0
1527
Газета Печатная версия

12.12.2019 00:01:00

Мир кажется игрушкой заводной

Трагизм и ирония: подведение поэтических итогов

Тэги: поэзия, философия, андеграунд, советский союз, лирика, горы, рубаи, омар хайям, молотов, эпиграмма, путешествия, природа


поэзия, философия, андеграунд, советский союз, лирика, горы, рубаи, омар хайям, молотов, эпиграмма, путешествия, природа Горы, вы застывшая боль земли. Фото автора

Поэт Анатолий Гоморев начал писать рано, но катастрофически поздно пришел к читателю. Набор его поэтического сборника, который готовился Дальневосточным книжным издательством в конце 1966 года, был рассыпан без какой-то внятной мотивации. Но поэт продолжал активную литературную жизнь, много писал, входил в литературное объединение «Спектр», в котором кроме него состояли Александр Щуплов, Вячеслав Куприянов, Евгений Витковский – сейчас Гоморев много делает для сохранения материалов, связанных с этим клубом. И, конечно, выпускает собственные книги…

На первый, невнимательный взгляд название этой книжки может показаться несколько горделивым и даже нескромным. Но это только на первый взгляд. Это всего один из парадоксов, сопровождающих творчество Анатолия Гоморева, как и любое другое настоящее творчество. Если внимательно познакомиться с содержанием книги, становится понятным, что название это более чем скромное. Если не сказать застенчивое. Ведь перед нами творческий отчет почти за 70 лет поэтической жизни. Первые стихотворения, вошедшие в это «Избранное», датированы 1949 годом, когда автору было всего 12 лет. Последние же датированы уже нынешним десятилетием. Более того, восьмидесятидвухлетний поэт позиционирует этот, в общем-то, небольшой, карманного формата, сборник как подведение итогов своей творческой жизни. Не трудно представить, какой жесткий отбор претерпели стихотворения, вошедшие в эту книгу. В результате получилась книга, отражающая все этапы поэтической жизни, все направления, в которых работал поэт, – получился творческий манифест многогранного художника. Широту охвата книге придает интервью с Анатолием Гоморевым, открывающее сборник, и статья Елены Гавриловой, завершающая его.

Гоморев подчеркивает, что он продолжает традиции классической дореволюционной поэзии, скользя поверх поэзии советской. И ему трудно отказать в правоте, ведь то, что его не печатали в советский период, привело к его в полной самостоятельности, ни один внешний фактор на его творчество не влиял. Источником его вдохновения стал Александр Блок, исследованию творчества которого Гоморев отдал многие годы; он был первым официальным сотрудником музея-усадьбы Шахматово. Материал для произведений дала природа, дали многочисленные поездки по стране – Сибирь, Крайний Север, Дальний Восток, Якутия, Камчатка…

45-13-11250.jpg
Анатолий Гоморев. Мой
творческий вклад.– М.: Летний
сад, 2019. – 290 с.
Горы –

Вы застывшая боль земли,

Вавилонские башни,

Так и не достигшие неба

И теперь постепенно

становящиеся руинами,

У которых потоки воды

и веков

За этажом воруют этаж.

Язык его произведений классический, подчеркнуто литературный, он осознанно отказывается от всевозможных жаргонизмов и вульгаризмов, так часто используемых современными поэтами.

Я каждый день сражаюсь

с тишиной.

Вокруг толпа, но я один

на свете,

И эта мертвенность,

что в каждом есть предмете

С тех самых пор, что нет

тебя со мной.

Под хмурым небом я забыл

о лете,

Окутанный печали пеленой.

Мир кажется игрушкой

заводной,

В которой механизм сломали

дети.

Впрочем, начав с традиционных форм стихосложения, Гоморев в процессе творческого развития пришел к выводу, а точнее, почувствовал, что классические рамки стиха (а именно пять основных размеров – ямб, хорей, анапест, дактиль, амфибрахий) во многом исчерпаны поэтами предыдущих эпох. Следование традиции лишает стих индивидуальности. И автор начал искать новые формы, свою неповторимую музыку стиха. Отсюда его обращение к верлибру, дающему бóльшую свободу для философских размышлений.

Каждый из нас предает свое

детство,

Хотя б потому, что

становится взрослым.

Я сегодня во сне к нему

прикоснулся,

Сверхъестественным образом

в нем побывал.

Не знаю, как можно планете

Покинуть орбиту свою,

чтоб перейти на другую…

Основной массив поэтических текстов Гоморева составляет лирика, как он сам говорит, «внутренняя жизнь души». Однако и внешняя жизнь не оставляет поэта равнодушным, иначе быть и не могло. Отсюда появление в его творчестве таких тем, как политика, война, которую поэт пережил ребенком, попав в Смоленской области под оккупацию, бомбардировка Хиросимы… Да и лирика его часто подернута отсветами трагизма. И исполнена философским поиском. При заметном иронизме многих произведений Гоморева в целом его мировоззрение весьма трагично. Он часто касается довольно сложной темы – темы смерти, преждевременного ухода. Особое место в творчестве Анатолия Гоморева занимает память о его двоих братьях – Николае и Евгении. Они оба были поэтами. Более того, именно пример Евгения подтолкнул юного Анатолия к поэтическому творчеству в далеком 1949-м. Ему посвящены строки:

Тропами Блока ты со мной

вдвоем

Уже не побродишь, как бывало

часто,

Не припечатаешь крутым

словцом

Преступников, дорвавшихся

до власти.

Устал от грязи ты людской,

И вечный ты обрел покой.

Но не будем о грустном. Эпиграммы Гоморева полны тонкого, но точно разящего в цель юмора. Вот четверостишье, датированное 11 ноября 1957-го, – «На назначение В.М. Молотова послом в Монголию»:

Когда-то в Персию был сослан

Грибоедов,

Но с каждым веком

прогрессирует тиран.

Вам ехать в степь

к монголам-коноедам.

Как рай неверному,

вам не видать Иран.

А вот еще одна необычная стихотворная форма, в которой в органичный синтетический текст слились ирония, философия и лирика. Это «Рубаи», навеянные незабвенным Омаром Хайямом:

Пусть жизни процесс –

умиранье,

День каждый приносит

страданье.

Несчастьям, о сердце, не верь!

Живи лишь весны ожиданьем.

Гоморев признается, что ощущает то, что слово, каким бы поэтическим оно ни было, далеко не всегда адекватно чувству. И все равно он старается выразить невыразимое, строя свои тексты на тонких, едва ощутимых оттенках.

Дождь хрустальный

Вертикальный

Дождь линейный

Параллельный

Дождь художник

Дождь чертежник

На стенах и на заборах

Мелом черкающий мальчик

Рисовальщик озорной.

В поэтическом творчестве Анатолия Гоморева удивительным образом сочетается классический стиль с современными стихотворными новациями. Его стихи задумчивы и медитативны, в них непременно есть глубокая мысль. Это произведения мудрого человека. Даже те, которые были написаны им в молодости. И новая книга дает читателю уникальную возможность внимательно проследить многолетний путь развития творческой личности, исследовать все его метаморфозы.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Ухожу в страну прекрасную

Ухожу в страну прекрасную

Константин Кедров

Стихи к 110-летию футуризма

0
614
Джаз и патриоты

Джаз и патриоты

Ксения Нагайцева

Имперские метафизики закончили праздновать свой юбилей

0
305
У Бога мертвых нет

У Бога мертвых нет

Наталия Черных

«Зимние кутежи» в память о Геннадии Айги

0
298
У меня внезапно третий котик

У меня внезапно третий котик

Елизавета Смолова

Многоликие поэты проявились на ярмарке непоэтических талантов

0
595

Другие новости

Загрузка...
24smi.org