Николай Переяслов
Как эхо над рекой. Фото Андрея Щербака-Жукова
Поэтические строчки Сергея Гловюка словно бы сами по себе выстраиваются в стройные шеренги, вышагивающие от одной строфы до другой. Не случайно новая его книга получила название «Спряжение глаголов». Спряжение глаголов в русском языке – это изменение по числам и временам. Но главное – это еще и способность людей понимать то, что эти глаголы несут нашему сложному миру. Гловюк немало внимания уделяет роли отдельных слов в тексте – там, где он не ограничивается всего одним словом, а вводит три, а то и больше слов, не просто заполняя с их помощью пустоту в тексте, а передавая им смыслы и глубину:
…Как трудно и слышать,
и видеть,
и знать, понимать и уметь,
зависеть, дрожать, ненавидеть,
дышать, презирать и терпеть.
Жить по поэтическим законам, принятым Сергеем Гловюком, весьма непросто:
Я растворился в воздухе, в пыли,
в траве, деревьях и комках
земли,
меня нельзя коснуться,
взяв рукой,
я – вечность, звезды, тишина,
покой
я есть и нет, как эхо над рекой…
Стихи Гловюка щедро наполнены окружающей его жизнью, а у этой жизни «есть событья, даты, сроки» и все чаще происходит «мельканье, круженье голов, / то молот, то герб, то корона, то серп». Сергей не скупится на описание важных для него предметов быта, за которыми встает картина бытия. Столько соединенных по три слова, а то и счетверенных слов подряд не часто встретишь в русской поэзии. И вот перед нами разворачивается яркая панорама поэтического творчества, в которой открывается не просто круг его стихов, но сама его жизнь. Яркая, поэтичная.
Эй, ключарь, прошу! Возожги
фонарь.
Тут кругом темно – грязь,
дожди и хмарь.
Я то вверх, то вниз, то гора,
то ров,
ты держатель виз между двух
миров.
|
|
Сергей Гловюк. Спряжение глаголов. Стихотворения.– М.: Икар, 2026. – 148 с. |
У Гловюка что ни строфа – то поющая строчка; что ни строка – то звучащая музыка. И все – живое и знакомое:
Перед глинистой
и черноземной,
задремавшей в полях и лесах,
величавой, разгульной
и стремной,
нечисть вся рассыпается
в прах.
Жизнь в творчестве поэта проступает в самом разнообразном виде, она – «стремительная, резкая, живая, / ты рана моя нежно-ножевая», и там, где «только темень и грязь, но звезда горит, / ярко горит, ибо эта звезда от Бога».
Достаточно прочитать всего несколько строф этого поэта, и его стихи зазвучат в подсознании, как тревожащая душу мелодия: «А дождик накрапчатый пуще и пуще – / что ж, крепкого кофе сварю, / и черною, жгучею, горькою гущей / я угли надежды залью».
Некоторые строчки просто приковывают к себе душу. «Ты идешь, словно волк по следам», – говорит Гловюк, заявляя далее: «Я тебя никому не отдам».
И вслед этому он высыпает на страницу сразу целую вереницу слов; и, как это ни удивительно, слова эти адресованы не кому-нибудь, а любви:
Я пытался тебя избежать,
закопаться, забыть, убежать,
это вздор или прихоть и блажь,
ты меня никому не отдашь...
Сергей Гловюк умеет находить нужные для поэзии слова, которые вскрывают самую сокровенную сущность поэзии.
«В поэтах в наше время нет нужды. / Что проку – ни калыма и ни мзды», – отмечает он. И дает читателям большой простор для разговора о стихах. Однако о поэтических метафорах и прочем могут поговорить в своих стихах многие поэты. Главное, чтобы они, так же как Гловюк, не боялись говорить о любви и о правде.
