Жало жертвы и любви

«Его техническая оснащенность изумительна, даже избыточна. Кублановский обладает, пожалуй, самым насыщенным словарем после Пастернака… Кублановский просто‑напросто лучше, чем кто‑либо, понял, что наиболее эффективным способом стихосложения сегодня оказывается сочетание поэтики сентиментализма и современного содержания». Согласитесь, более чем лестный отзыв. Тем более принадлежит он Бродскому. Будущий нобелевский лауреат в 1983 году написал предисловие к книге стихов Юрия Кублановского, за год до этого вышвырнутого из СССР. Интересно, что не менее восторженной оказалась реакция Александра Исаевича Солженицына. Несломленный пророк России ХХ века, неоднократно встречавшийся с поэтом, так оценивал его творчество: «Поэзия Кублановского отличается верностью традициям русского стихосложения, ненавязчиво, с чувством меры, обновленной метафоричностью, никогда не эксцентричной, всегда оправданной». Александр Исаевич отмечал, что в стихах поэта чувствуется «…ощущение Бога над нами». Согласитесь, таких оценок от двух великих и таких разных русских литераторов удостаивались немногие. Сам Юрий Михайлович говорил в одном из интервью: «…Мое мироощущение можно определить как либеральное почвенничество, и это помогло мне в Европе остаться русским литератором, жить русскими проблемами».

Родившийся в Рыбинске, долгое время работавший сторожем на Соловках, поэт буквально впитал всей кожей ощущение старой, почти до конца уничтоженной России, ее православных традиций и религиозной философии. Естественно, с такими взглядами в СССР жить  было трудно, тем более что в самые тяжелые годы Кублановский никогда не скрывал своего отношения к происходившему вокруг. И конечно, огромное значение имела для него встреча с о. Александром Менем. Кульминацией стало открытое письмо Кублановского «Ко всем нам», посвященное второй годовщине высылки Солженицына. Результатом, естественно, стало изгнание отовсюду. Он мог работать лишь церковным сторожем, что только укрепляло его в жизненных установках, абсолютно противоположных царствовавшей вокруг системе абсурдной лжи. Потом последовало участие в знаменитом альманахе «Метрополь», и власти поставили поэта перед выбором: тюрьма или изгнание. Так он оказался на Западе. После семи лет, проведенных в эмиграции, Кублановский одним из первых вернулся в тогда еще существовавший СССР. Вернулся, когда никому не было понятно, чем и как все закончится. Последовали обращения к Горбачеву видных деятелей культуры с призывом вернуть ему гражданство. Изгнание закончилось.

Юрий Кублановский. Долгая переправа. –М.: Б.С.Г. – ПРЕСС, 2019. – 272 с.

Поэты, говорят, с возрастом теряют свой запал. Но к Юрию Михайловичу это совершенно не относится. Возьмите в руки его книгу стихов «Долгая переправа» и судите сами: «А когда решился поднять глаза,/ Загадав, что будет однажды с нами,/ Я увидел чистую, как слеза,/ Темноту, усеянную мирами».