Григорий Заславский В распоряжении «НГ» оказался любопытный документ. Руководителей учреждений культуры Москвы столичный Департамент культуры обязал представить в срок до 10 июня с.г. заявки на прохождение тестирования с использованием полиграфа. Такой процедуре подвергнут всех, кто будет связан с проведением тендеров по знаменитому 94 Федеральному закону о госзакупках.
Как заметил некоторое время тому назад на одном из совещаний бывший министр культуры, а ныне спецпредставитель президента по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой, среди культурных людей, как в известном старом анекдоте, можно просто называть номера законов – 94-й, 73-й – и достаточно, люди будут смеяться.
Судя по всему, в столице нашли эффективный способ борьбы с коррупцией, во всяком случае – в сфере культуры.
В распоряжении «НГ» имеется письмо, направленное столичным Департаментом культуры руководителям окружных управлений культуры и руководителям учреждений культуры города Москвы. В нем в соответствии с решениями Департамента культуры и столичного Тендерного комитета от руководителей окружных управлений культуры, а также театров, музеев, библиотек требуется представить до 10 июня с.г. в Сектор по организации и проведению конкурсов и аукционов заявки на прохождение тестирования с использованием полиграфа председателей, членов и ответственных секретарей комиссий. До 15 июня необходимо представить списки сотрудников, которые в этом году пройдут обучение на размещение госзаказа. То есть тех, кого посвятят в тонкости знаменитого, так часто поминаемого с высоких и невысоких трибун 94-го ФЗ.
Впрочем, о том, что бороться с коррупцией нужно, в том числе и сфере культуры, напомнил на том же совещании министр культуры Александр Авдеев. «Воруют много, – сказал он, – и откатов много». Позднее в интервью «НГ» Александр Авдеев заметил, что «конкурсная система, как мне кажется, не явилась эффективным инструментом для борьбы с коррупцией».
Напомним, совсем недавно президент подписал целую серию поправок в этот самый закон о госзакупках, который иначе называют еще законом о тендерах, согласно этим поправкам от конкурсных процедур освобождаются и гримеры, и размещение заказов на свет в спектаклях, на изготовление костюмов – словом, на все те «направления», где специалистов немного и очень важно, чтобы работы выполнялись этими немногими профессионалами. И вот – почти одновременно выходит инструкция об использовании так называемых детекторов лжи для тех, кто конкурсы проходит, – естественно, в очень многих вопросах музеи, театры и прочие учреждения культуры как потребители и расходователи бюджетных денег ничем не отличаются от любых других организаций.
Желание победить коррупцию можно только приветствовать. Когда все прочие средства «расписались» в полной неэффективности, понятно, что одна, последняя надежда – на полиграф.
Другое дело: известно, что русская театральная школа сделала когда-то выбор в пользу Системы Станиславского. Принцип перевоплощения, достижения полной психологической достоверности, принцип органичности, жизненная правда, «я в предлагаемых обстоятельствах»... Любой, кто к этому причастен, подтвердит, что Система Станиславского широко используется в разнообразных разведывательных школах, в том числе за океаном, и не только в разведывательных. А в театре без Системы Станиславского у нас шагу не ступят. И потому, думается, использование полиграфа в этой узкой области совершенно бессмысленно. А в библиотечном, музейном деле полиграфы наверняка коррупцию победят, судя по решительности намерений, ждать победы осталось недолго.
