Мечта всех чиновников от образования – единая линейка учебников. Фото Людмилы Михэеску
2 февраля 2013 года можно считать днем начала эпопеи единых учебников. Именно тогда президент Владимир Путин потребовал создания единого учебника по истории.
К концу 2013 года вопрос можно считать закрытым – линейка учебников истории почти готова. Пример подействовал так вдохновляюще, что сначала в октябре председатель комиссии Общественной палаты по культуре и сохранению историко-культурного наследия Павел Пожигайло, а затем в ноябре депутат Госдумы РФ Ирина Яровая выдвигают идею единого учебника по литературе на общественное обсуждение.
«В Федеральном перечне учебников на 2013/14 учебный год, утвержденном Минобрнауки, для учеников, к примеру, 9-го класса предлагается 11 учебников литературы, а для выпускников школ в рамках объединенного курса «Русский язык и литература» – 5. Воля учителя выбрать любой грифованный учебник», – искренне возмущался Павел Пожигайло. Пробный шар, однако, не прокатил. Общественность не вняла. Не поняла. На слушаниях в Общественной палате предложение резко раскритиковали.
5 ноября на встрече с Натальей Солженицыной в ответ на ее просьбу пересмотреть количество часов, отведенных на преподавание литературы в школе, Путин замечает, что это – прерогатива профессионального сообщества. «Нельзя навязывать свою волю, надо чтобы общество само решило», – ответил он просительнице за литературу. И на собрании писателей в конце ноября призывает всего лишь «пересмотреть программы по русскому языку и литературе».
Тема для общественности, связанная с единым учебником, очевидна. Это возможность проведения идеологии, нужной власти. Совсем без идеологии да еще в условиях открытого общества управлять этим самым обществом становится все труднее.
Но в этой истории с идеей единого учебника, исключающей их вариативность, есть вполне очевидный бизнес-аспект. Сейчас, например, ОАО «Издательство «Просвещение» занимает более 35% рынка учебников, рекомендованных или допущенных Министерством образования и науки РФ для общеобразовательных учреждений, и более 50% рынка учебников, рекомендованных или допущенных в аккредитованных учреждениях для детей с ограниченными возможностями. Напомним, приватизировано издательство было в 2011 году. Есть на этом рынке игроки и помельче. Госзаказ на школьный учебник, конечно, резко повышает гарантии стабильности и прибыльности бизнеса.
Впрочем, возможно, уже очень скоро отечественная школа перейдет на электронные учебники. Так, 9 декабря директор центра образования «Царицыно» № 548 Москвы Ефим Рачевский заявил: «Введение электронных учебников – жизненная необходимость. Во-первых, они дешевле, а учебники на бумажных носителях становятся все дороже. Во-вторых, абсолютное большинство современных школьников и учителей умеют работать с электронными носителями». Глава Минобрнауки Дмитрий Ливанов также выражал обеспокоенность чрезмерной тяжестью портфелей младших школьников и предложил заменить печатные учебники электронными. Но тогда потребуются уже другие принципы издательской деятельности.
Иван Родин 
