Сидишь в зимовье, пьешь чифирь

Владимир Эйснер. Гранатовый остров: Сборник рассказов. – СПб: Написано пером, 2016. – 382 с.

Как-то так у нас сегодня неправильно получается. Сочную, вкусную, хрустящую морозом хорошую русскую прозу и его автора почти никто не знает. Впрочем, виноват отчасти в этом печальном обстоятельстве сам Владимир Эйснер. Уехал в Германию, гребет лопатой… нет, не деньги, а снег. Работает дворником. В его крови смешались немецкая, эвенкийская и еще куча всяческой. То есть настоящий русский писатель.

Эйснер жил на самом крайнем севере, в самых не приспособленных для человека местах, наблюдал за животным миром, а тот, в свою очередь, ревниво наблюдал за Эйснером, писатель впитывал в себя удивительную по красоте природу Русского Севера. Все эти краски, запахи, звуки, повадки природы, флоры и фауны вошли в рассказы, притчи, повести, романы Владимира Эйснера. На его страницах мир малых, коренных народов Севера оживает, молится, плачет и смеется. Писатель бережно и влюбленно воспроизводит привычки, быт, говор людей, от которых цивилизация отгородилась высокой стеной. Кроме него, некому больше порадеть за этих малых, но таких великих в своей любви и понимании жизни людей. Выходит, что после ухода из жизни знаменитого журналиста Василия Пескова российская литература вроде как осиротела. Работает охотником, пишет романы Михаил Тарковский в Туруханском крае, а вот туда севернее, за Полярный круг, в Арктику, никто из писателей не хаживал.

Рассказы Эйснера начинаются сразу, без раскачки, как будто сидишь в зимовье, пьешь чифирь, вдруг распахивается дверь и вот: «Человек восемь было нас за столом. Выпили по третьей и кое-кто уже запросто макал строганину прямо в пепельницу, когда на пороге возник Иван Шаталов. Долго обивал он валенки и выбирал лед из бороды, надеясь, что на него обратят внимание, но застолье увлеклось политической беседой, и Ваня остался незамеченным.

– Керосините, значит, – констатировал он печальный факт… – Радуйся, Федор, враг твой, Артем Семенов с мыса Угольного, себя стрелил!

Дым и тот повис в воздухе…»

Я помню, Володя рассказывал о том, как в тамошней, немецкой, школе проводил лекцию о Севере, переполошив охрану. Охрана, узрев в его руке чемодан и потребовав его открыть, увидала кости белого медведя или остов мамонта (не помню) и решила, что это – местный Чикатило…

Бог шельму метит, а вот издатели не очень!