0
3470
Газета Печатная версия

06.09.2017 00:01:00

Мьянма пробудила в России политический ислам

Владимир Путин не обнаружил «фронды» в массовых выступлениях мусульман

Тэги: москва, грозный, махачкала, мьянма, бангладеш, ракхайн, митинг, ислам, исламизм, рамзан кадыров, владимир путин, реджеп эрдоган, политика, рохинджа, геноцид, сепаратизм, беженцы


москва, грозный, махачкала, мьянма, бангладеш, ракхайн, митинг, ислам, исламизм, рамзан кадыров, владимир путин, реджеп эрдоган, политика, рохинджа, геноцид, сепаратизм, беженцы Организаторы митинга в Грозном утверждают, что собрали более миллиона человек. Фото РИА Новости

Президент России Владимир Путин, находясь в Китае на саммите БРИКС, отреагировал на возмущение российских мусульман кровавыми событиями в Мьянме, заявив, что выступает против любого насилия, а каждый гражданин России имеет право на собственное мнение – не исключая и руководителей регионов.

Трагедия мусульман-рохинджа в мьянманском штате Ракхайн, сотни которых были убиты в столкновениях с правительственными войсками, а более 120 тыс. вынуждены покинуть страну и стать беженцами в Бангладеш, оказалась неожиданно близка российским верующим. 3 сентября в Москве на Большой Никитской улице прошел несанкционированный митинг – мусульмане протестовали против геноцида народа рохинджа, который, по их мнению, в Мьянме организованно проводят правительственные войска. Акция напротив посольства Мьянмы собрала несколько сотен: один из ее участников, выложивший видеозапись митинга в Facebook, оценил количество собравшихся в 1–1,5 тыс. протестующих. На следующий день, 4 сентября, в столице Чеченской Республики Грозном прошел еще один митинг, на этот раз согласованный и куда более масштабный. Участие в нем принял глава Чечни Рамзан Кадыров.

Озвученное собравшимися напротив мечети «Сердце Чечни» мусульманами обращение к президенту России с призывом повлиять на происходящее в Мьянме стало самым громким за последнее время заявлением российского политического ислама. Сомневаться в его существовании сегодня не приходится, а степень влияния этого фактора в российской политике, кажется, охарактеризовал сам Владимир Путин. «Но я вас уверяю, здесь никакой фронды со стороны руководства Чечни нет. Прошу всех успокоиться. Все в порядке», – сказал президент.

Неожиданностью в последние дни стали не только акции протеста – а кроме Москвы 3 сентября несанкционированный митинг состоялся еще и в Махачкале, – но и участие в них представителей Чеченской Республики. Так, в Москве у мьянманского посольства стихийно развивавшуюся ситуацию быстро взяли под свой контроль представители депутата Государственной думы Адама Делимханова. Именно они призывали собравшихся к порядку и давали команду отойти на тротуар для пропуска полицейского транспорта. Они же объявили о том, что сотрудники эвакуированного посольства не смогут принять представителей протестующих, заверили собравшихся в том, что связь с ними есть «через МИД», и организовали сбор подписей под петицией на имя российского президента, призывающей вмешаться в ситуацию в Ракхайне.

Однако самым ярким политическим выступлением, связанным с мьянманскими событиями, стал прямой эфир Рамзана Кадырова в Instagram, где он прямо заявил о неприятии позиции, которую в вопросе мусульман Мьянмы заняла Россия. «Вы думаете, что я доволен этим? Конечно, нет. Я очень даже недоволен. Если Россия будет поддерживать тех шайтанов, которые совершают преступления, – я против позиции России, потому что у меня свое видение, своя позиция. Действительно, самая лучшая и открытая позиция – у Эрдогана. Мы его поддерживаем», – сказал президент Чечни зрителям. Он не сохранил запись трансляции на своей странице, а после «китайского» заявления Владимира Путина выразил благодарность за «исключительно позитивную реакцию, достойную главы великой державы».

15-10-2.jpg
К настоящему моменту Мьянму
покинуло более 120 тыс.
беженцев-мусульман. Фото Reuters

Позиция России в отношении событий в Мьянме действительно склоняется в сторону поддержки правительства страны. Однако Рамзану Кадырову публичное выражение несогласия с ней дает возможность не только в очередной раз заявить о себе как о независимом политике, но и укрепить собственные позиции в качестве неформального лидера российского ислама, обзаведясь мощной поддержкой общественного мнения, в первую очередь молодых мусульман. На митинге в Грозном он был более сдержан, чем в собственном Instagram, переместив фокус критики на «лидеров западных стран» и «сильных мира сего», готовых защищать представителей нетрадиционной сексуальной ориентации после расстрела в «одной парижской редакции» (выступавшие на митинге в Грозном, включая Кадырова, избегали произносить название сатирического еженедельника Charlie Hebdo, в редакции которого боевики запрещенного в России «Исламского государства» устроили расстрел 2 января 2015 года). «Сегодня я и миллионы жителей десятков стран требуем от лидеров мировых держав навсегда остановить это кровопролитие! Мы требуем наказания виновных и международного расследования преступлений против человечества.

Мы также требуем призвать к ответу страны, которые закрыли границы, отказали в помощи беженцам и обрекли их на неминуемую смерть. Необходимо срочно остановить гуманитарную катастрофу, протянуть руку помощи гибнущему народу рохинджа. Я уверен, что наш с вами призыв услышат сотни миллионов человек во всем мире», – сказал Кадыров с трибуны. Его слова ясно дают понять: себя Кадыров видит не только лидером мусульман России, но и одним из лидеров мирового мусульманского сообщества.

Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, чью позицию Кадыров считает наилучшей, уже называл события в Мьянме геноцидом мусульман, заявив также о том, что вопрос о них поднят в ООН, а 19 сентября начнется его очередное обсуждение в Совете Безопасности. Проблемы рохинджа он обсудил по телефону с госсоветником и главой МИД Мьянмы, лауреатом Нобелевской премии мира Аун Сан Су Чжи. Зачитанное на митинге обращение к Владимиру Путину как к «уважающему ислам человеку» с призывом употребить все свои силы и влияние для остановки геноцида содержало упоминание о том, что победа над террористическим подпольем в Чечне была одержана именно благодаря тому, что главой республики стал исламский богослов и муфтий – Ахмад Кадыров.

При этом лидерство Кадырова в мусульманской среде, очевидно, готовы признать не все. Так, Совет муфтиев России (СМР) отверг свою причастность к организации несогласованного митинга в Москве и призвал мусульман участвовать только в получивших одобрение городских служб мероприятиях, сообщает пресс-служба организации. Председатель Совета муфтиев Равиль Гайнутдин заявил на открытии Исламской академии в Болгаре (Татарстан), что реакция «обычно законопослушных, терпеливых и терпимых верующих» удивила и его, и представителей духовенства: «Я прошу моих единоверцев, чтобы они были законопослушными, были в молитве, участвовали в санкционированных акциях, которые проводятся мусульманским духовенством. А такие акции будут: они будут направлены как на оказание финансовой, так и гуманитарной помощи для того, чтобы облегчить участь наших мусульман, живущих в Мьянме». При этом о событиях в Мьянме он высказался однозначно как о «фашизме», а в несогласованном московском митинге 3 сентября принимал участие сопредседатель Совета муфтиев России Нафигулла Аширов.

Несмотря на то что акция у посольства в Москве 3 сентября обошлась без задержаний, уже через день снова собравшиеся на Большой Никитской мусульмане привлекли внимание правоохранительных органов. Сайт ГУ МВД России сообщил о 20 задержанных.

Из российских политиков – и статусных членов уммы – лишь Кадыров сумел не только отреагировать на события в Мьянме, но обратить стихийное недовольство ими себе на пользу. О борьбе за политическое представительство российских мусульман и своем видении ситуации «НГР» рассказал государственный советник 1 класса, президент информационно-аналитического центра «Религия и общество» Алексей Гришин. По его мнению, политический ислам, который вопреки расхожему мнению присутствовал в России еще в 90-е годы, в последние годы значительно радикализовался. «Сейчас момент подошел к тому, что экстремисты внутреннего ислама, захватив определенные позиции, начинают пробовать, как власть будет реагировать на те или иные вызовы, – сказал Гришин. – Внутри России существует два крупных крыла, которые претендуют на доминирование в российском исламском сообществе, – это Северный Кавказ и Татарстан с огромной территорией, контролируемой татарскими по национальности муфтиями. Ведь, кроме Северного Кавказа и Башкирии, муфтияты в регионах возглавляются исключительно муфтиями татарской национальности. На Северном Кавказе такая же роль принадлежит Рамзану Кадырову, который фактически замкнул на себе значительную часть уммы. Между президентом Татарстана Рустамом Миннихановым и руководителем Чеченской Республики, на мой взгляд, идет соперничество: кто из них, где и как будет выступать от имени российского ислама как политический лидер. Минниханов возглавил группу стратегического видения «Россия и исламский мир», в Грозном было проведено заседание этой группы, и Рамзан Ахматович стал сопредседателем этого форума. Открывшаяся в Болгаре Исламская академия претендует на всероссийский статус – Татарстан здесь перетягивает, а хадж больше перетягивает кавказский сегмент и т.д.»

«Поэтому прежде всего эти действия Кадырова направлены на то, чтобы утвердить себя и перед мировым сообществом, и внутри России как одного из главных политических лидеров российских мусульман, которые выступают от их имени в том числе и по внешнеполитическим вопросам, – продолжает эксперт. – Возможно, это неплохо с точки зрения внутренней борьбы и обеспечения жизнедеятельности российского ислама, но недопустимо, чтобы это затрагивало внешнюю политику и интересы России. Малейшее расхождение государственной политики с позицией многих тысяч митингующих мусульман укажет на раскол в обществе, а если они совпадут, то противники обязательно заявят о том, что Россия прогнулась под давлением политического ислама. К таким вещам нужно подходить крайне осторожно, и МИД правильно делает, корректируя свою позицию: если 28-го числа МИД осудил мусульманских сепаратистов Мьянмы, то сейчас призвал приступить к переговорам. Но с позицией он определится в ближайшее время, и эти демонстрации у посольств нам еще аукнутся».

Исламовед Алексей Малашенко в разговоре с корреспондентом «НГР» высказал мнение о том, что амбиции Кадырова на политическое лидерство в мусульманской среде не ограничиваются Россией. «Кадыров хочет себя позиционировать как политический лидер на уровне мусульманского мира – и это ему удается. Но позиция лидера российских мусульман вызывает проблемы: одно дело – татары, для которых Мьянма совершенно не актуальна, другое – чеченцы. Но в среде кавказской молодежи, безусловно, он выдвинулся. Кроме того, для России и исламского мира он стал единственным человеком, который может говорить, что Путин не прав. Администрация президента сейчас в растерянности, но реагировать надо: руководитель региона, пусть особого, пусть мусульманского, осудил какое-то направление внешней политики России. Китай и Россия заодно, а Рамзан Кадыров против! Не забывайте – он всегда показывал лояльность. Как себя здесь вести Путину и кремлевской администрации? Там понимают, что Кадыров эксцентрик, но не до такой же степени! На сегодняшний день в этом он выиграл, но сложно сказать, как ему это откликнется».

Малашенко считает, что в текущей ситуации раскола российских элит есть определенное пространство для острых высказываний, на которых можно заработать политические очки. Кадыров в полной мере воспользовался им, однако последствия такого шага просчитать сложно. «В Мьянме была провокация со стороны исламских сепаратистов. Представьте себе, что завтра ИГ заявит, что поддерживает их! В какой компании тогда окажется Рамзан Кадыров? Сама ситуация потрясающая. Россия выступает за мир вместе с Китаем, но хочет выстраивать особые отношения с миром исламским, делая это в том числе и при помощи Кадырова, – а вот тут такое! России приходится даже не выбирать между ними, а сочетать одно с другим. Отсутствие нормального политического курса и взаимодействия в среде элиты порождает кавардак во внутренней и внешней политике, который Кадыров блестяще использовал».

Отношение России к событиям в Мьянме требует пояснения. С Мьянмой Россию связывают довольно тесные деловые и дипломатические отношения. Летом 2016 года – незадолго до того, как началась армейская операция в Ракхайне, результатом которой, по оценкам международных правозащитных организаций, стала гуманитарная катастрофа, – между двумя странами было подписано соглашение о военном сотрудничестве. В России проходят обучение мьянманские офицеры, а страна является немаловажным клиентом для российской оборонной промышленности: в России проходят обслуживание армейские вертолеты Ми-24П, в 2015 году с Мьянмой был заключен контракт на поставку партии учебно-боевых самолетов Як-130 (первые три машины были переданы заказчику в 2016 году), а среди поставляемого Россией в Мьянму вооружения есть истребители МиГ-29 и Су-27. Кроме того, в 2015 году был подписан меморандум о взаимопонимании по сотрудничеству в области использования атомной энергии в мирных целях.

Защита интересов бенефициаров «армейской» линии взаимодействия диктует дипломатическую позицию России в Организации Объединенных Наций. В марте с.г. Совет Безопасности ООН вынес на голосование резолюцию, обвиняющую армию Мьянмы в массовых убийствах, изнасилованиях и уничтожении целых деревень. Принять ее, по информации агентства Reuters (которую директор департамента информации и печати МИД России Мария Захарова назвала фейком на своей странице в Facebook), помешало вето, которое наложили Китай и Россия. Кроме того, в августе с.г. – в разгар армейской операции в Ракхайне – министр обороны России Сергей Шойгу пригласил главнокомандующего Вооруженными силами Мьянмы старшего генерала Мин Аун Хлайнга принять участие в Международном военно-техническом форуме и армейских международных играх «АрМИ-2017». 28 августа в связи с обострившейся обстановкой в Ракхайне МИД России опубликовал заявление, поддерживающее «усилия правительства Мьянмы, предпринимаемые с целью нормализации обстановки», – в нем вина за происходящие в штате события возлагается на боевиков «Армии спасения рохинджа Аракана» (другое название штата Ракхайн. – «НГР») (АСРА), атаковавших армейские подразделения в граничащих с Бангладеш округах, а именно в Бангладеш устремляется большинство беженцев из Ракхайна. МИД упоминает об 11 погибших силовиках и «жертвах среди гражданского населения», не называя цифр и обстоятельств появления последних. Между тем, по данным Reuters и наблюдателей ООН в приграничной зоне, только в последние дни было убито не менее 400 человек, сожжено 2600 домов, а охваченный столкновениями с армией и полицией штат покинули 123 тыс. человек.

Конфликт населяющих штат Ракхайн рохинджа с правительством продолжается уже не первое десятилетие. Фактически он начался еще в 1930-е годы, тлел во время японской оккупации британских колоний (в 1942 году между рохинджа и араканцами-буддистами произошла так называемая ракхайнская бойня), а с момента провозглашения независимости страны в 1948 году присутствовал фоном во время гражданской войны, продолжавшейся в разных регионах до 2012 года. С точки зрения государства рохинджа – это потомки переселившихся в страну до 1948 года бенгальцев, которые не являются полноценными гражданами страны: так, они не могут получать высшее образование и ограничены в передвижении. В 2012 году после вспышки насилия в штате тогдашний президент Мьянмы Тейн Сейн заявил о планах выслать всех рохинджа из страны как нелегалов.

АСРА, заявившая о себе в 2016 году серией атак на правительственные учреждения, отделения полиции и пограничные посты, разделяет сепаратистскую и джихадистскую идеологию, однако не является единственной экстремистской организацией в регионе: преследование рохинджа всячески поддерживает буддистская Патриотическая ассоциация Мьянмы, ее лидер, монах Ашин Вирату, и националистическое «Движение 969» (цифры символизируют добродетели Будды, буддийские практики и общину. – «НГР»).

Правительство Мьянмы не демонстрирует политической воли к мирному разрешению конфликта, что может привлечь к нему взгляды исламистов с Ближнего Востока (при этом запрещенное в России «Исламское государство» хранит молчание на сей счет). По крайней мере этот конфликт вкупе с дополнительными обстоятельствами уже превратился в катализатор активности политического ислама в России. 

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Исаак Калина  – о будущем школы и лидерстве московских учеников по уровню знаний

Исаак Калина – о будущем школы и лидерстве московских учеников по уровню знаний

Борис Старцев

Глава Департамента образования Москвы рассказал о причинах качественного роста столичной системы образования

1
3136
Иракская авиакомпания в воскресенье совершила первый за 13 лет рейс в Москву

Иракская авиакомпания в воскресенье совершила первый за 13 лет рейс в Москву

0
523
Морозовскую больницу дополнил новый корпус

Морозовскую больницу дополнил новый корпус

Татьяна Попова

В Москве завершается строительство здания, в котором можно будет обеспечить  специализированную медпомощь 80 тысячам детей ежегодно

0
759
Векторы и парадигмы президента Узбекистана

Векторы и парадигмы президента Узбекистана

Александр Князев

В основе внешней политики Ташкента по-прежнему лежит разумно эгоистический национальный интерес

0
5285

Другие новости

24smi.org
Загрузка...