Поэзия – понятие лингвистическое

Михаил Сухотин словно прячется за чужими стихами. Фото автора

Это был поэтический вечер-лекция. Сухотин выводил на экран свои тексты, давая возможность публике их прочитать, а затем читал сам, попутно объясняя структуру, обращая внимание на введенные цитаты, проясняя их смысл в данном контексте. Такой жанр предполагает огромную степень концентрации. И поэт, и публика находились на высоком градусе сосредоточенности.

На экране стихотворение, состоящее из двух фрагментов: две строфы слева сверху, три – справа, пониже. Читая текст, автор останавливается, объясняя цитаты из Олейникова, дает необходимую биографическую справку.

Предлагая следующее стихотворение, Сухотин выводит на экран репродукцию картины Александра Дейнеки «На женском собрании» (1937), для лучшего понимания, поясняет он. Композиция такая же – двухчастная. И еще (отдельной строкой) – приписка (как говорит автор) из Маяковского

Иногда Михаил Сухотин пишет лесенкой. «По следам реального разговора», – говорит он.

– Нина,

              верба зацвела…

– Это не верба,

                        верба будет

                                          за неделю до Пасхи…

Стихотворение, где «зашиты» цитаты из Умки и Ахматовой, поэт предлагает воспринимать как орнамент. Сухотин сообщает, что вообще-то он ориентируется на качество речевого материала, опирается на фольклор. Есть у него и «бегущая строка», неразрывная, без пробелов между словами: «онизабытьиязабыть»…

Демонстрируя тексты 2022 года, поэт говорит, что они стали более компактными и более визуальными. В них еще больше скрытых и явных цитат от Всеволода Некрасова до Льва Рубинштейна. Например, такое сочетание Некрасов-Сатуновский. «Два чужих слова – одно мое», – объясняет автор свою позицию.

Пропуски между словами, показывая на экран, говорит Сухотин, смыслообразующие: «правда-неправда», «Зощенко-Ахматова»…

Михаил Сухотин чаще всего пишет комментарии внизу, выделяя их в обособленный микротекст. Комментировать он считает необходимым, так как «простота и сложность со временем меняются местами».

«Поэзия – понятие лингвистическое, – говорит поэт, – меня интересуют отношения литературного стандарта и спонтанной речи».

На вопрос из зала, на кого из поэтов, кроме названных, он ориентируется – ответ был: на Шаламова.

Такая форма ведения вечера пришлась по вкусу публике. Оказывается (сообщил Сухотин как свидетель), и Всеволод Некрасов любил комментировать, объяснять свои стихи. Поэтический вечер-лекция получился увлекательным и серьезным одновременно. Публика была вовлечена в игру ума, медленное чтение, вслушивание в живую речь поэта. Михаилу Сухотину удалось создать свою собственную конструкцию, эстетически и технически грамотную конструкцию.