«Вас ввели в заблуждение, господин президент»

Элла Памфилова попросила президента защитить российские НКО от ретивых бюрократов.
Фото Александра Шалгина (НГ-фото)

Вчерашнее заседание собственного Совета по правам человека президент начал очень уверенно. «По той информации, которой я располагаю, не оправдались опасения, связанные с возможным наступлением власти на неправительственные организации. Жизнь расставила все по своим местам. У меня нет данных, что какие-то организации столкнулись с неоправданной бюрократией», – обратился к членам совета Владимир Путин. Информация главы государства была далека от истины. В Екатерининском зале Кремля правозащитники объяснили Путину, что нарушаются права прежде всего маленьких некоммерческих организаций в регионах и сколько стоит российская НКО на черном рынке.

Руководитель совета Элла Памфилова, долго подбирая слова, словно боясь сказать что-то лишнее, говорила о множестве громоздких подзаконных актов и о том, что их надо существенно перерабатывать. «С этим соглашаются даже специалисты Росрегистрации», – сослалась на авторитетный источник Памфилова. Правозащитница с некоторым надрывом в голосе, но все-таки сохраняя спокойствие, стремилась сообщить президенту обо всем и обо всех – защите прав детей, журналистов и заключенных, а заодно с ними упомянула про тенденцию «по ограничению нашей властью митингов и шествий», что воочию можно было наблюдать на июльском саммите G8. И лишь к концу спича Памфилова не смогла сдержать нахлынувших эмоций. Недавние поправки в закон о выборах, запрещающие критику соперника на телеэкране, глубоко взволновали главу Президентского совета по правам человека. «Ребята, ну так же нельзя завоевывать избирателя!» – вскричала Памфилова. «Некоторые вообще выезжают за счет вашего авторитета», – посмотрела она на президента, но, похоже, не нашла поддержки. «Нет уж, нужна конкурентная среда, – подвела, наконец, черту Памфилова, а потом жалостливо произнесла: – Вот извините, вроде все сказала. Передаю слово Сан Санычу». «Сан Саныч» Аузан, президент института национального проекта «Общественный договор», говорил уже по конкретной проблеме, а именно о положении некоммерческих организаций. Президент, как говорят в таких случаях, узнал много нового. Например, что новые законодательные процедуры создали барьер прежде всего для маленьких региональных организаций, о том, что возник теневой рынок услуг по регистрации НКО и что цены на регистрацию некоммерческих организаций на черном рынке на 40% выше, чем для регистрации организаций коммерческих, а занимает эта процедура в два раза больше времени. Более того, цена вопроса возрастает по мере удаления от столицы, а рекордсменом является известная своим отношением к правозащитникам Калмыкия, где для регистрации НКО нужно выложить от 45 тыс. до 70 тыс. руб. Глава государства также вряд ли знал (иначе он не стал бы делать бравурные заявления в начале заседания), что издержки российских НКО на составление отчетности после введения в действие новых поправок составляют от 2 до 6 млрд. руб. И более трети российских НКО готовы отказаться от новых проектов, потому что не могут сломать бюрократическую машину. Внакладе оказался и госбюджет. «Создатели закона ввели вас в заблуждение, господин президент. Вас и Федеральное собрание, говоря о том, что бюджет не понесет дополнительных потерь в связи с введением нового порядка проверок некоммерческих организаций», – привел самый сильный аргумент Аузан. По его словам, только на проверки НКО государство теперь будет вынуждено потратить в 20–30 раз больше, чем распределяется в качестве грантов.

Аузан предложил президенту три варианта: ничего не делать («нет ничего хуже, чем требовать исполнения закона, который нельзя исполнить»), выделить дополнительные деньги из бюджета, в том числе на гранты для НКО («но что такое честный конкурс, непонятно») или «как можно скорее» внести поправки. В запасе у правозащитника был еще один убийственный аргумент: от того, будет ли реализован общественный контроль за выборами (читай: будет ли вынесен общественными организациями положительный вердикт), будет зависеть в том числе и «легитимность перехода, который будет происходить, и легитимность новой власти». Учитывая, что Путин в ходе совещания не скрывал, какую серьезную роль должны играть общественные организации в ходе предстоящих избирательных кампаний, заявление правозащитника можно считать ультиматумом власти.

На выступление Аузана президент, конечно, отреагировал: «Допускаю, что инструкции могут быть излишне обременительными с точки зрения отчетности. Я почти уверен, что вы правы. Когда чиновники берутся за дело, они думают, чтобы им самим было комфортно, а не потребителям услуг. Конечно, я дам поручение. Прямо сегодня. Чтобы МЭРТ и другие ведомства провели такие консультации. Я бы вас попросил сформулировать в письменном виде ваши предложения, чтобы разговор был предельно профессиональным и конкретным». – «Уже сформулировали», – с нескрываемым удовольствием ответил Аузан.