Петр Поспелов Партия «Свободная Россия» намерена сменить имя, стать ядром «общественного движения в поддержку демократии» и набрать в Госдуме не менее 25% голосов.
Как заявил председатель федерального политсовета «Свободной России» Александр Рявкин, на мартовском съезде партия будет переименована в «Гражданскую силу», символом партии станет подсолнух.
– Какова идея с общественным движением?
– Идея инициировать создание общественного движения в поддержку демократии принадлежит Михаилу Барщевскому. Политика должна стать не только уделом партийцев, но и всего народа. Тогда это будет именно политика, а не политические игры.
– Почему нельзя просто принять в члены партии известных людей, вошедших в Высший совет?
– Для людей, пользующихся реальным авторитетом в обществе, членство в партии – решение непростое. Я уважаю принципы людей, и поэтому мы не предлагали никому из тех, кто захотел с нами работать во имя наших идеалов, вступать в партию.
– А это не политтехнология?
– Это не технология, а идеология! Помните поговорку: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты»? Я буду только гордиться тем, что имя нашей партии станет ассоциироваться с такими именами, как Барщевский, Розовский, Устинова, Зарипова, Кортнев, Боровик-Хильчевская, Журбин, Успенский. Эти люди принесут нам свой жизненный опыт, умение сохранить незапятнанной свою репутацию в самое непростое время, свою философию профессионального успеха. Именно этим людям наша партия доверяет формирование идеологии, с которой мы пойдем на выборы.
– В чем коренное отличие вашей партии от других?
– Прежде всего процитирую Барщевского: «Мы не левые, мы не правые, мы – нормальные». Очень точная формулировка. Для нас не существует бесспорных идеологических штампов. Мы – партия, которая не обещает всем все и сразу. Мы партия профессиональных элит, которая поведет на выборы интеллигенцию, бизнес, средний класс в широком понимании этого слова. Этим людям предстоит формировать и транслировать обществу позицию партии по всем вопросам политической и общественной жизни, отстаивать интересы неолигархического бизнеса.
– У вас в партии нет людей, зарекомендовавших себя в политике. Почему вы думаете, что вам поверят?
– Именно поэтому. Назовите мне, кроме Путина, хотя бы одного политика, кому сегодня верит народ? Может, вы нам порекомендуете Зурабова принять?
– В чем ваши основные претензии к «старым демократам»?
– Да не в претензиях дело. Я им просто больше не верю. И никто не верит.
