0
848
Газета Печатная версия

22.12.2021 20:30:00

Записки у изголовья зимы

Поэтический спектакль Валерии Исмиевой

Тэги: поэзия, музыка, любовь, шопен, лист, бах, метафора


48-11-2480.jpg
Напор и нежность Валерии Исмиевой. 
Фото Сергея Матвеева
В библиотеке им. Сергея Есенина состоялся вечер поэзии Валерии Исмиевой. Светлый зал, оформленный есенинскими березками в стиле агитационных стендов былых времен. Напыщенный белый рояль берет пробу высокой ноты. Медленно гаснет свет… Голос настойчиво нежной и мощной поэзии лишает смысла основные вопросы: кто мы? куда идем? что будет с нами? с пандемией? Будто ночной снег падает в жаркий полдень, а столица – лишь этикетка на коробке спичек, что нужно прятать от детей. Поэзия преобразила время в наличное пространство: «…И тихо мироздания вагон,/ Отцепленный от Хроноса, плывет,/ В рассеявшихся звезд локомотиве/ Тяжелое ночное вещество/ В глухую топку втягивает свет/ И вихри превращает в лес планет…» На стене – ожившие анимационные пейзажи: падающий снег, круглая луна и – следующий стих. В дифтонге – звук рояля под взмахами Елизаветы Данилиной. Осцилляции элементарных частиц в мегабуквах нейтрино-слов, колебания в процессе изменения: устойчивости нет. Дары волхвов, Шопен и Шёнберг, юмореска Щедрина, Лист «Утешения». Тенебра смысла лучше темноты рассвета: «Темно в лаборатории богов…»

Язык этих стихов дарует времени действительность как аксиому, дом. Синекдоху не как цезуру, ритмическую паузу, а как ремесло беспрерывности. Валерия позволила любви членораздельность нежности. Обычно скрытой. У сновидения есть «прототип», есть картинка для зеркала. У этой поэзии, у звуконежности мембраны смысла есть абсолютное доверие к молчанию того, кто знает, слушая. Переводимы ли в реестр потребности отстрелянные гильзы времени – стихи? Исмиева – горячий лед зимы – в «Записках у изголовья» вещает об аскезе на языке психоделической метафорики: «Благословен/ Безмолвствующий свет/ Благословен/ Невоплощенный звук».

Откровение не противоречит публичности, духовный стриптиз целомудрен без намека на модную ссылку скучного быта с унижением страха и воровства. Поэтесса ввела публику в легкий транс интимных переживаний сновидения-соприсутствия. Поэтическое не может не быть всеобщим, доверительным и открытым в темные времена ночи. Благоговение слов звучало едва ли не как органные признания Баха. Принуждение восприятия к нынешним скоростям, необходимость спешить, иронизировать, хайпать были неуместны. Восхождение на большие высоты, подъем в неведомое требует кислорода. Валерия бессознательно провоцирует «боль утраты» вопреки «боли надежды». Оркестровка спектакля, живые организмы стихов рассчитывают на доверие и «надежду» слушателей. Адекватность обеих сторон в этот вечер была взаимна благодаря всеохватной искренности поэтического дыхания и равновеликого отклика публики, что происходит нечасто. Соавторство публики и поэта, вечер как сговор о тайнописи ночи: «Дорога в тысячу ли/ Короче глотка любви».


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Другой поручик был тогда убит

Другой поручик был тогда убит

Дмитрий Нутенко

Маяковский говорил с Пушкиным, а Булат Окуджава выбрал себе в качестве собеседника Михаила Лермонтова

0
178
Вышли на площадь уроды

Вышли на площадь уроды

Владимир Соловьев

Достоевский, Высоцкий и гераклитова метафора Михаила Шемякина

0
755
Флейта задувает фиолетово мою фамилию

Флейта задувает фиолетово мою фамилию

Наталия Ярославцева

Прошел III Фестиваль литературного эксперимента

0
192
Все, что нужно знать о жизни

Все, что нужно знать о жизни

Илья Плохих

Как устроены тексты Юлии Тишковской?

0
131

Другие новости