Наталия Григорьева
В фильме параллельно разворачиваются драматические истории беженцев и французских военных. Кадр из фильма
В российский прокат выходит военная драма, снятая режиссером Мартеном Бурбулоном по мотивам событий 2021 года, связанных с выводом войск США из Афганистана. Героями фильма, впрочем, становятся не американцы, а работники посольства Франции, вынужденные также эвакуироваться в срочном порядке – власть в стране уже захватили талибы. Бросить мирных жителей, которые просят о помощи, невозможно – приходится держать оборону, рисковать и договариваться. Бурбулон, начинавший с комедий и заявивший о себе байопиком «Эйфель» и дилогией «Три мушкетера» с Венсаном Касселем и Евой Грин, переключился на брутальный жанр с элементами боевика – в центре повествования, однако, остаются истории отдельных людей и их героических поступков.
Мохамед Бида (Рошди Зем), командир подразделения, которое охраняет посольство Франции в Кабуле, обходит помещения миссии, чтобы убедиться в правильном ходе эвакуации. Он торопит сотрудников, которые суетливо уничтожают документы, и провожает посла, выезжающего в сторону аэропорта. Остается немного времени, и Бида мчится в центр города, чтобы вытащить оттуда приятеля, за которым талибы ведут охоту, – их встреча заканчивается перестрелкой с вооруженной бандой, а по возвращении в посольство герой обнаруживает, что проезд буквально заблокирован людьми, требующими помощи. Среди них – много и французских граждан, и тех, кого в Афганистане при новой власти ждет смерть. Тут, например, целая группа художников, поэтов и представителей других творческих профессий, которых берется опекать журналистка Кейт (Сидсе Бабетт Кнудсен). Впустив мирных жителей в стены дипмиссии, сотрудники понимают, что окружены вооруженными до зубов талибами, которые разыскивают политических беженцев среди желающих уехать и не собираются просто так выпускать даже дипломатов. Бида понимает, что нужно договариваться – и в качестве переводчицы берет с собой девушку Еву (Лина Кудри), родившуюся во Франции афганку, вернувшуюся на родину несколько лет назад, а теперь желающую увезти из захваченной страны маму. Под прицелом десятков автоматов они вдвоем выходят за стены посольства – это последний шанс спастись и спасти невинных людей.
Фильм состоит из подобных напряженных сцен, так как героям приходится всю дорогу пробираться к спасительным самолетам под дулами автоматов. Получается хрестоматийное героическое повествование, в центре которого – истинный рыцарь Бида, ведущий за собой всех, кто просит, без разбора. Параллельно разворачиваются драматические истории и беженцев, и французских военных, разрывающихся между приказами сверху и голосом совести, и уже упомянутой отчаянной журналистки, и девушки Евы – все периодически поглядывают на фотографии близких и пускают слезу, не уверенные в том, что когда-то еще увидят семьи и мирное небо над головой.
Есть такие и в рядах талибов – тут авторы не обходятся без необходимого твиста, усиливающего напряжение. Блокпост за блокпостом, проверка за проверкой, очередные ворота – последний рубеж, пройти который суждено не всем. Американцы тем временем торопят и угрожают отказать в любой поддержке в связи с нарастающей террористической угрозой. В кадре царит хаос – общие планы с верхней точки обзора показывают километры дорог, кишащие людьми. Камеры ныряют в толпу, голоса смешиваются и тонут один в другом, ноги взбивают пыль и норовят затоптать нерасторопных.
Авторы не пытаются искусственно заострить ситуацию – в фильме не ставят особый акцент на политике и на религии, которые в этом конфликте играют важнейшую роль, что понятно и без повторения и проговаривания. Не возникает и рокового конфликта внутри группы спасателей, что тоже могло бы стать понятным приемом – подчиненные Биды пытаются спорить, но в итоге чувство долга берет верх над инстинктом самосохранения. И это добавляет «13 дням, 13 ночам» почти документальной достоверности - и спасает фильм, пусть в итоге не выдающийся, от манипулятивности, пошлости и любых спекуляций.
