0
2974
Газета Печатная версия

04.03.2020 20:30:00

Пылинка угасающего сознания

Прогулки в бамбуковом лесу памяти

Тэги: проза, перевод, южная корея, триллер, убийство, криминальный роман, агата кристи, фицджеральд, северная корея, борхес, ницше, монтень, гомер, достоевский, буддизм, экранизация


проза, перевод, южная корея, триллер, убийство, криминальный роман, агата кристи, фицджеральд, северная корея, борхес, ницше, монтень, гомер, достоевский, буддизм, экранизация Пока все сообща ловили призрака коммунизма, я охотился в одиночку. Кадр из фильма «Мемуары убийцы». 2017

«Все люди являются узниками тюрьмы под названием «время». А в тюрьме, где заключены люди с болезнью Альцгеймера, постепенно сужаются стены. Все быстрее и быстрее».

Ким Пёнсу – престарелый серийный убийца, страдающий болезнью Альцгеймера. Кое-как хвататься за ошметки исчезающей памяти ему помогают дневниковые и диктофонные записи: сухая фиксация своего состояния и тревожных событий, связанных с дочерью Ынхи и околачивающимся вокруг нее подозрительным типом Пак Чутхэ – то ли полицейским, то ли таким же, как сам Ким, киллером, только молодым, а потому – дерзким, безжалостным и охочим до игр. Кроме того, Ким не чужд чтению и время от времени делится впечатлениями от различных текстов и книг – от «Одиссеи» Гомера до «Другого» Борхеса, от буддийских сутр до «Опытов» Монтеня и трудов Ницше; описываемые события и высказываемые мысли окрашивают тему литературы в настолько мрачные цвета, что когда Ким упоминает неназванный русский роман, то инстинктивно понимаешь, что речь может идти только о «Преступлении и наказании». Не чужд Ким и стихосложению, и хотя плодов его поэтического воображения мы почти не видим, он время от времени рассказывает о них так: «Писать стихи, которые никто не прочтет, – то же самое, что совершать убийства, о которых никто не узнает». Или даже так: «Стихи, написанные кровью моих жертв, хранятся в полицейском шкафу. Их называют фотодокументами с места преступления».

Роман «Мемуары убийцы» вышел в серии «К-триллер», но такое определение – чистая условность. Очевидно, Ким Ёнха ставил себе задачу не нагнетать напряжение, стремительно гнать действие и удивлять читателя крутыми поворотами сюжетной линии, но проникнуть в сознание сенильного убийцы, его не поддающийся никакому осмыслению внутренний мир. Сказанное не означает, что роман статичен и лишен живого действия, однако суждениям и оценкам носителя болезни Альцгеймера верить нельзя, поэтому добывать кусочки пазла для составления реальной картины происходящего читатель вынужден из сухо записанных более-менее объективных явлений – диалогов, мелких, кажущихся незначительными деталей и т.п. При этом степень косвенности повествования такова, что полностью отчетливых форм картина так и не приобретает, оставляя пространство для споров, спекуляций и интерпретаций, – и это качество романа на удивление достойно компенсирует общую разреженность текста.

8-13-12250.jpg
Ким Ёнха. Мемуары убийцы /
Пер. с кор. Людмилы Михэеску.
– М.: АСТ, 2020. – 160 с.
(К-триллер).
Подобный подход к сюжету о серийном убийце не кажется слишком удивительным, если учесть, что из многообразия зарубежной литературы первой половины ХХ века Ким Ёнха выбрал для перевода на родной корейский язык не жанрово близкие произведения Агаты Кристи или Дороти Сэйерс, а «Великого Гэтсби» Фицджеральда – портреты интересуют автора сильнее натюрмортов и пейзажей. До недавнего времени русскоязычному читателю был доступен лишь сборник его малой прозы «Никто не узнает…» – в Корее же автор активно пишет и публикуется последние 25 лет, а с 2010-го ведет популярный литературный подкаст «Время читать».

Одна из декларируемых отличительных особенностей Ким Ёнха – принципиальный индивидуализм, интерес к человеку и искусству, затмевающий интерес к истории Кореи и ее наиболее неприглядным страницам. «Мемуары убийцы» отвечают такому видению автора, хотя его редкие обращения к историческим темам оказываются меткими и вполне критическими: «В то время как все сообща ловили призрака коммунизма, я охотился в одиночку. Об одном из мужчин, которых я убил в 1976-м, писали, что он погиб от рук северокорейского агента: «Предполагается, что совершивший убийство преступник прибыл из Северной Кореи. Предположение закономерно основано на чрезвычайно жестоком способе расправы с жертвой, характерном для кровавого режима Севера». Раз убийство совершил призрак, нет нужды искать реального подозреваемого».

В 2017 году роман был экранизирован, но режиссеру и сценаристам картины пришлось далеко отойти от стилистики и событийного ряда первоисточника, создав средствами кино достаточно типовой корейский триллер наподобие самых громких образцов этого жанра XXI века – отлично знакомых российскому зрителю «Воспоминаний об убийстве» Пон Чунхо (который, к слову, упомянут в романе), «Преследователя» На Хончжина, «Я видел дьявола» Ким Чиуна и других подобных кинолент. Появление перевода романа Ким Ёнха – неплохой повод расширить свое представление о корейском криминальном сюжете.



Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Тайне смерти Саввы Морозова уже больше века

Тайне смерти Саввы Морозова уже больше века

Георгий Коваленков

Его страховой полис обналичили быстро...

0
177
Семья Хашогги прощает его убийц

Семья Хашогги прощает его убийц

Геннадий Петров

Сын саудовского журналиста ходатайствует о смягчении приговора пытавшим и расчленившим его отца

0
1350
 Писатели и коронавирус. Кому не до самоизоляции

Писатели и коронавирус. Кому не до самоизоляции

0
2833
Иосиф, унизьте, но помогите

Иосиф, унизьте, но помогите

Елена Клепикова

Бродский и Сергей Довлатов – там и здесь

0
1564

Другие новости

Загрузка...
24smi.org