0
6766
Газета Печатная версия

27.03.2024 20:30:00

Тайна да Винчи

Вячеслав Чирикба о загадке происхождения великого художника, работорговле и неравном браке в Италии XV века

Тэги: карло вечче, леонардо да винчи, гипотезы

Вячеслав Андреевич Чирикба (р. 1959) – абхазский лингвист, историк, политический деятель, министр иностранных дел Республики Абхазия (2011–2016), доктор филологических наук, профессор, действительный член Академии наук Абхазии, чрезвычайный и полномочный посол Республики Абхазия, заслуженный деятель науки Республики Абхазия, старший научный сотрудник Института языкознания РАН, автор статей и книг по языкам, фольклору, культурам и истории народов Кавказа. Родился в городе Гагра (Абхазия). Автор книг «Загадка Катерины. Кем была мать Леонардо да Винчи?», «Абхазия и итальянские города-государства (XIII–XV вв.). Очерки взаимоотношений» и других.

12-10-1480.jpg
Катерина, мать Леонардо да Винчи,
была рабыней из Черкесии.  Жан-Леон Жером.
Невольничий рынок. 1871. Музей Цинциннати

В русском переводе вышел документальный роман итальянского историка Карло Вечче «Улыбка Катерины», рассказывающий историю матери Леонардо да Винчи. Поводом к созданию беллетризированной биографии послужила сделанная весной 2023 года сенсационная находка в архиве Флоренции, доказывающая, что мать великого художника была черкешенкой, проданной в рабство в Италию. В этом сюжете удивительно еще и то, что за шесть лет до обнаружения подтверждающих документов эту гипотезу доказательно изложил в книге «Загадка Катерины» профессор Вячеслав Чирикба. О рождении смелых гипотез, о тайне Джоконды, квантовых скачках с Вячеславом ЧИРИКБОЙ побеседовала Мари ЛИТОВА.

– Вячеслав Андреевич, вы состоите в дружеской переписке с итальянским исследователем, расскажите, что удалось обнаружить Карло Вечче?

– Итальянскому историку и филологу профессору Карло Вечче, имеющему на своем счету ряд важных публикаций о Леонардо да Винчи, в том числе биографию художника, посчастливилось обнаружить в Государственном архиве Флоренции акт об освобождении черкесской рабыни по имени Катерина, нотариально заверенный 2 ноября 1452 года нотариусом сером Пьеро да Винчи, отцом художника. В этом написанном рукой сера Пьеро на латыни нотариальном акте Катерина названа «filia Jacobi eius schiava seu serva de partibus Circassie» («дочь Якова, бывшая рабыней или служанкой из области Черкесии»). Сенсация состоит в том, что этот уникальный документ может пролить свет на тайну происхождения матери итальянского гения, о которой до сих пор было известно лишь ее имя – Катерина.

– Каково истинное значение этих документов? Как обнаруженная информация о Катерине помогает глубже понять Леонардо да Винчи и его творчество?

– Еще римляне писали, что мать человека всегда известна, тогда как отец может быть и неизвестен. Но парадоксальным образом в случае Леонардо ситуация прямо противоположна – о его отце известно достаточно много, а все, что касается матери, покрыто туманом. От нее до нас дошло лишь ее имя. На этом основании некоторые биографы художника предположили, что Катерина была домашней рабыней. В Италии эпохи Возрождения привезенных из различных краев рабов и рабынь было немало, поскольку после эпидемии «черной чумы» ввиду огромной смертности в стране возник резкий дефицит рабочей силы и потребовался приток нового населения для поддержания экономики. Это объясняло бы, почему ни в одном источнике не сообщается ни фамилии матери Леонардо, ни имени ее отца, ни сведений о ее происхождении из того или иного города или региона Италии. В XV веке людьми, не имевшими ни официальной фамилии, ни патронима, ни известного места происхождения, были лишь рабы. Даже само имя женщины – Катерина – было типичным именем, дававшимся при католическом крещении чужеземным рабыням, нехристианкам. И тот факт, что Леонардо не смог пойти по стопам отца, поступить в университет, стать нотариусом и членом престижной Гильдии нотариусов, также говорит о его специфическом статусе. Дети рабыни и свободного человека рождались свободными, но были ограничены в правах. Это же обстоятельство объясняет, почему художнику так и не удалось, несмотря на все усилия и вмешательство очень влиятельных особ, получить долю наследства своего отца, а также завещанный его дядей участок с домом в Винчи. Вместо университета отцу пришлось определить мальчика в художественно-ремесленную мастерскую Андреа дель Верроккьо.

И вот гипотеза получила существенное подтверждение. Для меня это открытие стало в некотором роде шоком. Моя книга «Загадка Катерины. Кем была мать Леонардо да Винчи?» была издана в Санкт-Петербурге в 2018 году. Поскольку большинство «белых» (то есть не африканских) домашних рабов в Италии в середине XV века были черкесы и абхазы, я предположил, что Катерина могла быть черкесской или абхазской рабыней, привезенной генуэзскими или венецианскими купцами из Кавказского Причерноморья, из Черкесии или Абхазии, где функционировали основанные предприимчивыми итальянцами невольничьи рынки. Теперь, после открытия Карло Вечче, я могу сказать, что моя смелая гипотеза получила существенную поддержку. Я писал в книге, что подтвердить или опровергнуть мои выводы сможет лишь открытие новых документов в архивах Генуи, Флоренции или Венеции. Но не мог предположить, что подтверждение моей гипотезы произойдет столь скоро. Кстати, всего за пару месяцев до известия об открытии Вечче ко мне обратился редактор публикуемого на эсперанто и базирующегося в Швейцарии международного журнала Literatura Foiro («Литературная ярмарка») с просьбой доступно изложить мою версию происхождения матери Леонардо. Они опубликовали мою статью в двух выпусках журнала, и вот через пару месяцев я получаю взволнованное письмо от редактора, сообщающего мне о сенсации и поздравляющего меня с подтверждением моей гипотезы. Согласитесь, такие счастливые моменты в жизни исследователя случаются не очень часто!

– А как долго вы собирали доказательную базу своего исследования? С какими трудностями пришлось столкнуться?

– Личность Леонардо приковывала мое внимание с юношеских лет, когда я посмотрел известный сериал итальянского режиссера Ренато Кастеллани «Жизнь Леонардо да Винчи». Знакомясь с итальянскими документами Средневековья и эпохи Возрождения, в которых были отражены сведения о народах Кавказа, я наткнулся на ряд интересных фактов о черкесских и абхазских рабах в Италии. Параллельно мне стало известно о версии рождения художника от матери-рабыни. Все это к 2016 году оформилось в некоторую гипотезу-догадку, которую я стал с большим увлечением разрабатывать. К счастью, опубликованы и доступны онлайн большая часть рукописного наследия Леонардо, документы, касающиеся торговли рабами из Черкесии и Абхазии из итальянских архивов, а также целый ряд статей и книг, посвященных как различным аспектам творчества и биографии Леонардо да Винчи, так и организованной итальянцами торговле рабами из Крыма и Кавказа. Я проштудировал все опубликованные тексты Леонардо, пытаясь найти подсказки и ключи, раскрывающие тайну происхождения его матери. Меня поразило, что в дневниковых записях и трактатах Леонардо часто фигурируют Кавказ и Черное море. Даже присутствующий в ряде картин художника архетипичный образ высокой горы в одном из его сочинений прямо назван «горой Кавказа». Моим главным тезисом была высокая степень вероятности того, что матерью художника была домашняя рабыня. Это положение было достаточно серьезным, поскольку опиралось на целый ряд веских аргументов, о которых я уже упомянул. Производным же от данного тезиса являлось предположение, что если матерью Леонардо была рабыня, то существовал большой шанс, что она происходила из региона Черноморского побережья Кавказа, из Черкесии или Абхазии. Там у генуэзцев были близкие к морским портам невольничьи рынки, крупнейший из которых был расположен в городе Савастополи на месте нынешнего Сухума в Абхазии. Другие были в Мапе (Анапа), Батарио (Новороссийск) и Мавролако (Геленджик) в Черкесии. Именно с Черноморского побережья Кавказа на итальянские суда ежегодно отгружался людской товар с целью его перепродажи в Египте для пополнения армии мамлюков, а также в Италии, где они становились домашними рабами. Статистически ко времени рождения Леонардо в 1452 году наибольший процент «белых» рабов в Италии составляли именно абхазы и черкесы. Здесь уместно отметить, что под «черкесами» (Чиркасси) итальянцы подразумевали не только собственно адыгов, но иногда также и абхазов, хотя представителей последних чаще называли авогазами или абазами.

Несмотря на обоснованные сомнения и отсутствие прямых фактов, мне удалось сформулировать свою гипотезу. Например, в книге я пишу, что скорее всего сам Пьеро да Винчи, отец Леонардо, в качестве нотариуса предоставил вольную рабыне Катерине спустя несколько месяцев после рождения их ребенка, которого он усыновил. Так же описывает эту ситуацию Карло Вечче. Кстати, ознакомившись с моим исследованием, Карло в письме ко мне отметил, что поразительно, как я все верно описал, практически не имея документов. Я думаю, что здесь мне помог как внимательный анализ фактов биографии художника, так и интуиция.

– Вы упомянули интуицию... Действительно, качество важное для ученого, но есть и совсем мистические совпадения, предчувствия, сны, которые ведут исследователя к цели. Сталкивались ли вы с чем-то похожим, когда занимались матерью Леонардо?

– Да, конечно. Можно сказать, что в процессе раскрытия проблемы исследователь порой является «ведомым», а не ведущим, как это ни странно звучит. Ведь никто не отменял такой важный феномен, как озарение. Вообще, творчество – это мистический процесс, исследователь, особенно в случае очень сложной задачи, часто работает скорее по наитию, чем просто включает мозг и логическое мышление. Именно интуиция, озарение, кажущиеся внезапными просветления позволяют сделать некоторые умственные «квантовые скачки», раскрывающие связи между фактами, которые невозможно осознать, просто опираясь на имеющиеся, часто скудные или разрозненные, факты. Но здесь, конечно, важно и не потерять головы, ведь на одной интуиции теорию не создашь.

– Смелые гипотезы, выдвинутые на основе косвенных улик, часто вызывают непримиримые споры в среде коллег, вплоть до насмешек. Испытывали ли вы нечто подобное после публикации книги?

– Да, естественно. Никто особенно со мной не спорил, но плохо скрываемые ухмылки и смешки, конечно, были заметны. Их можно было понять: на кого я замахнулся – на самого знаменитого художника всех времен и народов! Помню, на одном онлайн-форуме по поводу моей второй книги на итальянскую тему, «Абхазия и итальянские города-государства. XIII–XV века», опубликованной в 2020 году, кто-то съерничал: «А, это тот ненормальный, который написал, что матерью Леонардо была абхазка!» Хотелось ему ответить так: «Знаете, а есть ненормальные, которые утверждают, что дедом Пушкина был купленный в качестве раба в Константинополе африканский мальчик, подаренный Петру Первому!» Кстати, известны и видные деятели Италии эпохи Возрождения, происходившие от браков знатных итальянцев с черкесскими рабынями. Я ко всем насмешкам относился философски, понимая, что это пока только гипотеза. После открытия Карло Вечче усмешки разом исчезли.

В моей книге присутствует еще одна смелая гипотеза, которая также ждет подтверждения, – попытка поднять завесу над загадкой прототипа женщины, изображенной на знаменитой картине из Лувра и известной как «Джоконда» или «Мона Лиза». Биографы отмечали постоянное обращение Леонардо к обстоятельствам своего происхождения и раннего детства, а также к образу улыбающейся женщины, изображаемой им в виде Мадонны или святой Анны, сквозь облик которых, возможно, проступали черты его собственной матери. Именно этот женский образ, который Зигмунд Фрейд в своем знаменитом психоаналитическом эссе, посвященном детскому сну Леонардо, приписывал ассоциации в памяти художника с его матерью. Возможно, на знаменитой картине изображена не Лиза Герардини, жена богатого торговца шелком Франческо дель Джокондо из Флоренции, а мать художника, чужеземка. Подтверждением тому может служить целый ряд особенных и достаточно удивительных черт, присущих данному портрету: весьма скромный и темный наряд женщины, отсутствие каких-либо украшений, нет даже обручального кольца, что может свидетельствовать о ее достаточно низком социальном и экономическом статусе. Распущенные волосы женщины резко контрастируют с общепринятой для того времени в Италии женской модой, а накинутая на голову темная вуаль не характерна для костюма флорентиек той эпохи. В качестве свидетельства исключительной эмоциональной значимости для художника изображенного на картине женского образа можно рассматривать тот факт, что он не расставался с картиной до конца жизни. Это было бы совершенно непонятно, если бы речь шла лишь о портрете жены малозначительного заказчика. Кстати, специалистами отмечено и определенное портретное сходство между «Джокондой» и образом святой Анны на картине Леонардо «Святая Анна с Мадонной и младенцем Христом», хранящейся в Лувре.

– В связи с открывшимися фактами планируете ли вы новое издание «Загадки Катерины»? Что еще может быть включено в эту книгу?

– Я действительно планирую сделать второе издание книги, причем теперь параллельно и на английском языке. Я собираюсь расширить доказательную базу, а также детализировать ряд других содержащихся в книге гипотез. Естественно, я собираюсь включить в книгу и новую главу с описанием открытого Карло Вечче сенсационного документа, подтверждающего мою еще недавно казавшуюся слишком уж дерзкой гипотезу. Надеюсь, в ближайшем будущем эта книга появится.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Другие новости