0
1193
Газета Печатная версия

02.12.2020 20:30:00

За далекий Парагвай

Своя кровь в чужих сражениях

Тэги: история, война, эмиграция, зинаида гиппиус, россия, парагвай, аргентина, уругвай, бразилия, боливия, флот, мемуары, серебряный век, дунай


45-15-13250.jpg
Язон Туманов. Четыре войны
морского офицера.
От Русско-японской до Чакской
войны.– М.: Вече, 2020. – 480 с.
Пожалуй, среди множества русских эмигрантов наиболее тяжело было кадровым военным. Не призывникам, получившим офицерское звание уже во время войны, – они по крайней мере или уже имели гражданскую специальность, или учились на нее. А именно тем, кого принято называть «военная косточка». Среди них считалось большой удачей, если удавалось получить работу, не связанную с неквалифицированным тяжелым трудом, где-нибудь в шахтах или на строительстве дорог. «Когда бывший военный, офицер, делается шофером такси, это не так уж плохо: воевать и служить ему все равно негде, нет ни войны, ни русского полка», – писала не сильно симпатизировавшая белым поэтесса Зинаида Гиппиус. Впрочем, и служба в армии иностранного государства изначально предполагала, как правило, утрату офицерского звания и в лучшем случае сержантские лычки во французском Иностранном легионе. Хотя, конечно, бывали и счастливые исключения.

Капитану 1 ранга князю Язону Туманову (1883–1955) в этом плане как раз повезло. Далекий Парагвай после поражения в войне против Аргентины, Бразилии и Уругвая, а также вследствие гражданской войны 1922–1923 годов остро нуждался в специалистах буквально во всех областях жизни. Туманов принял предложение и не прогадал, став к началу следующего конфликта, на этот раз с Боливией (1928–1929), советником командующего речными силами. Когда же началась Чакская война (1932–1935) за спорную одноименную область, Туманов возглавил отдел личного состава флота, был награжден престижным Крестом защитника.

Следует сказать, что капитан не был единственным эмигрантом на этой войне. Всего за новую родину воевало около восьми десятков выходцев из России. В ней, в частности, приняли участие генерал-лейтенант Николай Эрн (брат знаменитого философа Серебряного века), позже ставший профессором Военной академии Парагвая, и генерал-майор Иван Беляев, который помимо военных заслуг получил известность как серьезный антрополог, исследователь индейских племен.

В сборник помимо воспоминаний о кампании 1928–1929 годов («Как русский морской офицер помогал Парагваю воевать с Боливией») вошли мемуары Туманова о Русско-японской войне («Мичмана на войне», «В японском плену»), «очерк о русской смуте» («Одесса в 1918–1919 годах»), а также ряд рассказов и очерков о службе в межвоенный период и несколько новелл на тему морской истории.

К сожалению, книга не лишена недостатков. В сборник не включены дневниковые записи Туманова, которые тот вел в ходе Русско-японской войны. Как представляется, они интересны своими отличиями в оценке ряда событий от позднее написанных «Мичманов». Так, в дневниках Туманов писал, что всячески поддерживал капитана 2 ранга Николая Кладо, крайне отрицательно оценивавшего состав 2-й Тихоокеанской эскадры, в которой на броненосце «Орел» как раз и шел мемуарист. В то же время в «Мичманах» Туманов, напротив, критиковал действительно ошибочную концепцию капитана. Напомню, что последний призывал количественно увеличить силы эскадры, не задумываясь о качестве направляемых в ее состав кораблей, многие из которых к тому времени уже устарели. Также в комментариях к мемуарам не всегда отмечаются ошибки, допущенные автором. В «Контрабандистах» неоднократно упомянут генерал-майор флота Евгений Аренс, командовавший Петергофской военной гаванью. Туманову он запомнился «маленьким, худеньким, очень живым и еще не старым, с вечно красным, обожженным пороховым взрывом лицом, с солдатским Георгием в петлице, полученным им от Скобелева еще в бытность гардемарином, под стенами Геок-Тепе, которые он взрывал перед штурмом». В реальности Знак отличия Военного ордена, как тогда называли солдатский Георгиевский крест, Аренс получил за атаку на паровом катере «Мина» турецкой канонерки 11 июня 1877 года на Дунае, в районе Фламунды.

Тем не менее, несмотря на имеющиеся недочеты, воспоминания и рассказы князя Туманова дают представление о непростой судьбе талантливого офицера, вынужденного проливать свою кровь на чужой войне.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Что может сделать оппозиция в эмиграции

Что может сделать оппозиция в эмиграции

Защита граждан от санкций как политическая повестка

0
1085
Чем пахнет санированный мир

Чем пахнет санированный мир

Андрей Ваганов

Определение "зловонный" – это конкретно-исторический и культурный феномен

0
844
Единого референдума по всей Новороссии теперь не ожидают

Единого референдума по всей Новороссии теперь не ожидают

Дарья Гармоненко

Иван Родин

План праздничного голосования 11 сентября вступил в противоречие с военно-политической ситуацией

0
2824
Шенгенские визы гражданам России отказываются давать все больше стран

Шенгенские визы гражданам России отказываются давать все больше стран

Юрий Паниев

В ЕС таким образом надеются "демократизировать Россию"

0
2561

Другие новости