0
2380
Газета Печатная версия

01.06.2017 00:01:00

От Ленина до Бродского и Довлатова

Из России все и всегда уезжают вынужденно, и воздух здесь всегда «ворованный»

Тэги: история, ссср, ленин, виктор шкловский, зощенко, эрмитаж, довлатов, барышников, бродский


18-14-02.jpg
Людмила Штерн. Жизнь наградила меня.
– М.: Захаров, 2016. – 560 с.

Странное это чтение – то смеюсь,  то плачу.  Только полезу в карман за платком,  а уже смеяться пора.  Да ведь и в жизни так. А книга Людмилы Штерн – о жизни на большом ее протяжении.  В нее вместились разные времена: и давние-предавние  (конец XIX века и начало XX,)  и недавние,  и совсем новые.  Короче,  эта книга – «энциклопедия русской жизни». Причем жизни не только в России,  но и в эмиграции.

И хотя книга густо населена и начинается с прадеда, в ней не увязаешь.  И как это автору удается,  ума не приложу.  Ни спешки,  ни скороговорки,  а только легкое касание талантливого пера.  И благодаря этому касанию мне удалось разглядеть всех:  «положительного капиталиста» прадеда Людмилы Льва Крамера, деда Филиппа Романовича,  который в 1913 году в Швейцарии познакомился с Лениным и даже некоторое время состоял с ним в переписке.  И своенравную,  немного богемную красавицу мать,  успевшую в 20-е годы сняться в нескольких фильмах. И отца Людмилы юриста Якова Ивановича Давидовича, отсидевшего несколько лет по сфабрикованному делу и рано умершего от инфаркта. И обширнейший круг друзей родителей Людмилы,  среди которых были Виктор Шкловский,  Роман Якобсон  и Зощенко.  Всех не перечесть.

Но, наделяя эпитетами героев книги, ловлю себя на том, что невольно упускаю главное. Вот сказала про маму «своенравная», а ведь ее своенравие то и дело оборачивалось бесстрашием. В тот сентябрьский день 1946 года, когда в Смольном прорабатывали Зощенко, именно она выбежала за ним, рыдающим, из зала, тем самым сорвав «высокое» собрание. А отец Людмилы был не только юристом, но и уникальным знатоком военного костюма всех времен и народов.

Бабушка, ты растешь? 	Алексей Корзухин. Бабушка с внучкой. 1879. Национальная галерея искусств 	им. Бориса Возницкого, Львов, Украина
Бабушка, ты растешь? Алексей Корзухин. Бабушка с внучкой. 1879. Национальная галерея искусств им. Бориса Возницкого, Львов, Украина

Благодаря легкому касанию пера удается близко познакомиться с колоритными соседями типично ленинградской коммуналки,  в которой долгие годы жила Людмила,  и послушать красочную речь незабвенной, на редкость преданной домработницы Нули,  спасшей арестованного отца Людмилы от голодной смерти в блокадном Ленинграде. И удается посидеть за одним столом с друзьями родителей Людмилы:  с директором Эрмитажа Орбели,  с блестящим Ираклием Андрониковым,  с художником Натаном Альтманом, с литературоведами Борисом Эйхенбаумом и Юрием Лотманом.  И не просто посидеть за одним столом,  но и подышать одним воздухом с ними. Это воздух,  в котором растворено все:  и высочайшая культура,  оставшаяся с прежних времен, и преданность своему делу,  и поселившийся в душах в те мрачные сталинские годы страх.

И каким-то чудесным образом мы легко и просто переносимся во времена молодости самой Людмилы и оказываемся в обществе ее ленинградских друзей: Бродского, Рейна, Наймана, Довлатова, Барышникова.

Другие времена, другие разговоры, другая страна, но талантами она, как ни странно, не оскудела.  А вот страху, хоть и поубавилось, но дышать полной грудью все равно трудно.  И друзья уезжают: кто по собственному желанию, кто вынужденно. Впрочем, всегда и все уезжают отсюда вынужденно,  потому что воздуха в России во все времена хронически не хватает.  Он здесь всегда «ворованный».

Вот и семья Люды Штерн снялась с места в 1975 году и уехала за океан вслед за уехавшими еще раньше Бродским, Барышниковым, Довлатовым, Ефимовыми.  И как же это трудно, врастать в другую почву. Особенно когда думаешь, что сжег все мосты.  И это тоже автору удалось передать. Хотя и о тяжком она поведала легко и со свойственным ей юмором. А еще в книгу вместились пионерлагерь, школа, институт и даже Вольф Мессинг. Замечательно, что книга поделена на главы разной величины. Это очень облегчает чтение. Отдельные главы посвящены многолетней дружбе с Бродским и Довлатовым.  Есть глава, посвященная замечательно талантливому, рано умершему эрудиту и знатоку балета Геннадию Шмакову, а также чете Либерман, с которыми Людмила познакомилась в Штатах. Эта пара, помимо всего прочего, интересна тем, что женой художника Алекса Либермана была та самая красавица Татьяна Яковлева,  в которую когда-то был влюблен Маяковский и с которой так и не свиделся снова потому, что его не выпустили из России.

Господи, сколько всего вместилось в книгу! И как она густо населена и какими интересными людьми! И какая молодец Людмила Штерн, что не дала этим людям уйти бесследно. Ведь в книге живут не только знаменитости, но и люди невеликие.  Одна няня Нуля чего стоит, с ее сочной неповторимой речью.

В эпилоге Людмила Штерн вспоминает давний разговор ее пятилетней дочери Кати с бабушкой, то есть  Людиной мамой:

– Бабушка, ты растешь?

– Нет, детка, уже не расту.

– Совсем не растешь?

– Совсем не расту.

– Значит, у тебя просто так идут годы?

Читаешь книгу Людмилы Штерн и видишь, что ни у нее самой, ни у тех, кто живет в ее книге, годы не шли «просто так». Жизнь и впрямь щедро наградила Людмилу удивительными людьми, а ее саму – талантом, памятью и легким пером,  которым она обо всех этих людях написала, не дав им исчезнуть.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Папа Франциск припомнил Европе времена нацистов и Сталина

Папа Франциск припомнил Европе времена нацистов и Сталина

Андрей Мельников

0
637

В делегацию Путина в Индии войдет Сечин

Галина Грачева

0
614
В мультимодальный хаб Краснодара – на трамвае

В мультимодальный хаб Краснодара – на трамвае

Андрей Гусейнов

0
984
Вклад En+ Group в чистую энергетику получил признание ООН

Вклад En+ Group в чистую энергетику получил признание ООН

Василий Столбунов

0
1464

Другие новости

Загрузка...