Сергей Колосовский
Фото Reuters
Верховный суд (ВС) РФ напомнил нижестоящим судам о ч. 2 ст. 14 Уголовного кодекса (УК), разъясняющей, какие деяния в силу их малозначительности не являются преступлением. Предназначение института малозначительности очевидно – это предотвращение ситуаций, подобных историям из прошлого про пресловутые дела «о трех колосках». Поэтому законодатель определил, что уголовная ответственность наступает только за те действия, которые, формально образуя состав преступления, еще и представляют достаточную общественную опасность.
Так же очевидно, что невозможно конкретно определить тот минимальный порог, после которого заканчивается малозначительность и начинается преступление, применительно к каждой статье УК. Ведь они крайне разнообразны, а жизненные ситуации, которые приходится сопоставлять с соответствующими нормами уголовного закона, еще и в разы многообразнее. Поэтому формулировка, использованная в УК, – «не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности», – и не содержит четких критериев малозначительности. И она полностью отсылает нас к здравому смыслу: не стоит наказывать людей за те действия, которые объективно не представляли опасности.
Но, к сожалению, как показывает правоприменительная практика, действовать со здравым смыслом в правоохранительно-судебной сфере получается не всегда. Приведенная формулировка ст. 14 УК полностью относит оценку существенности либо малозначительности совершенного деяния к усмотрению конкретного правоприменителя – следователя или судьи. А они крайне редко при наличии формальных признаков состава преступления идут на оценку события как малозначительного. Полагаю, что это связано как с инертностью мышления, так и с пресловутым обвинительным уклоном.
Кроме того, не существует статистики отказов в возбуждении уголовного дела по малозначительности, поскольку такого процессуального основания не существует. При наличии признаков малозначительности в возбуждении уголовного дела отказывают за отсутствием состава преступления, что и отражается в отчетности. Поэтому, хотя до возбуждения уголовного дела институт малозначительности, возможно, и применяется, после возбуждения дела уголовное преследование по такому основанию как на этапе следствия, так и в суде прекращается крайне редко. Как известно, за излишнюю суровость не наказывают, поэтому правоприменители предпочитают направить материалы в суд. А там склонны скорее осудить человека, который явно того не заслуживает, нежели принять справедливое решение – и последующие упреки в предвзятости, коррумпированности и т.д.
Так что большинство известных случаев применения института малозначительности связано с практикой ВС РФ, судьи которого, в отличие от нижестоящих судов, по крайней мере не боятся обвинений в этой некоей предвзятости. И при наличии малозначительности отменяют обвинительные приговоры и прекращают уголовные дела за отсутствием состава преступления. К сожалению, эта практика тяжело воспринимается и воспроизводится нижестоящими судами, поскольку оценка значительности деяния не имеет каких-либо четких количественных критериев.
Не придает ясности в данном вопросе и руководящая деятельность Верховного суда. Не менее чем в 10 постановлениях пленума ВС РФ, разъясняющих порядок применения уголовного закона о самых разных преступлениях – от мошенничества до экстремизма, – содержатся указания на необходимость оценки деяния с точки зрения ч. 2 ст. 14 УК, то есть малозначительности. Однако ни одно из этих постановлений ВС РФ не дает нижестоящим судам четких ориентиров. Все разъяснения сводятся к указанию о том, что при решении вопроса, является ли малозначительным деяние, формально содержащее квалифицирующие признаки состава преступления, судам необходимо учитывать совокупность таких обстоятельств, как степень реализации преступных намерений, размер похищенного, роль подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, характер обстоятельств, способствовавших совершению деяния, и др.
Как мы видим, разъяснения ВС РФ сводятся к здравому смыслу и исходят из человеческой зрелости судей. Увы, как показывает практика, этого теперь недостаточно. Суды регулярно выносят достаточно нелепые приговоры. Например, потомственного охотника, который по невнимательности, отправляя ложе ружья в ремонтную организацию по почте, забыл вытащить личинку затвора, районный суд осудил за совершение преступления средней тяжести. И это пожизненно лишает его права пользования оружием. Суд также указал, что не усматривает в деянии признаков малозначительности. Но что, скажите, может быть еще более малозначительным применительно к составу преступления «незаконная пересылка оружия», чем ситуация, когда человек, законно владеющий оружием, отправил по почте в лицензированную организацию часть ружья – даже не все ружье в сборе! – забыв удалить оттуда одну существенную деталь?
При этом важность применения института малозначительности невозможно переоценить. Это ведь и вопрос гуманизма, и вопрос наличия здравого смысла в правоприменительной системе. Если граждане не будут освобождаться от уголовной ответственности за совершение действий, не представляющих опасности для общества, мы опять придем к практике того указа «семь-восемь», который считается одним из самых несправедливых и реакционных уголовно-правовых актов за последние 100 лет отечественной истории.
