственного университета. Живой интерес у публики вызвал цикл из книги «Надписи на прялках». Как пишет поэтесса в предисловии к нему, «прялка сопровождала женщину всю жизнь, дарилась в знак ухаживания, передавалась по наследству, часто мужчины вырезали и расписывали прялки для своих любимых». Вживаясь в надписи на прялках, которые часто были сделаны в виде сокращения, инициалов, цифровых или буквенных анаграмм, поэтесса попыталась достроить смысл, вкладываемый в эти скупые надписи: «руки Елисаветы всем невзгодам ответы/ ноги Елисаветы мозоли дорог всего света/ сердце Елисаветы всем бездомным приют/ свечки горят все лето/ всю зиму птицы поют». Эти стихи, в которых очень важны шифровка, игра слов, звукопись, а также визуальный компонент – геометрическое расположение слов, букв, строк, один из гостей вечера поименовал «лингвистическим супрематизмом». А Переверзин высказал вероятную версию, что этот род народного творчества – одна из предтеч русского футуризма и супрематизма.