Церковь прикрылась государством

РПЦ убеждает власть, что ей необходимо защищаться от врагов ради сохранения единого государства.
Фото PhotoXPress.ru

Вчера в Хамовническом районном суде состоялось предварительное слушание по иску Общества защиты прав потребителей (ОЗПП) к «Подворью Патриарха Московского и всея Руси кафедральному соборному храму Христа Спасителя». Судебное заседание по существу назначено на 10 июля с.г. Вчера же был начат сбор подписей под письмом к президенту России. В послании православные активисты просят проверить награждение главы РПЦ антипремией «Серебряная калоша» на предмет экстремизма. Подписанты утверждают, что верующие представляют большинство россиян. Подобную мысль в своей проповеди в кремлевском Успенском соборе высказал Патриарх Кирилл.

Представителям Московской Патриархии не удалось доказать в ходе вчерашнего заседания Хамовнического суда, что храм Христа Спасителя является ненадлежащим ответчиком по делу. Ранее в РПЦ отмечали, что иск должен быть подан Фонду храма Христа Спасителя, поскольку патриаршее подворье лишь арендует у столичного правительства здание главного православного храма России. Между тем в ходе судебной проверки было установлено, что именно религиозная организация «Подворье Патриарха Московского» ведет на территории храма Христа Спасителя торговую деятельность с нарушениями законодательства о защите прав потребителей. В свою очередь, представители Патриархии добились лишения права участия в судебном заседании адвоката ОЗПП Андрея Семенова. «Господин Семенов не может представлять интересы организации, поскольку его доверенность не отвечает требованиям закона, на ней стоит печать совершенно другой компании, – отметил в ходе слушания представитель Московской Патриархии. – Таким образом, истца просто нет в зале заседания, а он может сообщить ценные сведения и выразить свою позицию».

Вчера в Интернете был начат сбор подписей под открытым письмом православной общественности к президенту Владимиру Путину. По мнению авторов письма, в церемонии вручения премии «Серебряная калоша», прошедшей 18 июня, «содержатся эпизоды, оскорбляющие религиозные чувства православных верующих людей, оскорбляющие честь и достоинство» Патриарха Кирилла, председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерея Всеволода Чаплина и «законно избранных действующих властей Российской Федерации». В связи с этим авторы письма настаивают на тщательной проверке церемонии «на предмет содержания в ней элементов экстремизма, призывов к свержению конституционного строя Российской Федерации». Видимо, это послание стало ответом на открытое письмо деятелей искусства с просьбой освободить участниц Pussy Riot из-под стражи, которое появилось днем ранее.

Почему обвинение в оскорблении чувств верующих превратилось в «призывы к свержению государственного строя»? Эта метаморфоза может логически вытекать из концепции, которая стала достоянием широкой общественности несколько дней назад. Протоиерей Всеволод Чаплин в ходе одной из дискуссий заявил: «У нас нет принципа отделения Церкви от государства… Церковь как мировоззрение, религия как явление не может быть отделена от государства». «НГ» попросила Чаплина пояснить свою мысль. «Здесь все совершенно однозначно: от государства отделены религиозные объединения по Конституции, – ответил священнослужитель. – То есть такие юридические лица, как Русская православная церковь, Московская епархия, Совет муфтиев России и т.д. Речь идет об организационных структурах религиозных общин. Они не являются органами государственной власти, и поэтому государство не несет на себе религиозных функций. Именно это и только это, если внимательно посмотреть Закон «О свободе совести и религиозных объединениях», означает принцип отделения этих объединений от государства. В то же время Церковь как явление гораздо шире. Это значительная часть народа. Путин и Медведев – это тоже Церковь, большое количество госслужащих, просто активных людей, работающих в самых разных сферах, – это тоже Церковь. И поэтому отделить от государства Церковь в широком ее понимании – это то же самое, что отделить большинство народа», – заключил Чаплин.

Общество защиты прав потребителей возмутила не торговля в храме, а то, что там чеков не дают. Фото Романа Мухаметжанова (НГ-фото)

Вчера эта мысль прозвучала уже из уст главы РПЦ. «Церковь воспринималась на протяжении всей истории России, как и сегодня большинством людей воспринимается, как то, что скрепляет наш народ. Это духовная скрепа, это линия самоидентификации нашей нации, это та общность, разрушив которую мы с точностью разрушим свое Отечество», – сказал Патриарх Кирилл после литургии в Успенском соборе Московского Кремля.

Похожие мотивы прослеживаются в материалах обвинения по делу Pussy Riot. Не так давно адвокат одной из задержанных Марк Фейгин опубликовал в своем блоге изображение предъявленного 21 мая постановления о привлечении в качестве обвиняемой, составленного в следственном отделе УВД ГУ МВД Москвы, в котором панк-молебен в храме Христа Спасителя описан как «тщательно спланированная акция по унижению чувств и верований многочисленных приверженцев православного христианского вероисповедания и умалению духовной основы государства». О каких духовных основах государства может идти речь, если в Основном законе сказано: «Российская Федерация – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной» (Конституция РФ, гл. 1, ст. 14)?

Как сказал в комментарии «НГ» член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко, «ассоциировать себя с государством – это нецерковное дело». «Регулировать общественные отношения – для этого есть совсем другие институты, – говорит политолог. – Я считаю, что такого рода высказывания – это конъюнктура. Одно из главных направлений нынешней РПЦ – это самоогосударствление. Им удобнее быть какой-то частью государства, постольку поскольку Патриархия действительно превращается в управление президентской администрации. Никому пользы это не принесет, и сама Церковь теряет авторитет. Поскольку рейтинги нашего тандема падают, они, естественно, тянут вниз за собой РПЦ», – заключил Малашенко.

Итак, война писем и заявлений продолжается. Первые ее плоды – тот четкий водораздел, который проложили споры последнего времени между религиозной и светской частями российского общества. Кажется, эти противоречия по своей остроте затмили еще недавно преобладавшую в общественных противоречиях социальную рознь. Новое противостояние также не прибавляет ни стабильности, ни гражданского согласия в стране.