Я хочу, чтоб началось землетрясение

Я хочу, чтоб признаки распада
Обретали мощь сакральных знаков.
Я хочу, чтоб пригубили яда
Губы тех, кто вина пил со смаком.

Тех глупцов, что в бесполезный Космос
Глядя в восхищении беспечном,
В этом скучном русском Холокосте
Не сумели разглядеть конечность.

Тех, кто в метафизике Хаоса
Толковал о вечном возвращенье
И не видел, как страшны Стрекозы
И планет бессмысленно вращенье.

Пусть огонь мерцающих кремаций
Их поглотит! Пепел, словно пыль,
Разлетится, ибо оставаться
Не хочу средь тех слепых, кто жил.
Голова, катясь от гильотины,
Хохотала. Тонет в речке мяч.
В капюшоне черном легитимный
До утра работает Палач...

Что людская потненькая похоть? –
С одуванчика сдувается пыльца.
Я хочу, чтоб ты услышал хохот,
Равнодушный хохот мертвеца.

Вечной кармы русской карусельной
Ужаснись навеки, отрекись.
Я хочу, чтоб началось Землетрясенье,
Чтоб не длить бессмысленную жизнь.

Видишь, нищих щупальца кошмарны.
Тянутся их хищно тыщи тыщ.
Нищие магически коварны –
Миг, и ты средь них, кошмарен, нищ.

Обтирая гнилостную паперть,
Раздираем сифилисом дыр,
Ты мгновением в симфонии распада
Прозвучишь и сгинешь. Ибо мир

Нынче с партитурою для трупа
Дирижирует. И в дымную трубу
Так легко, поверхностно и скупо
Выдувает общую судьбу.

Ни о ком из близких не жалея,
Ничего мирского не любя,
Уходи! Пусть тлю людскую греет
Это пламя, только не тебя!

* * *
Каркнул ворон: «Ничего!»
Я не смог прогнать его.
Каркнул ворон: «Милый друг,
Умер злобный демиург».
– «Ницшеанство! Лжете, птица.
Явь дурных порядков длится!»

Комментарии для элемента не найдены.