Уже неделю в культурной среде активно обсуждается тема смены экспертных советов в Министерстве культуры России. Одним приказом первого заместителя министров были распущены прежние советы, утвержденные между прочим в октябре прошлого года, так что новые эксперты не успели проработать и года, и набраны и утверждены новые. Поскольку работа некоторых советов в апреле уже подходила к концу, причина для такого решения должна быть веской. В свое время, например, борьба с космополитами в СССР началась с публикации в «Правде» редакционной статьи под названием «Об одной антипатриотической группе театральных критиков». Среди прочего, говорилось в той статье, что «подлинный советский критик, любящий свое дело, преданный социалистическому искусству, не может не быть горячим патриотом, не может не гордиться, когда на сцене появляется новое произведение — пусть еще и недостаточно совершенное, но смело выдвинувшее новую идею, создавшее новый образ советского человека. Критик театральный — верный помощник театра в поисках наилучшего, наиболее верного и наиболее талантливого воплощения в художественных образах того, чем живет страна. К сожалению, критика, и особенно театральная критика, — это наиболее отстающий участок в нашей литературе. Мало того. Именно в театральной критике до последнего времени сохранились гнезда буржуазного эстетства, прикрывающее антипатриотическое, космополитическое, гнилое отношение к советскому искусству», - с горечью признавали безымянные авторы той редакционной статьи.
И у нас – объяснение смены экспертов появилось в профильном еженедельнике, где, помимо списков старых и новых экспертных советов, опубликованы и отрывки из пьес, рассказы о спектаклях и проектах, которые были поддержаны прежними, теперь уже по преимуществу отставленными экспертами.
Количество отточий в приведенных цитатах, вероятно, должны были вызвать праведный гнев читателей: ведь все это оплачивалось из государственного, а значит – из нашего кармана! И то, что нынешняя борьба с неправильными экспертами очень сильно напоминает дела не так уж и давно минувших дней, почему-то мало кого смущает и совсем не пугает.
Бороться с неправильным искусством, как и с неправильными экспертами превращается в дурную традицию, новая Россия не боится подхватить эстафетную палочку, казалось, брошенную и навсегда зарытую в советском прошлом. К чему разбираться в том, что по самому положению гранты в области современного искусства даются – информация взята с официального сайта Минкульта России - «в целях поддержки и развития творческих институций, ориентированных на поиск и эксперимент, применение современных мультимедийных технологий в творческом процессе, продвижения инновационных проектов в области современного искусства». А в области современной драматургии «на конкурс принимаются заявки театров, включивших произведение современных российских драматургов в план своей постановочной деятельности». Министр культуры России Владимир Мединский, выступая не так давно на расширенной коллегии минкульта, подчеркнул, что в репертуарную политику театров вмешиваться не собирается и в дальнейшем, но эксперименты министерство готово поддерживать только на условиях софинансирования. Гранты минкульта на все, что связано с современным искусством, драматургией в том числе, и прежде выдавались как раз на таких условиях. И совсем уж очевидно, что работа эксперта заключается в подготовке профессионального экспертного заключения, которое всегда, во всех случаях носит рекомендательный характер, поскольку решение – давать деньги или не давать – принимает министр.
Вопреки измученной частой цитированием крылатой фразе вождя всех народов, который однажды заметил, что «других писателей у меня для вас нет», в минкульте собрались доказать, что другие эксперты в России имеются, что им несть числа. Это – новость, имея в виду очевидный кризис экспертного сообщества, в области искусства и культуры, к слову, может быть, не самый острый.
Списки новых экспертов больше всего напоминают знакомые по советской истории попытки укрепить руководство крепкими партийными кадрами, только в новых экспертных советах «партийных кадров», на первый взгляд, стало даже больше, чем тех, кто может быть назван экспертом в области современной драматургии или молодой режиссуры, или современного искусства.
В этой связи, может быть, важно сделать сам процесс выбора более открытым, чтобы можно было ознакомиться не только с конечными результатами, но и со всеми участниками конкурса. Ведь именно гласность в свое время разрушила монополизм многих принимавшихся в узком партийном кругу решений.
Василий Столбунов 
