Фото Reuters
Иранская военная кампания, которая, по словам президента США Дональда Трампа, идет «с опережением графика», уже сейчас влияет на урегулирование российско-украинского конфликта. Например, новый раунд трехсторонних переговоров отложен на неопределенный срок. Формально это связано с тем, что американским чиновникам сейчас сложно и небезопасно летать в Турцию или Швейцарию. Если же говорить неформально, то понятно, что в эти дни и недели все внимание Трампа сосредоточено на Иране и Ближнем Востоке.
Газета The Financial Times, ссылаясь на четырех европейских чиновников и дипломатов, пишет, что трехсторонние переговоры «оказались в зоне риска». Трамп, сообщают источники издания, теряет интерес к процессу. От этого, утверждают они, выигрывает Москва. Вашингтон не хочет давить на Владимира Путина, ослабляет санкции против российской нефти, чтобы избежать роста мировых цен, а запас нужных Украине боеприпасов истощается. The Sunday Times, в свою очередь, пишет, что Россия в первые недели войны США и Израиля против Ирана заработала сотни миллионов только на продаже нефти. А попытки европейской дипломатии сблизить арабские страны с Киевом (который готов поделиться опытом защиты от дронов) едва ли окажутся успешными.
Трамп вновь раздраженно высказывается о президенте Украины Владимире Зеленском и не понимает, почему тот не идет на сделку, к которой, по его словам, готов Путин. С Зеленским, заявил американский президент, «гораздо тяжелее договориться». Такие слова Трамп произносил и прежде, его настроение часто меняется, но сейчас можно говорить о другом контексте. Раньше президент США, как он сам это называет, заканчивал войны, которые не сам начал. Сейчас он втягивается в конфликт с, безусловно, глубокими корнями, но разогретый, доведенный до состояния необратимости им самим. И слова о близкой победе и опережении графика рассчитаны, пожалуй, на доверчивых избирателей. Невозможно проверить, все ли идет по плану, если план знают лишь Трамп и его ближайшее окружение.
Действия, решения американского президента вписаны в жесткий электоральный цикл. Осенью США ждут промежуточные выборы в Конгресс, республиканцы при падающем рейтинге Трампа рискуют потерять большинство. Затягивание войны может привести к наземной операции США. Американцы переживают за своих военных, считают их героями, но, как правило, не горят желанием голосовать за политиков, отправивших их соотечественников или вовсе родственников на войну в Азию. Трампу очень сложно будет «сделать мир лучше» к осени. Без урегулирования украинского конфликта это улучшение тоже сложно себе представить, но им американскому президенту сейчас и правда некогда заниматься.
Просьба «передать Зеленскому, чтобы он подписал сделку» звучит именно как констатация смены приоритетов: разберитесь как-нибудь сами, нам сейчас не до этого. Трамп и его администрация за год с лишним работы успели увидеть и понять, насколько сложен конфликт между Москвой и Киевом, сколько там деталей, требующих отдельного внимания. Еще месяц назад время на эти детали у США было, спецпосланники Трампа могли хоть каждую неделю летать в Женеву и часами выслушивать россиян и украинцев. Сейчас процесс, требующий такого погружения, приходится ставить на паузу.
Можно ли это сделать безболезненно для самого процесса? На этот счет есть сомнения. Сам процесс не удалось институционализировать. Нет признаков того, что Москва и Киев каждый день и каждый час, контактируя, работают над сближением позиций. Паузу брать можно, но любая провокация в это время может откатить стороны на исходные позиции, заставить начинать с нуля, когда США снова будет интересно заняться этим конфликтом.
Игорь Селезнёв 
