Лариса Миллер
Не снег, а жалкие обноски… Фото Евгения Лесина
* * *
А я сверяюсь не с часами,
А с небесами, с небесами
И с голосами певчих птиц.
То где-то тень упала ниц,
То где-то ветка шелохнулась...
А жизнь ушла, потом
вернулась,
Дни зажигая и гася
И строчку в клювике неся.
* * *
Мне бы надо и дальше
по буквам читать
Эту жизнь, как в шесть лет
телеграмму читала,
Из которой узнала, когда
прилетала
Моя мама, и где я должна
ее ждать.
Мне бы надо и дальше читать
по складам
Эту жизнь – все прозренья
ее, откровенья,
Но с немыслимым шелестом
мчатся мгновенья,
Будто шепчут: «Я шанса
другого не дам.
Коли хочешь постичь
мою суть и тщету,
И прозренья мои – постигай
на лету».
* * *
А чтоб не перестать душой
летать,
Должно всегда чего-то
не хватать,
Должно всегда чего-нибудь
хотеться.
Куда могла, к примеру, юность
деться?
Куда девалась молодость моя?
Она в какие утекла края?
Где юношеский пыл мой
обитает?
Пускай за ним душа моя
слетает,
Его вернет хотя бы на часок,
Дав мне возможность –
пяточка, носок –
По тропам легким шагом
прогуляться,
Совсем забыв, что время
закругляться.
* * *
Мне так не хочется отсюда
уходить,
Что я стараюсь всем на свете
угодить:
Зиме и лету, и среде,
и четвергу,
И небесам, чей каждый лучик
берегу.
Встречаю радостно и ночи
все и дни,
Но мне сдается, что решают
не они,
А тот, кто ведает, мне жить
или не жить, –
Того едва ли я сумею ублажить.
* * *
Не снег, а жалкие обноски.
Не лед, а жиденькие слезки.
Так завершается зима,
Так завершаюсь я сама.
Да не пугайтесь, я не нытик,
И я умею много гитик.
К примеру, я умею свет
Увидеть там, где света нет.
А раз я кое-что умею,
То, значит, дивный шанс имею
И вам сей фокус показать,
И в чем тут дело
рассказать.
