0
1168
Газета Печатная версия

05.07.2017 00:01:00

Смена вех вероисповедной политики

Трансформация органов государственно-церковного взаимодействия в России

Анатолий Лещинский

Об авторе: Анатолий Николаевич Лещинский – доктор философских наук, профессор кафедры религиоведения Казанского федерального университета.

Тэги: россия, религия, церковь, государство, синод, рпц


россия, религия, церковь, государство, синод, рпц Совет по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте России формально не осуществляет контрольных функций. Фото с сайта www.kremlin.ru

В России в XX веке произошли три кардинальные перемены в отношениях государства к религии и Церкви, и соответственно в результате создавались новые органы взаимодействия государства с религиозными организациями. Первая перемена происходила с марта 1917 года до начала 1918 года; вторая – в советское время; третья – в конце перестроечного периода.

Как Синод лишился императорского кресла

Первая перемена начинается с упразднения действовавшего в течение 200 лет Святейшего правительствующего синода. Этому уникальному в своем роде учреждению в Своде законов Российской империи давалось следующее определение: «Святейший всеpоссийский правительствующий синод – есть соборное, обладающее в Русской православной церкви всеми видами высшей власти и состоящее в сношениях с заграничными православными Церквами правительство, через которое действует в церковном управлении верховная самодержавная власть, его учредившая». В приведенном определении законодательное положение о верховной самодержавной власти указывает на то, что гражданская власть через Синод управляет Церковью.

Византийская симфония паритета двух властей – священства и царства – в синодальный период трансформировалась в цезарепапизм. Таким термином обозначают отношения Церкви и государства, при которых устанавливается примат светской власти над духовной. Между тем еще в патриаршее время, то есть перед реформой Петра I, отдельно существовали власти – церковная и царская. К примеру, в 20–30-е годы XVII века в сфере церковного управления и суда патриарх был независимым и никем не стесненным. У патриарха был свой двор, свои бояре, окольничьи, стольники, стряпчие, дворяне, дети боярские, которым поручались патриархом разные дела по управлению. Действовали разряды и приказы. Патриарх вместе с высшим духовенством призывался на земские соборы и в царскую Думу. Патриарх Филарет даже имел официальный титул, как и светский правитель, – «великий государь». Однако начиная с Алексея Михайловича и принятого при нем Уложения 1649 года стала значительно принижаться патриаршая власть и иерархия в государстве. Некоторые функции по управлению Церковью были возложены на государственно-церковный орган – Монастырский приказ. А согласно «Духовному регламенту» 1721 года стал действовать Святейший синод.

Громоздкая административная система Синода разделялась на две части, что было его важной особенностью. В первую входило небольшое число членов Синода (до 11), преимущественно священно-церковнослужители со своей канцелярией. Во вторую – государственные чиновники. Среди них главным был обер-прокурор – «око государево», руководивший, по существу, всеми делами Синода и подчинявшийся только императору. Также имел свою канцелярию. Он не входил в состав членов Синода и не был его председательствующим, но без его ведома никакие дела не решались в Синоде. Отсюда происходила длительная борьба между синодалами (преимущественно митрополитами) и обер-прокурором. Чаще всего побеждал последний.

Протопресвитер военного духовенства Георгий Шавельский, бывший присутствующим членом Синода, отмечал, что Синод страдал непомерной централизацией. Были дела, которые действительно должен утверждать Синод, но и много дел, которые могли бы решаться на епархиальных уровнях. По образному выражению Шавельского, синодская мельница молола и зерно, и шелуху, «шелухой занималась, пожалуй, больше, чем зерном». В то же время такие подразделения Синода, как консистория (действовали при всех епархиальных управлениях) была «финансово-контрольно-полицейско-административным и менее всего пастырским учреждением».

Наконец, Шавельский указывает на то, к чему может привести и действительно привела беспрестанная и неумеренная опека Церкви со стороны государства. Благодаря ей Русская церковь в предреволюционный период жила слишком безмятежной жизнью, в атмосфере безопасности, спокойствия, внешнего благополучия. Ее враги считались врагами государства, которое с ними и боролось. По словам протопресвитера, «замирала церковная жизнь, требующая воодушевления, горения духа, устремления вперед».

Уже в эпоху реформ Александра II начали появляться критические воззрения на утвердившиеся ненормальные государственно-церковные отношения. Ректор Казанской духовной академии, будущий епископ Смоленский Иоанн (Соколов), в 1864 году в журнале «Христианское чтение» опубликовал серию статей под общим названием «Свобода совести». В них, исходя из исторического и современного опыта взаимоотношений Церкви и государства, он высказывает мысли о том, что гражданская власть может входить в Церковь не далее наружных дверей, но в духовные дела Церковь не допускает даже царя. Усугубляя прежнюю оценку, выдающийся канонист подчеркивает, что сила государства была самой враждебной для Церкви.

Синод с 1835 года располагался в центре Санкт-Петербурга, в здании Правительствующего сената. В зале заседаний стоял длинный стол, который имел название «присутствующий». За ним располагались члены Синода (обер-прокурор сидел за особым столом). Около одной из узких сторон 

Византийская симфония паритета двух властей – священства и царства – в синодальный период трансформировалась в цезарепапизм.	Фото 1911 года
Византийская симфония паритета двух властей – священства и царства – в синодальный период трансформировалась в цезарепапизм. Фото 1911 года

большого стола находилась, пожалуй, самая значительная из мебели вещь – тронное императорское кресло, имевшее скорее символическое значение. С тех пор как его установили, никто из императоров не восседал на нем. Однако кресло напоминало о том, в чьем подчинении находился Синод. К тому же за креслом на стене висел портрет правящего императора. На столе около аналоя, с которого выступали докладчики, всегда находились атрибуты религиозного и государственно-церковного значения: крест, Евангелие, подлинный «Духовный регламент» Петра Великого, перед аналоем – Библия. По оценкам современников, меблировка и все убранство присутственной залы были величественными и не могли не вызывать чувство благоговения.

И вот наступили февральско-апрельские дни 1917 года. Новым обер-прокурором Временным революционным правительством был назначен член Государственной думы Владимир Львов. Современники отмечали, что Львов в Думе часто возмущался всевластием обер-прокуроров в Синоде, однако, назначенный на эту должность, он своим деспотизмом затмил всех своих предшественников.

Шавельский рассказывает, что на одном из первых после революции заседаний (до этого Синод принял самое активное участие в низвержении царя и прекратил в богослужениях поминать его имя, но определил молиться за благоверное Временное правительство) собравшиеся члены Синода заняли свои места, вдруг с шумом открылись входные двери, и в синодальную залу ввалилась (как потом выяснилось, по приказанию Львова) огромная толпа синодальных чиновников и служителей. Члены Синода с удивлением смотрели на это скопище. А обер-прокурор, выпрямившись во весь свой огромный рост, наполеоновски протянутой рукой указывая на царское кресло, крикнул: «Убрать его!» Три-четыре служителя бросились убирать кресло, но оторвать его от пола не смогли – так прочно оно было прикреплено. Когда усилия оторвать кресло не привели ни к чему, обер-прокурор сделал новый жест: «Разойтись!» Толпа удалилась. Только после заседания кресло открепили от пола и вынесли. Кто-то из присутствующих предложил его поместить в музей.

Особенно неожиданным стало то, что произошло 17 апреля. Все члены Синода явились на заседание и заняли свои места. Вдруг, как и раньше, входные двери с шумом раскрылись, и масса синодских чиновников и служителей заполнила синодальную залу. Поднявшийся со своего кресла обер-прокурор крикнул: «Прошу встать!» Все члены Синода поднялись. Обер-прокурор, взяв со стола бумагу, начал, отчеканивая каждое слово, читать указ Временного правительства о роспуске Синода. Когда кончилось чтение, толпа шумно начала покидать зал, а за нею покинули зал и члены Синода.

Так закончилась история Всероссийского святейшего синода царского периода.

После того как в августе 1917 года начал работать церковный Собор, Синод в реорганизованном виде вошел в состав нового государственного органа – Министерства исповеданий. Последним обер-прокурором Синода был Антон Карташев, но он же стал министром исповеданий. В новый государственно-церковный орган вошли и подразделения из Министерств внутренних и иностранных дел, осуществлявшие отношения с другими религиозными объединениями. Министерство просуществовало недолго и было ликвидировано с вхождением в силу Декрета об отделении Церкви от государства (23 января 1918 года).

Не захотели Львова – получите Дзержинского

Вторая перемена произошла в советский период. Он характеризуется борьбой нового нарождающегося государства с религией и стремлением к ее искоренению. Несколько десятилетий, особенно в довоенное время, государство не шло с представителями религиозных объединений на диалог и действовало по отношению к ним преимущественно карательными методами. К ним прибегали такие властные органы и отдельные в них структуры, как Наркомюст, ВЧК, ОГПУ, НКВД и позднее – службы госбезопасности.

Историки, изучающие трагические события того времени, нередко цитируют записку Феликса Дзержинского, написанную им в 1920 году и переданную Мартыну Лацису. В ней бисерным почерком председатель ВЧК написал своему соратнику: «Без помощи ВЧК с попами всех мастей нам справиться будет невозможно». Представители упомянутых органов восприняли идейные установки, поставленные задачи, но действовали они разрозненно, без централизованного управления. С результатами их деятельности сейчас уже можно ознакомиться в открытой печати. Имеются в виду статистические данные, говорящие о числе закрытых и разрушенных культовых зданий, прекращении действия духовных образовательных учреждений, репрессированных, расстрелянных священно-  и церковнослужителей Русской православной церкви и служителей других культов.

Религиозные объединения были лишены двух фундаментальных прав – права юридического лица и права на собственность. Руководители государства еще до окончания войны приходят к мнению об утверждении специальных органов, которые бы осуществляли посреднические функции между государством и религиозными организациями. Правда, командно-административные методы по отношению к религиозным объединениям никто не намеревался отменять.

В середине 1940-х годов было положено начало созданию специальных государственно-церковных органов по связям с религиозными организациями. Таким образом, большевистское правительство, отделив Церковь от государства, решило в 1943 году создать свой орган – Совет по делам Русской православной церкви, а на следующий год – Совет по делам религиозных культов. В 1965 году их объединили в Совет по делам религий (далее – Совет).

При всем сущностном различии относительно Святейшего синода Совет воспринял централизацию, контроль за деятельностью Церкви и вмешательство во внутреннюю ее жизнь, включая перестановку священно- и церковнослужителей. Как орган по осуществлению связей с религиозными объединениями он представлял собой централизованную организацию при Совете министров СССР. Информацию о своей деятельности направлял также в идеологический отдел ЦК КПСС. Центральным аппаратом руководил председатель. В Совет входили: организационно-инспекторский отдел, отделы по делам православных Церквей, мусульманской и буддийской религий, протестантских Церквей, иудейской религии и сект, Римско-католической и Армянской церквей, а также отдел международных связей, отдел по связям с мусульманскими странами, отдел международной информации, отдел статистики и анализа, юридический отдел, первый отдел, общий отдел. Кроме центрального аппарата Совет имел уполномоченных в союзных и автономных республиках, краях и областях, которые подчинялись и Совету, и региональным органам власти. В некоторых республиках были свои Советы. Главная задача, которую должен был выполнять Совет, – это реализация политики партии и правительства в их отношении к религии. Одна из главных его функций – координация процесса регистрации и снятия с регистрации религиозных организаций.

К другим функциям надо отнести контроль за выполнением законодательства о религиозных культах как самими религиозными организациями, так и представителями властных структур и других гражданских обществ, также контроль за финансово-хозяйственной деятельностью религиозных организаций, ведение патриотическо-воспитательной работы среди служителей культа. Совет выходил с предложениями по использованию закрытых культовых зданий и учету культовых ценностей, относящихся к памятникам искусства.

На Совет было возложено немало контрольно-распорядительных функций. В качестве примера можно назвать проведение цензуры религиозной (включая богослужебную) литературы и установление тиражей.

В годы перестройки Совет начинает действовать на основе новых подходов в отношении верующих граждан и к их организациям. Однако в начале 1990-х годов и этот государственно-церковный орган был упразднен.

Не командовать, а способствовать взаимодействию

Наконец, третья перемена – в 1991 году. Согласно новому законодательству о свободе совести, ликвидируются прежние централизованные государственно-церковные органы и в административных подразделениях на разных уровнях от федерального до регионального создаются небольшие по численности сотрудников структуры. Они и осуществляют связи с религиозными объединениями. К примеру, в администрации президента РФ – отдел по связям с религиозными объединениями, в Министерстве обороны – группа по связям с религиозными объединениями, в Татарстане (после действовавшего с 1996 года Совета по делам религий) в 2008 году утверждено Управление по делам религий при кабинете министров РТ.

В деятельность названных структур в сфере государственно-конфессиональных отношений входят, во-первых, обеспечение взаимодействия учреждений государственной власти с религиозными организациями; во-вторых, координация деятельности исполнительных органов гражданской власти в целях реализации действующего законодательства о свободе совести и религиозных объединениях.

Созданы и общественно-государственные совещательные и консультативные органы. В качестве примеров можно назвать Совет по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте РФ, Комиссию по вопросам религиозных объединений при правительстве РФ, Совет при президенте Республики Татарстан по межнациональным и межконфессиональным отношениям и др. Получили распространение экспертные советы по проведению религиоведческих экспертиз. Такой совет действует при Министерстве юстиции РФ. В 2013 году создан Независимый экспертный религиоведческий совет (НЭРС), состоящий из специалистов по философии религии и религиоведению.

В наше время порой на научно-практических конференциях некоторые выступающие выходят с предложениями о введении на федеральном уровне структуры в сфере отношений государства и религиозных организаций. Можно согласиться с таким предложением, но при условии, чтобы он не имел ни контролирующих, ни распорядительных функций.

Что же касается упомянутого в начале статьи тронного кресла, то, действительно, его место в музее. Более того, надо музеефицировать зал заседаний Святейшего синода и некоторые прилегающие к нему кабинеты. Правда, там уже разместили библиотеку им. Б.Н. Ельцина. Но целесообразнее будет ее перевести в Екатеринбург и сделать частью Ельцин-центра. Там же, где заседал Святейший синод, создать постоянно действующую экспозицию «История отношений государства и Церкви в России». В Санкт-Петербурге есть еще один объект, относящийся к нашей теме и вполне достойный будущей музейной экспозиции. На Литейном проспекте сохранилась квартира, в которой жил и работал один из выдающихся государственных деятелей и обер-прокуроров Константин Победоносцев (подробнее о его деятельности – в «НГР» от 7.06.17).


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


"Единая Россия" намерена реформировать благоустройство дворов

Александр Сахно

Партия собирается сделать так, чтобы жители гордились своими городами

0
403
Российско-белорусские военные учения напугали Запад

Российско-белорусские военные учения напугали Запад

Антон Ходасевич

Литва, Эстония и Украина увидели для себя угрозу

0
1681
Америка готова уйти в ракетно-ядерный загул

Америка готова уйти в ракетно-ядерный загул

Андрей Кисляков

Пример такого поведения Москву не вдохновляет и озадачивает

0
8891
Кто кому угрожает на Черном море

Кто кому угрожает на Черном море

Владимир Мухин

Олег Владыкин

Россия накопила достаточно сил для пресечения любых военных посягательств на Крым

0
8345

Другие новости

Загрузка...
24smi.org
Рамблер/новости