Елена Герасимова В Общественной палате РФ прошли слушания на тему «Введение школьной формы в РФ: работа над ошибками 2013 года. Подготовка к 2014–2015 учебному году». Участники слушаний предложили закрепить на законодательном уровне правовое понятие «школьная форма». Установить перечень основных и дополнительных предметов школьной формы. Использование основных предметов сделать обязательным для обучаемых. Закупку формы возложить на родителей, а нуждающимся в ее приобретении помочь материально. Вот далеко не полный перечень предложенных изменений в Закон «Об образовании в РФ».
Если бы не события годичной давности в Ставропольском крае, когда школьницам-мусульманкам запретили ходить на занятия в хиджабах и родители этих девочек не возмутились бы от такого решения школьного начальства, темы школьной формы, наверное, не было бы сегодня. Судя по высказываниям депутатов, пришедших в ОП, так и есть, причина введения формы – это социальное и религиозное расслоение школьников.
Но вот исполнение чиновниками этого блага – введение школьной формы – порождает новые и далеко не шуточные конфликты. Общественная палата завалена письмами с историями о том, как родителям сбывают задорого некачественный и залежалый товар. Поэтому, как заметила заместитель председателя комиссии ОП РФ Любовь Духанина, сегодня правильнее было бы говорить о требованиях к одежде школьников, а не о стремлении школы навязать единую форму, ту, которая нравится школьному начальству. Сопутствующая цель этой большой задачи – научить детей правильно одеваться.
Выслушав претензии к исполнению, участники заседания в ОП составили свое экспертное заключение. Введение школьной формы признано значимым фактором в деле сохранения здоровья обучающихся. Основание тому – справка Роспотребнадзора. Он дал такое заключение, сославшись на результаты «корреляционного анализа заболеваемости школьников». Есть статистически значимая причинно-следственная связь, говорится в письме Роспотребнадзора, между функциональным назначением предметов детской одежды и ее качественными показателями, с одной стороны. И заболеваниями кожи и простудными заболеваниями, с другой стороны. Поэтому школьной формой, точнее – ее качеством, есть смысл озаботиться не только на уровне школы.
Участники палаты уверены, что введение формы не устраняет главную опасность – социальное расслоение детского коллектива, которое очень мешает выполнению воспитательной задачи. Сохранение принципа «каждой школе – своя форма» породит неравенство между учащимися разных школ, и это, в свою очередь, может послужить новым основанием для возникновения неприязни между ними, предположили участники слушаний. Условно говоря, обладатели одежды от Гуччи войдут в непримиримое противоречие с представителями рыночной моды.
Поэтому предложение палаты по сохранению баланса выглядит так: «Требования к конструкции, материалам, цветам, фурнитуре и декоративно-различительным элементами школьной формы, единообразные для региона, должны устанавливаться органами государственной власти субъектов РФ».
Напомним, что в РФ насчитывается приблизительно 47 тыс. школ, в которых обучаются около 12 млн. школьников. Палата признает, что контроль за качеством школьной формы и ее ценовой доступностью в масштабах страны затруднителен. Особенно если учесть, что большая часть детской одежды поступает к нам из-за рубежа и надлежащего контроля за ее качеством все равно нет.
С другой стороны, констатируют эксперты, это может дать толчок развитию отечественной индустрии детских товаров. Производство такого объема детской одежды может положительно сказаться на оживлении отечественной легкой промышленности. Уже подсчитано, что ежегодный заказ составит более 35 млрд. руб., что позволит создать 50 тыс. новых рабочих мест. И в основном в регионах со сложной обстановкой в сфере занятости населения.
Переложить пошив школьной формы на отечественного производителя сразу не удастся. Нужна планомерная подготовка предприятий для обеспечения необходимой потребности в школьной форме. Поэтому предлагается поэтапное введение школьной формы: для обучающихся 1–3 классов с 2014 года, 1–6 классов – с 2015 года, 1–9 классов – с 2016-го, 1–11 классов – с 2017 года.
Мнения романтиков, что нужно все-таки оставить каждому родителю право утверждать требования к одежде своего дитя, остались без должного внимания.
